пятнадцатого этажа свалилась и не померла, а как кошка новую жизнь получила», — подумала я, но вслух это озвучивать не стала, конечно же.

Между тем мужчина предложил:

— Сидите, я вас полечу немного. — И на голову мне легла тёплая ладонь. От неё по коже побежало что-то приятное, словно разогретое масло полилось. От удовольствия я даже глаза прикрыла. Тошнота и шум в ушах начали отступать, мир перестал качаться, и я с облегчением выдохнула: жить буду!

— Спасибо, — проговорила с чувством, открыла глаза и, наконец, разглядела лицо своего спасителя.

Фу ты, лучше бы не смотрела! Довольно молодое, с благородными классическими чертами, тёмным бровями и мягкими карими глазами оно было очень красиво. И было точной копией лица моего мужа Костика, чтоб ему не елось и не спалось на том свете, где меня больше нет!

Сидя на полу, я немного ошалело рассматривала мужчину, с трудом веря, что два человека в разных мирах могут быть так похожи. Ещё и сон недавний вспомнился, где мужчина с лицом Костика вставал передо мной на колено и дарил цветок...

Осознав всё это, я попыталась смахнуть со своей макушки мужскую ладонь.

— Спасибо, добрый человек, за помощь. Но мне пора, — проскрипела, чувствуя, что ни секунды не могу находиться рядом с ним. Противные воспоминания полезли наружу из дальнего уголка в памяти, куда я их так тщательно утрамбовала. Вылезли и опять начали разъедать душу, выворачивая наизнанку. А я не хочу! У меня одно желание: раз и навсегда забыть и Костика, и его мамашу Аполлинарию Прокофьевну, чтоб ей чихалось без остановки!

— Куда же вы, леди? Я ещё не долечил вас, — попенял мужчина, не давая мне отбросить свою руку.

— Я прекрасно себя чувствую!

Мужчина покачал головой и вдруг улыбнулся, а меня слегка попустило: у Костика была совсем другая улыбка, жёсткая, холодноватая. Этот же улыбался как… ангел. Вот реально, улыбка словно осветила его лицо, сделав мягким и совсем молодым. Да он и был молодым – лет двадцать пять, наверное, если земными годами измерять.

— А вы кто? — спросила я, отбросив церемонии.

— Вы не знаете? — удивился мужчина, продолжая держать руки у меня на макушке.

— Я новенькая в пансионе. Вернее, уже полгода здесь, но недавно ударилась головой и всё забыла. Вы здесь работаете?

— Я здесь по делу. Матушка решила, что мне пришла пора жениться, и Артефакт подобрал мне кандидаток в жены, — признался мужчина, как мне показалось, чуть смущённо.

— О-о-о, так вы один из «господ драконов»? — изумилась я.

— Точно! — мужчина ещё раз улыбнулся, и сходство с Костиком совсем растаяло. Убрал руки с моей головы и удовлетворённо произнёс: — Ну вот, теперь вы как новенькая. Покажете мне артефакт, который защитил вас?

— У меня нет артефактов, — призналась я, продолжая рассматривать его и перебирая в памяти имена женихов – вдруг он один из тех, к кому мне предстоит идти на смотрины? Спросить его имя, что ли?

Но мужчина опередил меня с вопросом:

— Так что вы здесь делаете, леди? Зачем пришли в закрытую зону? — спросил, поднимаясь на ноги и протягивая мне руку.

Помедлив, я уцепилась за его ладонь.

— Искала танцевальный класс. Говорю же, я все забыла и, где находится это помещение, ума не приложу. Услышала музыку и пошла на ее звуки – думала, это аккомпанемент для танцев, — объяснила, неуклюже пытаясь встать на ноги – тело плохо слушалось, так и норовило вернуться на пол.

— Музыку? О, это я на клавикордине играл, — признался мужчина, опять чуть смутившись. — Простите, что ввёл вас в заблуждение, и вы попали под удар охранной магии.

— Прощаю, — ответила я, наконец утвердившись на ногах и выпрямившись.

Теперь мы стояли нос к носу, и выяснилось, что мужчина ещё и намного ниже моего бывшего. Я бы сказала, он был ниже даже меня нынешней: вряд ли его рост превышал метр семьдесят пять. Ещё мужчина оказался худощав, неширок в плечах и смотрел на меня с откровенным любопытством.

— Любите музыку? — спросила я, чтобы хоть что-то спросить. — Вы здесь работаете?

— Я здесь живу, пока идут смотрины. А музыку – да, люблю, — продолжая меня рассматривать, мужчина чуть наклонил голову к плечу, кого-то напомнив мне этим движением. Но кого именно, я не сообразила.

— Живете здесь? — переспросила и огляделась.

А ведь и правда, место, куда я ворвалась, оказалось жилым домом. Мы стояли в холле у массивной двери, полотно которой было густо украшено непонятными знаками, похожими на шаманские. Под ногами, по полу из матового белого камня, стелилась синяя ковровая дорожка. Вдоль обтянутых голубой тканью стен выстроились изящные узкие консоли с фигурными ножками. На них в хаотичном беспорядке разместились десятки фигурок драконов. С потолка свисала большая бронзовая люстра, но вместо привычных лампочек на ней красовались полупрозрачные фигурки, опять же, драконов.

Глядя поверх плеча мужчины, я заметила большую комнату, отделённую от холла широким арочным проёмом. Очевидно, это была гостиная: мне была видна пара мягких кресел с синей бархатной обивкой, между ними встал низкий резной столик. На полу старинный ковёр в сине-бежевых тонах.

В глубине комнаты виднелся огромный камин. На светлой каминной полке лежал предмет, показавшийся мне смутно знакомым. Правда, что именно в нем зацепило мое внимание, я сообразить не успела: входная дверь распахнулась, и в холл, в сопровождении вездесущей мэтры Шнобель, величественно вплыла женщина.

В этот раз на ней было платье скромного темно-жёлтого цвета. Волосы собраны в аккуратную причёску с кокетливым локоном, лежащим на правом плече. Но драгоценностей на всех открытых участках тела было даже больше, чем в первую нашу встречу.

Несколько секунд мы с новой гостьей таращились друг на друга, как две козы на узком мосту. Вернее, три козы, если посчитать мэтру Шнобель.

Потом я присела в неуклюжем реверансе, какие помнила по историческим фильмам и, чуть заикаясь от удивления, произнесла:

— Здравствуйте, Ваше Величество королева Лукрелия.

Королева, не отвечая на мое приветствие, повернулась к мужчине, продолжающему стоять рядом со мной. Свела к переносице изящные брови. Указала на меня пальцем и взвизгнула:

— Сынок, что здесь делает эта... Эта...?!

Сынок?! Упс, вот это я удачно попала – прямо в гости к принцу Саргану! Элоди, если об этом узнает, лопнет от избытка чувств...

36