Странно, что ты не почувствовала этого, ну да ладно. Может, ты просто по незнанию не поняла. Но волшебным поцелуем ты мне облик человеческий вернула? Вернула. Всё, считай, женаты. У нас в сказках так, по крайней мере, происходит.

— Мы не в сказке, это раз. Ты опять мной воспользовался, это два. Ты манипулятор прокля́тый, это три. И замуж я за тебя ни за что не пойду, это четыре! — стальным тоном отчеканила я.

— Милые бранятся — только тешатся, — усмехнулась Мэгги и продолжила наблюдать за нами с неподдельным интересом. — Но в этом дракон прав, Оливия, ты — его истинная, хочешь ты того или нет.

— Ты вообще на чьей стороне?! То, не разобравшись, в беременности меня упрекаешь тайной, то… — начала возмущаться я, но грудь от возмущения спёрло…

Я осеклась и выдохнула. И внезапно мне стало стыдно. Не перед драконом, разумеется, а перед Мэгги, которая откликнулась на мой полночный зов и рисковала своей жизнью, а оказалось, что зря, получается. А я, неблагодарная, вместо «спасибо» ворчу на неё.

Что уж теперь? Сама я виновата, надо было оставить умирать этого манипулятора на диване: как выяснилось, такой живучий умник явно бы не умер. Но кто же знал? Он. Он, а не Мэгги. Нечего мне на неё срываться.

— А вообще, прости меня, пожалуйста, Мэгги, — заговорила я уже более спокойным тоном. — И спасибо тебе большое, что ты мне помогла, хоть, как выяснилось, если бы этот мерзавец понятнее объяснял, этого бы и не понадобилось, но всё же я очень тебе благодарна.

— Да ладно. Было кхм… занимательно, — с облегчением улыбнулась Мэгги. — Да и собственно, как в беде человека оставить, я же целитель. Хотя знала бы, что это дракон, подумала бы десять раз.

— А что дракон — не человек? — ухмыльнулся Джеймс.

— Ты — так точно не человек! Ты можешь, нелюдь ехидная нормально изъяснятся? — с досадой фыркнула я. — Что ты ещё скрываешь от меня? Какая ещё у меня метка появилась? Где?

— А ты нигде не почувствовала жжения при нашем контакте первом? — мягким тоном спросил мужчина.

— Каком ещё «контакте»? — рыкнула я. — Давай без этих двусмысленностей. Когда вы меня с Барри поймали на несостоявшемся воровстве?

— Нет, позже. Когда мы здесь планы обсуждали на будущее ваши с Мирой. У тебя засвербеть должно было в одно месте, — продолжил объяснять Джеймс.

От очередного «намёка» меня бросило в жар. Мужчина же расплылся в ухмылке — моё очередное замешательство его явно забавляло.

— Ой, ребята, давайте-ка, эти ваши интимные подробности не при мне обсуждайте, пожалуйста, — хихикнула девица. — Здесь есть комната, где я могу переночевать, чтобы снова ночью через город не шататься? Ну или вы куда-нибудь идите свои свербящие места проверять, а я тут на диване посплю.

От возмущения я окончательно онемела, начав беззвучно открывать и закрывать рот.

— Если пройдёшь по коридору, свернёшь направо, то вторая дверь слева будет гостевая спальня, — как ни в чём не бывало проговорил Джеймс.

Он даже не посмотрел на неё, всё ещё удерживая на мне свой пристальный — и ехидный! — взгляд. Я всё ещё не могла подобрать слова, потому что, кажется, я поняла, о чём он говорил. Когда он меня прижал к стене, я действительно почувствовала странное жжение под лопаткой. Неужто он об этом?..

— Отдыхай и с утра не уходи, пока я тебе не заплачу, целительница, — продолжил Джеймс. — И, разумеется, сделаю вид, что не понимаю, кто ты, раз уж мы зря тебя потревожили этой ночью.

— О чём ты? — насторожилась Мэгги.

У меня тоже, если честно, ёкнуло сердце. Неужто он узнал?..

— Ты тоже попаданка, — утвердительно произнёс Джеймс.

— Что за чушь, инквизитор? Это ты так благодаришь меня? решил расплатиться несуществующей тайной? — после небольшой паузы, вполне искренне нахмурилась девушка.

Откуда он узнал?! КАК?!

По спине пробежал неприятный холодок. Вот зараза, влипли так влипли. Меня-то Джеймс, наверное, уж как свою истинную не сдаст, как попаданку, а Мэгги?!

Я постаралась не измениться в лице, но на Мэгги всё же покосилась. Девушка собой владела безупречно: ни один мускул не дрогнул на её лице.

— Бесполезно отпираться, целительница, — усмехнулся Джеймс. — Ты пришла в дом инквизитора, понимаешь? Когда я вернулся в «разумное» состояние в первую очередь проверил щит на воротах. И конечно же, сразу узнал о тебе.

Мэгги замерла. У меня сердце ухнуло в пятки. Мамочки родные, это я ещё её и подставила, получается?!

— Но повторюсь, я не буду использовать это знание против тебя, — ровным тоном продолжил Джеймс. — Ты доказала, что ты достойна уважения и жизни в этом мире, раз пошла с Оливией среди ночи через полгорода спасать какого-то неизвестного тебе человека. Ты выполняешь свой долг целительницы, и это главное, так что ты теперь под моей защитой.

Глава 35

— Я не понимаю, о чём ты, — предательски дрожащим голосом продолжила Мэгги. — Не надо мне угрожать, инквизитор. Я знаю, что ты делаешь с попаданками в этом ваше Совете. Вы всех казните. Так что не надо пытаться меня обманом заставить признаться. Я Маргарет Ремдейл, потомственная целительница и гражданка Марбейла. Я знаю свои права.

Теперь уже по Мэгги было видно, что она боится, как бы она ни храбрилась. Но я понимала её — кара для попаданок в Марбейле страшная. Их забирали инквизицию, которой руководил Джеймс, и потом публично казнили перед зданием Совета, если они выживали после пыток в застенках инквизиции. А выживал очень мало кто. Почти все девушки и мужчины, попавшие в этот мир, не выдерживали сурового допроса инквизиторов.

— Ну хорошо-хорошо, не попаданка, так не попаданка, — примирительно улыбнулся Джеймс. — А в этом «нашем» Совете, между прочим, казнят не всех. Давайте я вам расскажу, а то трясётесь обе, как зайцы перед волком. Вам не о чём переживать.

— Я не понимаю, о чём ты, — упрямо продолжала отпираться Мэгги. — Я Маргарет…

— Мэгги, успокойся, — Джеймс поднял раскрытые ладони, чтобы, видимо, успокоить девушку, но та отшатнулась и вскочила с дивана. Мужчина слегка раздражённо закатил глаза и продолжил: — Да не буду я тебя трогать, Мэгги, сядь!

Почему-то я поверила Джеймсу: я была уверена, что он говорит правду и не обидит Мэгги. Вот знала я, что это правда, и всё. Откуда? Не спрашивайте.

Моё собственное возмущение на мужчину всё ещё не отпускало меня, но вот за Мэгги я была спокойна. Однако Джеймсу не сто́ит знать, что я ему верю: он и так дел наворотил! Пусть докажет нам, что ему можно доверять. Второй раз