Вустер – стремились подражать оригинальному шарму изделий какиэмон. Самыми популярными формами европейских стилизаций были кружки и чашки, например, цилиндрическая кружка с петлевой ручкой, расписанная в стиле какиэмон с журавлями и драконами на мануфактуре в Шантийи.

Мастера на европейских мануфактурах использовали в японском какиэмон и китайские сюжеты: на цилиндрическом кувшине мануфактуры Шантийи из собрания Музея Виктории и Альберта изображены играющие китайские мальчики.

Встречались и необычные формы как, например, подставка для сладостей из мягкого фарфора, расписанная эмалью и позолоченная на одной из первых английских фарфоровых мануфактур Бау. Форма этой подставки вдохновлена японскими хризантемами.

Неизвестный мастер. Подставка для сладостей. Ок. 1755. Фарфор, покрытый оловянной глазурью и позолотой, расписанный эмалями. Музей Виктории и Альберта, Лондон, Англия.

Типичным примером экспортного какиэмона является фарфоровая статуэтка японки.

Еще одним излюбленным образом экспортного какиэмон были слоны. В Британском музее хранится пара слонов, сделанных с помощью отливки в форме между 1660 и 1690 годами в одной из японских мастерских рядом с Аритой.

Неизвестный мастер. Фигурка женщины. 1670–1690. Фарфор, расписанный надглазурными эмалями и позолотой. Япония, печи Арита, период Эдо. Музей Виктории и Альберта, Лондон, Англия.

Японцы, выполнившие фигурки, никогда не видели настоящих слонов и, вероятнее всего, опирались на буддийские изображения и скульптуры, а также рассказы об этих удивительных животных. Для их создания мастера использовали фарфор с надглазурной росписью. Яркая цветная глазурь синего, красного и желтого цветов выделяется на фоне белой глазури нигосидэ, названной так в честь осадка, остающегося от промывки риса и известного своей белизной.

В Европе в середине XIX века изделия какиэмон вновь стали актуальны, и во многих магазинах и мастерских появились подобные фигуры слонов. Например, французская фирма “Edmé Samson et Cie”, основанная в 1845 году и специализировавшаяся на копиях японской керамики, создала фарфоровую статуэтку слона по японским оригиналам. Это трогательное изделие почти так же, как и фигуры слонов XVII века, не изображает реальное животное: туловище слона скопировано с туловищ носорога и собаки – даже хвост слона похож на собачий.

Слоны. Ок. 1655–1670. Высота – 35,5 см. Британский музей, Лондон, Англия.

Слон. Ок. 1850–1900. Фарфор. Высота – 30,2 см. Музей Гардинера, Торонто, Канада.

Фантастические представления европейцев об обитателях Японии касались не только животных, но и самих японцев. В одном из листов из сюиты изображений костюмов разных народов, а также некоторых исторических лиц авторства французского мастера Пьера Дюфло (1742–1816) представлен японский император с европейскими чертами лица, русыми волосами, а на голове у него – ближневосточный тюрбан, украшенный эгретом. Японию воспринимали в некоторых случаях как фантазийное восточное место, перенося известные данные о Персии и Турции на японские образы. Такое восприятие Страны восходящего солнца постепенно стало меняться лишь в середине XIX века.

Укиё-э и европейская живопись второй половины XIX века

Во второй половине XIX века произошло знаковое событие для мировой культуры: в 1853 году Япония впервые за 200 лет открыла свои границы для внешней торговли. Переговоры, во многом способствовавшие «открытию» Японии, иронично обыграл французский карикатурист Шам (полное имя – Амеде Шарль Анри де Ноэ; 1818–1879) в гравюре «Японская экспедиция» 1853 года, на которой американский путешественник уговаривает императора возобновить торговлю с западными странами в обмен на подарки. Одеяние императора карикатурист стилизует под роскошную фарфоровую вазу, стоящую у его трона, – один из ценнейших японских товаров для европейцев в этот период.

Шам. Японская экспедиция. 15 октября 1853 г. Литография. 25,6 × 34,7 см. Метрополитен-музей, Нью-Йорк, США.

Почти сразу же в европейских городах появились специализированные магазины японских и китайских товаров: так, в 1856 году месье Десель открыл магазин под названием «Небесная империя» (“L’Empire Céleste”). В 1867 и 1873 годах организованы Всемирные выставки, на которых экспонировались японские гравюры, посуда, веера и свитки. Особое внимание привлекли гравюры укиё-э (яп. 浮世, «картины (образы) изменчивого мира») – вид тиражной светской ксилографии эпохи Эдо (1603–1868) в Японии.

Укиё-э делится на следующие жанры: якуся-э (изображение актеров театра), бидзин-га (изображение красавиц), фукэй-га (пейзаж), катё-га («цветы и птицы»), сюн-га («весенние картинки» – эротическая гравюра), сумо-э (изображения борцов сумо), мэйсё-э (изображение знаменитых мест) и другие. Все эти жанры были связаны с городской культурой Эдо, художники стремились запечатлеть повседневную городскую жизнь, развлечения и удовольствия. Изображенные на гравюрах сюжеты и образы выходили большим тиражом и были понятны большей части населения Японии; они использовались в качестве рекламных щитов, открыток и плакатов, продавались на улицах по всему Эдо, поэтому на родине не воспринимались как произведения искусства. Отличительные черты укиё-э – использование насыщенного цвета без градаций и теней, локальных цветовых пятен, графическая выразительность изображенного, построение пространства с помощью противопоставления планов.

В Европе искусство Японии сравнивали с европейским средневековым искусством, которое было образцом для подражания в XIX веке, поэтому японское искусство вызывало восхищение: тот факт, что ремесла и изобразительное искусство в культуре Японии были равнозначны, привлекал художников из-за набиравшей популярность идеи «единства всех искусств». Внимание к повседневности, обычной жизни, декоративный стиль, темы и образы укиё-э стали неисчерпаемым источником для развития ряда европейских художественных направлений и гравюры. Впечатленные укиё-э европейские художники стали использовать в своих произведениях большое количество локальных цветов, узоров, волнистых линий и четко очерченных контуров, диагоналей, резких кадрирований и необычных композиций.

Повальное увлечение всем японским привело к появлению термина, придуманного в 1872 году критиком Филиппом Бюрти (1830–1890), «японизм». Он потратил немало усилий и денег для формирования собственной уникальной коллекции японского искусства. Критик собирал ее не только для своего удовольствия, но и приглашал заинтересованных ознакомиться с предметами, поддерживал художников, которые пытались ассимилировать приемы и образы японского искусства в своем творчестве. Для этого Бюрти популяризировал свою коллекцию: гравёр Феликс Илер Бюо (1847–1898) увековечил несколько предметов из нее в 1883 году в 10 офортах, объединенных в альбом под названием «Японский стиль».

Одним из первых художников, собиравших японские гравюры и использовавших их для своего творчества, был француз Эдуард Мане (1832–1883). Он посещал магазин «Китайский порт», открывшийся в 1862 году на улице Риволи. В магазине продавали хрупкую фарфоровую и лаковую посуду, которую заворачивали в японские гравюры. Они и привлекли внимание Мане. Художник помогал владельцам распаковывать эти товары, прося взамен сохранить оберточную бумагу. Он считал, что японские гравюры – важный иконографический источник, который позволит реформировать академическое искусство. Вскоре у Мане сформировалась большая