Просто ты так жадно ешь, словно несколько дней голодала, — покачал он головой. Грах, наблюдательный какой!

— Нет, я не голодала. Однако была вынуждена питаться тем, что готовила сама. А если учесть, что готовила я последний раз лишь в пять лет, когда играла в куклы в песочнице, то навыки у меня не очень, — развела руки в стороны, пытаясь обрисовать с помощью незамысловатого жеста свое бедственное положение.

— А потом ты перестала играть в куклы? — посочувствовал дракон.

— Нет, — растерянно хлопнула ресницами. — Позже мама запретила играть в плебейские игры. Сказала, что будущая жизнь аристократки программируется с детства. И я стала устраивать для игрушек чаепития и балы.

— И матушка оказалась права? — Александр выглядел очень заинтересованным.

— Я была в этом уверена еще неделю назад, — рассмеялась в ответ.

— А что произошло за неделю? — уточнил он. Ага, сам не понял и не знает! Но все же, выдохнув, ответила:

— Тогда не стала бы бестолково заливать помидоры молоком и варить невкусную кашу.

— Дались тебе эти помидоры! — махнул он рукой и широко улыбнулся. И снова в этот момент промелькнуло будто бы другое лицо.

— Стоп! — теперь я уже положила руку поверх его большого кулака. Это только на первый взгляд мужчина выглядел хлипким, тощим, скрюченным. По росту, если его распрямить, он был выше даже Азара. А кулаки, лежащие на скатерти, казались просто огромными. Не зря же говорят, что все познается в сравнении. — Теперь моя очередь получить ответы. Ты увел разговор в сторону и не ответил, почему раньше не пользовался вот этой самой магией.

— Какой магией? — опять пытается увести разговор в сторону? Нет, голубчик, я тебе не дам это сделать.

— Создаешь магией еду не хуже, чем готовят в лучших ресторанах Велерона! — возмутилась очень активно.

— Еще бы, — снова засмеялся он. Такое впечатление, что Александр вдруг научился улыбаться. И ему это действие понравилось. Примерно, как случается с маленькими детьми, которые неожиданно для себя стали ходить. И после этого при любой возможности стараются усовершенствовать навык. — Эти блюда готовил главный повар его императорского величества. А, как известно, наш император коллекционирует все самое лучшее. Тебе ли, бывшая герцогиня Эзейнхард, об этом не знать?

— Во-первых, императорский двор привечал меня лишь первые пять лет после свадьбы. Пока все считали, что я истинная Азардина. А когда поняли, что ошибочка вышла, о моем существовании резко забыли. И я бывала на приемах и балах дважды в год, как и прочая знать империи.

— Азар страдал? — перебил мой рассказ Бомбардилл.

— Дважды в год, когда все же приходилось ехать к родителям, — я неопределенно повела плечом. Быть наследным принцем драконов — это еще ничего не значит. Живут они очень и очень долго. Иногда дети успевают состариться к тому моменту, когда родители решают передать престол. Им тогда уже ничего не нужно. Просто не хочется менять привычный образ жизни. И тогда на престол восходят внуки. А раз внуков нет, то и перспектив может не быть вообще. — Но откуда эта божественная пища в твоей столовой?

— Я же сказал, что из императорской кухни. У меня, знаешь ли, есть некоторые обходные маневры, как туда проникнуть. Каждый день пользоваться пространственными карманами я не могу. Совесть не позволяет. Но удивить понравившуюся девушку изредка я могу! — мужчина горделиво посмотрел на меня. А мне пришлось сжать зубы. Когда у тебя мохнатые уши, цыплячья шея и кончик носа ниже рта, такое выражение лица выглядит, как минимум, комично. Но он назвал меня «понравившейся девушкой»! Я на правильном пути.

— Жаль, — покачала головой в ответ.

— Жаль? Чего?

— Все же придется тратить алмазы, чтобы купить скатерть-самобранку. Я решила, что хватит прикидываться поварихой, пока я еще чего-либо не натворила и не прикончила нас с тобой.

— Тогда еще возьмем крутящиеся чаны. Один для стирки белья, а второй для мойки посуды, — тут же предложил хозяин дома. Я конечно, не возражала. Но до меня только что начало доходить, что про стирку я даже не задумывалась. Ладно, мое исподнее. Но прачки же и мужские кальсоны стирают? Ни разу мужика с корзиной белья видеть не приходилось. И с сомнением посмотрела на подштанники Бомбардилла, выглядывающие из-под его засаленной куртки.

Остаток вечера мы провели, можно сказать, приятно. На сытый желудок многие вещи кажутся занятнее и веселее. А когда пища божественная, то начинаешь не только мириться с судьбой, но иногда и восторгаться ею. В этот момент я практически простила Арини. Но ровно до той минуты, пока не проголодаюсь снова.

Закончив трапезу десертом из ароматного какао и шоколадных кексов с изюмом, я поняла, что не была так счастлива лет десять точно. Когда это достается лишь по мановению руки, оценивается немного под другим углом зрения. Отодвинув от себя чашку и блюдце, я блаженно выдохнула, незаметно вытянула ноги под столом, скинув туфли, и прикрыла веки, наслаждаясь внутренним покоем.

— Десять алмазов за твои мысли! — знакомый голос возле уха чуть меня не напугал. Я вздрогнула и резко распахнула глаза.

— Грах тебя побери! — недовольно фыркнула на мусорщика. — Ты меня напугал. Но за двадцать алмазов, так и быть, прощу.

Он как-то сразу потемнел лицом, прищурился и аккуратно так, словно боялся оскорбить или спугнуть важную птицу, протянул:

— И зачем тебе нужна подобная сумма?

— Мне? Если будешь так кормить и подкидывать по паре килесков на наряды, то ничего не нужно. Но сам же пообещал купить вращающиеся чаны. А знаешь, сколько они стоят? — погрозила ему пальцем. Я слышала от прислуги еще в доме Азардина, что это последнее слово магии безумно дорого.

Александр, когда его лицо принимало растерянное выражение, выглядел очень забавно. Не вязался пугающий внешний вид с подобными эмоциями:

— Честно? Ни разу не покупал, — покачал он головой. — Неужели моих денег может не хватить?

— Вот и я ни разу не брала, — резюмировала я. — И без понятия, сколько с нас могут взять.

Но потом вспомнила огромные суммы, которые он давал жителям на свое обслуживание и содержание.