теперь ясно, что здорово вас обманули». Но быстро очистил Бог от позора рабов и друзей Своих, показав «лжецами обвинявших» их и наказав положивших пятно на людей избранных (Сир. 11, 31). Ибо, когда пришел какой-то человек из Кремоны, заявивший, что он принес кусочек мощей этого святого Альберто, а именно мизинец правой ноги, то сразу собрались все жители Пармы от мала до велика, как мужчины, так и женщины, «юноши и девицы, старцы и отроки» (Пс. 148, 12), священники и миряне, и все монахи, и в великой процессии с песнопениями принесли этот палец в кафедральный собор, то есть в церковь Преславной Девы Марии. Когда же этот палец возложили на главный алтарь, приблизился к нему господин Ансельм ди Сан-Витале, каноник кафедрального собора и иногда – викарий епископа, и дал ему целование. И когда он почувствовал чесночный запах, то есть зловоние, и объявил о том другим священнослужителям, они и сами увидели и поняли, что они обмануты и сбиты с толку, потому что обнаружили всего лишь одну дольку чеснока. Так были одурачены и выставлены на посмешище жители Пармы, ибо они «пошли за суетою, и осуетились» (Иер. 2, 5). В Кремоне жители хотели доказать, что в церкви, где был похоронен этот Альберто[2373], Бог творит через него бесконечные чудеса, и потому и из Павии и из других частей Ломбардии стекалось множество больных, «чтобы избавиться от болезней своих» (Деян. 5, 15)[2374]. Приходили также из Павии /f. 419b/ в Кремону многие знатные дамы со своими дочерьми, одни по благочестию своему, а другие – в надежде получить полное телесное исцеление. Но «не было отвечающего» (Ис. 66, 4), «и никто… не открыл рта, и не пискнул» (Ис. 10, 14). Об этом говорит Иеремия, 14, 22: «Есть ли между суетными богами языческими производящие дождь? или может ли небо само собою подавать ливень?» И потому сильно заблуждается грешник или больной, отказывающийся от известных святых и обращающийся к взыванию, не заслуживающему того, чтобы его услышали, как говорится в Книге Премудрости Соломона, 13, 18–19: «О здоровье взывает к немощному, о жизни просит мертвое, о помощи умоляет совершенно неспособное, о путешествии – не могущее ступить, о прибытке, о ремесле и об успехе рук – совсем не могущее делать руками».

О том, что жители Кремоны, Пармы и Реджо глупо вели себя по отношению к Альберто-виноторговцу, сочтя его святым; жители Падуи – по отношению к Антонио Пеллегрино, и Господь счел это злом; жители Феррары – по отношению к Арманно Пунцилово

И заметь, то есть обдумай хорошенько, что, подобно тому как жители Кремоны, Пармы и Реджо только что глупо вели себя по отношению к Альберто-виноторговцу, так раньше жители Падуи глупо вели себя по отношению к некому Антонио Пеллегрино[2375], а жители Феррары – по отношению к некому Арманно Пунцилово[2376], «тогда как они не были от семени тех мужей, руке которых предоставлено спасение Израиля», как говорится в Первой книге Маккавейской, 5, 62. Поэтому говорит Господь, Ин. 5, 43: «Я пришел во имя Отца Моего, и не принимаете Меня; а если иной придет во имя свое, его примете». Воистину пришел Господь не только в лице Самого Себя, но и в лице блаженного Франциска, и в блаженном Антонии, и в святом Доминике, и в их сынах духовных, и им должны были верить грешники, чтобы обрести спасение. Но так как они этого не сделали, то и будут наказаны, как говорит апостол, 2 Фес. 2, 10–12, «за то, что они не приняли любви истины для своего спасения /f. 419c/. И за сие пошлет им Бог действие заблуждения, так что они будут верить лжи, да будут осуждены все, не веровавшие истине, но возлюбившие неправду».

О разных причинах приверженности этому Альберто

Произошла же эта приверженность к «святости» по разным основаниям; так, у немощных – от желания обрести выздоровление, у любопытных – от желания увидеть нечто новое, у священников – от зависти к нынешним монахам, у епископов и каноников – из-за наживы, получаемой ими от этого, как явствует из примера епископа Феррары[2377] и его каноников, весьма нажившихся на Арманно Пунцилово. А те из сторонников Империи, которые были изгнаны из своих городов, надеялись под влиянием «чудес» этих новоявленных святых примириться со своими согражданами и с помощью этого примирения вернуться в свои владения и впредь не скитаться по свету.

О том, что в этом году был нарушен миланский мирный договор

Кроме того, в вышеозначенном, а именно в 1279, году, в VII индикцион, был нарушен миланский мирный договор, потому что маркиз Монферратский[2378] обманул и предал членов семьи делла Toppe из-за того, что патриарх[2379], который происходил из семьи делла Toppe, стал давать предписания всей Ломбардии. И в том же году был заключен мир между болонцами, и изгнанники вернулись в Болонью в сентябре месяце[2380]. И был заключен мир между Брешией и мантуанцами.

Также в этом году все братья-проповедники покинули Парму и отправились в Реджо

И в том же году братья-проповедники все покинули город Парму и отправились в Реджо, потому что жители Пармы поднялись против них из-за какой-то женщины, которую те подвергли сожжению как еретичку. И за это брат Латин, кардинал и легат господина нашего папы[2381] во Флоренции, который и сам был из ордена братьев-проповедников, /f. 419d/ отлучил жителей Пармы от Церкви.

О нарушении мирного договора между болонцами, происшедшем в этом году

И в пятницу, в десятый день от исхода декабря [22 декабря], был разорван мирный договор между болонцами, находившимися в городе, и изгнанниками, и произошло междоусобное сражение; и многие из них были убиты. И почти бесчисленные дома тех, кто входил в партию Ламбертацци, были сожжены и разрушены членами враждебной им внутригородской партии. И названные Ламбертацци ушли вон из города в страхе перед внутригородской партией[2382].

В лето Господне 1280, в VIII индикцион, секстарий конопляного семени продавался за 16 и за 20 имперских солидов.

О замке жителей Пармы, который они построили между Пармой и Реджо, возле Вилла Каде, и назвали замком Кроче

И в том же году жители Пармы начали рыть рвы для замка между Пармой и Реджо, недалеко от борго Вилла Кадé, на