увидел насколько близки они были в своё время к провалу. Точнее, никакой тайной для императрицы Екатерины действия заговорщиков не являлись и только по случайному стечению обстоятельств они в итоге оказались в Зимнем дворце, а не в подвалах Петропавловской крепости. Да и заговор против Петра Третьего был благополучно раскрыт на этапе подготовки и только нерешительность императора и, наоборот, уверенные и даже немного бесшабашные действия заговорщиков дали нужный результат.

В итоге, всё произошло именно так, как Орлов и предполагал. Зная по себе, что опасаться необходимо в первую очередь людей из ближнего круга, и получив контроль над ресурсами Тайной экспедиции, он незамедлительно организовал негласный надзор за членами Верховного тайного совета и их приближенными. Что в итоге и дало нужный результат, который открывал перед Орловым просто головокружительные перспективы. Ведь в случае успеха, он мог не только кардинально изменить расклады в пока неудачно складывающейся борьбе с непокорными регионами, но и замахнуться на новые, куда более заманчивые горизонты.

В своем письме императору Ивану Разумовский обещал обеспечить доставку оружия в Зимний дворец под видом провианта для императорского стола и поддержку Измайловского полка после захвата власти, а всё остальное оставалось заботой Ивана. Император ответил согласием на такое разделение труда и сообщил, чтобы Разумовский не мешкая приступал к делу, но о своих планах не распространялся, написав лишь о том, что всё произойдёт в ближайшее время. Не густо, но, в принципе, умному человеку достаточно для того, чтобы суметь выявить и локализовать угрозу. Орлов дураком не был, поэтому когда через неделю в канцелярию императора Алексея пришло прошение о приеме посольства из Курляндии, планы противника стали для него абсолютно прозрачны.

Прошение было тут же одобрено, а Орлову предстояло просто дождаться появления в столице курляндского посольства и захлопнуть крышку мышеловки. Ну и ещё страстно желать прибытия в его составе самого императора Ивана. Ведь с учетом того, что знал о нем Алексей Орлов, такое развитие событий не являлось чем-то невероятным.

Глава 4

22 марта 1774 года

Королевский дворец, Стокгольм

Утро было восхитительным. Сквозь легкую пелену шторы в спальню пробивались первые лучи весеннего солнца, а я лежал в своей кровати и обнимал любимую женщину, тихонько посапывающую у меня на груди после бурной ночи.

Преодолев в этом мире не одну тысячу километров дорог верхом, я на своей …опе прочувствовал, почему именно морские народы обеспечили стабильную работу торгового пути из Европы в Индию и в целом Юго-Восточную Азию. Ведь даже в двадцать первом веке человечество не смогло объединить всю Евразию стальными и асфальтовыми магистралями (конечно, больше по политическим причинам), а в Дарьенском пробеле на границе Панамы и Колумбии нет даже обычной грунтовой дороги, позволяющей проехать на автомобиле между Северной и Южной Америками. Поэтому я тоже стал горячим поклонником перемещения с использованием плавсредств, которые, кроме совершенно недостижимых для конкурентов скорости, удобства и относительного комфорта, давали ещё одну очень важную в определенных обстоятельствах опцию – скрытность и внезапность. Дороги всегда можно взять под контроль, но корабль… Вышел из порта и всё, ищи ветра в море, а найти место для высадки на берег (без тяжелой техники) проблемы не составит. Конечно, у всего есть свои ограничения и недостатки, но для проведения диверсии корабли подходили идеально, а ещё позволяли нам с Добрым заскочить на денёк домой.

***

– Доброе ууутро! – потянулась приоткрывшая глаза София, от чего её грудь соблазнительно натянула невесомую полупрозрачную ткань ночной рубашки.

– Добрее не бывает! – ответил я и крепче прижал к себе супругу, слившись с ней в долгом поцелуе.

– Когда в море? – сразу поинтересовалась она, избавившись во время поцелуя от остатков сна.

– Завтра утром! – с сожалением вздохнул я.

Услышав ответ, София прижалась ко мне и тоже тяжело вздохнула, но кукситься не стала (кажется она вообще этого не умела), а через мгновение деловито уселась на кровати по-турецки и переключилась в режим государственного деятеля:

– Я знаю, кто должен стать представителем Великого магистра Ордена Святого Иоанна крестителяв Совете имперских князей Рейхстага!

Увидев мой вопросительный взгляд, она не стала тянуть кота за причиндалы и выдала продолжение:

– Я!

– А…! – не успел я открыть рот, как на меня быстренько высыпали остальные подробности неожиданного предложения, которое больше походило на ультиматум.

– Я уже всё обдумала! Берлин теперь наши владения, жить мы будем у матушки во дворце, она будет очень рада внукам, а втроём нам будет легче создать серьезную коалицию в рейхстаге и отстоять наши интересы!

Для того чтобы оценить целесообразность такого подхода к решению вопроса, много времени не требовалось. Она была абсолютно права, лучшего кандидата на эту роль сложно было даже придумать. Конечно, с точки зрения безопасности семьи Стокгольм был вне конкуренции, но и Берлин не самое худшее место, поэтому отговаривать её я не собирался, хотя несколько вопросов у меня всё же возникло:

– В целом, предложение дельное, только у меня с арифметикой в школе туговато было, напомнишь сколько будет один плюс один!

– Даа мой император, у тебя не только с арифметикой, у тебя и с памятью туговато, – засмеялась она и легонько постучала указательным пальцем мне по лбу, – ты забыл про мою замечательную тётушку Анну Амалию, ведь аббатисса Кведлинбургского аббатства является княгиней Священной Римской империи и также, как и Великий магистр, имеет голос в курии духовных князей Совета имперских князей, а меня вообще то готовили ей на смену, поэтому я прекрасно знакома с работой рейхстага!

– Первый вопрос снимается! – поднял я руки вверх, – А что с местом заседания? Это насколько я знаю точно не Берлин!

– Ты прав, рейхстаг заседает в Регенсбурге в Баварии и с 1663 года является постоянным, но постоянно работают только комиссии и комитеты по подготовке законопроектов. Поэтому мы с матушкой будет там появляться не часто, а большую часть времени проводить в Берлине. Ты согласен?! – полувопросительно-полуутвердительно сказала она и сразу добавила, пригрозив пальцем, – И только попробуй мне отказать!

Отказывать любимой я и не собирался, а просто поймал её за руку и притянул к себе, вернув от дел государственных к супружеским.

***

Сутки, за которые нам пришлось постараться успеть очень многое (побыть с жёнами и детьми, пообедать вместе двумя большими, дружными семьями и решить кучу различных вопросов), пролетели мгновенно и следующим утром император и начальник его службы безопасности в широкополых шляпах и длинных плащах тайком вышли из дворца через черный ход и под прикрытием утреннего тумана вернулись на фрегат, неприметно стоявший у самой дальней пристани