что убьет ребенка, - вдруг говорит она, впервые вызывая во мне такую первобытную ярость и желание, разорвать мразь на куски, что я едва сдерживал себя, чтобы не сделать это прямо сегодня. Ами пережила ад. И теперь я понимаю, почему она такая напуганная и постоянно шарахается от меня. - Её мать отказалась от неё. А в больнице были какие-то знакомые родителей её мужа, и поэтому она была под строгим контролем. Она попросила у меня помощи и я помогла… Но у девушки не было ни денег, ни еды, ни одежды… И я хотела помочь ребенку.

 

- А как же! – бросаю я с иронией. – Помочь ребёнку… Едва не доведя мать до сумасшествия…

 

- Она бы не протянула долго… Упала бы где-то, потеряла бы сознание… И что тогда стало с малышом? – настаивает она на своем. Я плотно стискиваю зубы. Никогда никому не сострадал и не помогал, считая это слабостью, но сейчас, когда дело касалось Ами, я хотел свернуть женщине шею, за то, что она проявляла такое безразличие к ней…

 

«Она бы не протянула долго…», - эти её слова, почему-то остро полоснули по моему сердцу.

 

- Поэтому нужно было её добить, а не помочь…

 

- Я хотела помочь с ребенком…

 

- Это не помощь, а похищение! Поступок, требующий не одобрения, а осуждения… И подобные действия наказуемы! – говорю, решая заканчивать разговор. Я киваю Игорю. – Ты знаешь что делать.

 

- Но… Подождите! Пожалуйста! – начала кричать женщина. – Я же вам всё рассказала… Вы же обещали, что я буду жить.

 

- Ты будешь жить, а вот как… Это уже другой вопрос, - бросаю безразлично, обращая всё своё внимание к Семену. – Найди мне ту мразь… Мужа Амелии. И доставь как можно быстрее сюда.

 

- Сделаю, Ярослав Дмитриевич. Будут ещё какие-то требования?

 

- Да… Мне нужно чтобы он для всех погиб. Несчастный случай, - говорю. Домой уебок уже точно никогда не вернётся.

 

- Без проблем! – отвечает Семен, и мы прощаемся.

 

Я забираю сумку у Игоря, возвращаюсь к машине и сажусь за руль.

 

Алиев уже достал малыша из люльки и держал в руках, сюсюкаясь с ним и нежничая. Не смотря на то, что время было позднее, ребёнок почему-то не спал.

 

Скольжу по ним безразличным, мимолетным взглядом и завожу двигатель.

 

- Мой внук… Поверить не могу… Такой маленький…, - радостно говорит Алиев. - Так и не скажешь что ему уже два месяца…

 

***

Глава 23

Змей/Яр

 

Я замираю. Не двигаюсь. Не дышу. Не моргаю.

 

И вроде практически не слышал Алиева, но именно последние его слова доходят ко мне громко и чётко.

 

- Повтори! – требую, так и не взглянув на Алиева.

 

- Что?

 

- Сколько ему месяцев?

 

- Два, - отвечает он, снова начав сюсюкаться с малышом. – Ты посмотри на него… Сутки без мамки… Такой ад пережил… И такой спокойный…, - продолжает. – И в кого он такой пошел… На мамку свою точно не похож… Вообще ничего нет.

 

Я перевожу взгляд на ребёнка, смотрю… Пухленькое личико, темные глазки и волосики… Во рту соска. Ничего особенного или выделяющегося. Ребёнок как ребёнок. Как по такой крохе можно понять, похож он на свою маму или нет?

 

Два месяца…

 

- Ты уверен? – уточняю. Алиев отрывает взгляд от внука и смотрит на меня непонимающим взглядом. – Что ему два месяца? Откуда такая информация?

 

- Ами сказала… А что? – интересуется.

 

Значит, Ами мне солгала.

 

Зачем?

 

Может ли это означать что Дамир мой сын?

 

- Дай мне его! – требую, протянув руки.

 

- Что? Зачем? – растерянно говорит Алиев.

 

- Сюда давай! – настаиваю в неком нетерпении.

 

Он осторожно передает мне ребенка. Беру его в руки, и замечаю что они мгновенно начинают дрожать… Никогда не держал рёбенка в руках, и моя реакция на малыша удивляет меня самого… Не только Алиева.

 

- На изгиб локтя нужно положить… Так будет удобнее, - учит меня Алиев.

 

Я продолжаю держать ребёнка в слегка вытянутых руках. Он такой маленький, что легко умещается в моих ладонях.

 

Смотрю на него, чувствуя в груди странную смесь эмоций… Это что-то новое для меня, поэтому необъяснимое… Но такое приятное.

 

Хотел бы я, чтобы этот малыш был моим сыном? Не знаю!

 

Потому что никогда не хотел детей, не думал о них и не планировал… И сейчас я не понимал своих эмоций. Впервые не понимал и был настолько растерян.

 

Дети и женщины - слабость.

 

Для таких как я – тем более не позволительная слабость. Особенно сейчас, когда моя жизнь - это постоянная война.

 

Я и так очень рискнул, возвращая в свою жизнь Ами, потому что выбора уже не было и она сама ко мне пришла… Но сын…

 

Нужно было проверить всё, прежде чем делать какие-либо выводы.

 

- Можно вопрос? – возвращает меня в реальность голос Алиева. Я ничего не отвечаю, продолжая смотреть на ребёнка в своих руках. Я пытался понять… Найти в нём сходство с собой. – Как давно вы знакомы с моей дочерью и было ли у вас что-то серьёзное? - продолжает он, и я перевожу на него взгляд. Вижу, как он смотрит то на меня, то на ребёнка, и его вид при этом был странно озадаченным.

 

- А что? – спрашиваю.

 

Он жмет плечами.

 

- Да ничего… Просто хочу кое-что понять…, - отмахивается. - Будем ехать? Уверен, Ами там с ума сходит…, - меняет он тему.

 

Я возвращаю ему ребёнка.

 

- Будем ехать… Но в первую очередь кое-куда заедем, - предупреждаю, двигаясь с места.

 

Как только мы выезжаем на ровную дорогу, я сразу беру мобильный телефон и звоню Макару – ещё одному своему человеку, который находится в кругу моих личных ищеек и помощников.

 

- Ярослав Леонидович… Слушаю вас! – тут же отвечает он.

 

- Найди мне лабораторию… Высококвалифицированную и самую ближайшую к моему дому лабораторию, где я смогу сделать тест ДНК, - отдаю команду.

 

- Сейчас? – уточняет Макар.

 

- Да, блядь, прямо сейчас и