электрической волной, его обдало от ее экстаза. И он кончил, ощущая, как какая-то нить натягивается между ними, связывая в одно целое.

Продолжая тяжело дышать, он наблюдал, как она медленно приходит в себя. И как ее взгляд проясняется, становясь все более осознанным. А потом она улыбнулась, так счастливо и ласково, что у него защемило где-то в груди. Так ново, непривычно, словно разрывая грудную клетку и собирая вновь.

— Ты моя, — сказал единственное, что сейчас казалось верным.

Глава 13

Когда я проснулась, мужчины рядом не было. Зато на подушке рядом со мной лежал огромный букет пионов. И где только достал его в такую рань? Прижимаю руками цветы к лицу, вдыхаю восхитительный аромат. Как давно мне никто просто не дарил цветов. Это приятно.

Поднимаюсь в постели, осматриваюсь. Это спальня Максима. Я уже ночевала тут однажды, когда была гроза. Вчера, после секса в его кабинете мы переместились сюда. Улыбка расплывается на лице от воспоминаний об этой ночи. Мы еще раз занимались любовью, но уже в постели. А потом снова, уже под утро. Мышцы немного болят, между ног саднит. Но я чувствую себя счастливой.

Свою одежду не нахожу, кажется, она так и осталась в кабинете. Поэтому достаю из шкафа чистую футболку и трикотажные штаны. Спускаюсь по лестнице и захожу на кухню. Иваныч смотрит на меня напряженно, говорит:

— Доброе утро.

— Доброе, — отвечаю и киваю мужчине. Он жестом предлагает сесть за стол, и я присаживаюсь.

Передо мной тут же появляется тарелка с омлетом и кофе.

— Спасибо, — благодарю его, и тот кивает.

Я завтракаю, спиной ощущая недовольство мужчины. Уж не знаю, что такого я ему сделала, но он явно злится. Возится с кастрюлями так, словно в бой собирается, а кухонный инвентарь готовит для себя в качестве доспехов.

— Не знаю, как ты это сделала, — говорит он из-за спины, — но с сегодняшнего дня будешь учиться стрелять.

Я не верю своим ушам. Подскакиваю на месте, подбегаю к мужчине и, повиснув у него на шее, смачно целую в щеку.

— Ну, ну, да ладно тебе, — бормочет он в ответ смущенно. Отрывает меня от себя и отодвигает в сторону.

— Как здорово! — восклицаю на эмоциях.

— Ага, — ворчит, — здорово. Теперь я у тебя в качестве няньки.

Я вопросительно смотрю на него, и он поясняет:

— Я теперь должен следить, чтобы тебя не пристрелили ненароком во время учений. И… Эх! — говорит, махнув рукой. — Я вам не нянька!

Он не договорил, но я и так поняла. Максим решил, что мне нужен персональный нянь, который будет следить за мной постоянно, чтоб я не лезла, куда не надо. Что ж, с его стороны это понятно. Но, блин, как же бесит, что он не доверяет мне. Да и какие еще тайны я могу узнать? Чуть прикусываю щеку внутри от волнения, стараюсь не показывать своих эмоций. Мужчине это ни к чему. Да и мне лучше вести себя тихо. Неизвестно какие планы в голове у Максима, и непонятно чего от него ждать можно. Хотя этой ночью мне показалось, что что-то изменилось, будто какая-то невидимая нить протянулась между нами, связывая нас воедино.

Иваныч, как добросовестный нянь, тренирует меня в стрельбе. Помогает, направляет. К вечеру я уже даже иногда попадаю по мишени. И то чувство власти, контроля и силы, которое испытываю, когда в руке зажата рукоять пистолета, ни с чем нельзя сравнить и ни с чем не спутать. А восторг, когда пуля ложится туда, куда я ей приказала, не передать словами.

За тренировками и обычной рутиной день быстро подходит к концу. Сама не заметила, как силовая нагрузка утомила меня. Отправляюсь в свою комнату и, свернувшись калачиком в постели, быстро засыпаю.

Просыпаюсь от тепла сильного тела рядом и от того, что подо мной исчезла опора. Открыв глаза, вижу Максима. Он несет меня по коридору и, дойдя до своей спальни, опускает в кровать и ложится рядом. Я всем телом прижимаюсь к нему. Рядом с ним так тепло, надежно, сладко. Я тянусь к нему, как к источнику тепла и силы. И благодарно ощущаю его объятия, когда он прижимает меня к себе. Снова проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь от настойчивых поглаживаний внизу живота. Тело вмиг реагирует на эту ласку, покрываясь мурашками. Мужчина, словно считывая мою реакцию, резко разворачивает меня к себе лицом и впивается в губы. Жадно целует, словно хочет испить до дна. Я чувствую, как жаркое пламя разжигается по телу. Из горла вырывается стон, обхватываю его за талию руками, желая приблизить к себе ещё ближе. Полностью слиться, раствориться, стать одним целым.

— Моя, — шепчет мне в губы.

— Твоя, — отвечаю, чувствуя, как каждая клеточка во мне согласна с этим утверждением.

13.1

День еще не начался, потому что очень рано. Только тонкая полоска рассвета видна вдалеке. Меня будят легкие поглаживания по щеке и шее. Когда открываю глаза, Максим нависает надо мной, облокотившись на локоть одной руки, и второй водит по моему лицу, опускаясь к шее и ключицам. Он внимательно смотрит на меня. И сейчас это взгляд человека, твердо для себя решившего что-то. Он не рассказывает ничего, не делится со мной своими мыслями и переживаниями. Просто потому, что он такой. Привык так жить. Не рассчитывая ни на кого. И не доверяя никому. Я понимаю его, но мне больно от того, что он не доверяет мне.

— О чем ты думаешь? — спрашиваю, коснувшись пальцами колючей щеки. Он поворачивает голову в сторону моей ладони и целует пальцы. Так нежно и невесомо, что мне даже не верится, что это и правда он. Будто теперь рядом со мной совсем другой мужчина. Нежный, заботливый.

— Я хочу, чтобы ты всегда была со мной, — говорит хрипло. От звука его голоса мурашки бегут по телу, как всегда.

— Я и так с тобой. — Говорю, заглядывая в глаза. В его взгляде столько невысказанных чувств, что я, видя это, невольно вздрагиваю. Меня пугает буря, которая бушует в его душе.

— Ты не понимаешь, моя жизнь опасна. Пока ты рядом со мной, ты тоже в опасности.

Он запускает пальцы мне в волосы, перебирает пряди, пропускает их через пальцы.

— Но ведь ты всегда сможешь меня защитить, — я говорю это уверенная, что так и есть. Не могу представить ту силу, которая может сломить этого могучего мужчину.

Он смотрит на меня с тоской и неверием. Словно боится, что я исчезну.

— Ты всегда будешь