искры продолжали сыпаться на подрагивающий пол, исчезая в полете. – И откуда у вас моя рапира?

– Вчера ее достали из-под развалин библиотечной башни. Не смогли вас найти и отдали мне. Здесь оружейная, не забыли? И все оружие хранится у меня. И не только ваша рапира, но еще десяток другой ученических, а так же клинок вашей сокурсницы, Алисии, если не ошибаюсь. Она все никак не может его забрать. Не напомните ей при случае?

Мы промолчали, а в следующий миг в горло мастера уперлось черное острие.

– Вы не ответили, – констатировала Дженнет. – Кто вы?

Сидящий на полу демон рассмеялся.

– Человеческое племя, – прохрипел он, – смотреть противно. А еще жалуетесь на нас. Все ваши беды – это только вы сами и никто иной.

– Я скромный мастер-оружейник сего учебного заведения, – с неожиданной злостью ответил мистер Тилон. Кларисса подошла ближе и положила одну руку на локоть мужа. – Я тот, кто открыл перед вами дверь своего дома сегодня. Я тот, кто вместо того, чтобы причинить вред, вооружает вас. – Мужчина выдохнул, на миг закрыл глаза, а когда открыл их, в них снова было полное спокойствие. – Можем считать, что представление состоялось?

– Что вы делали в Льеже? – торопливо спросила я. И прежде чем он ответил, что сопровождал жену в походе по модным лавкам, как и любой другой на его месте, пояснила: – Я знаю, что вы были там во время эпидемии коросты, вы что-то заказывали у мастера Ули, его брата заразили и тот повесился, а еще у вас была там оружейная лавка… – теперь уже я говорила слишком быстро, почти проглатывая слова. Говорила и понимала, что все это звучит, как лихорадочный бред для любого, кроме, пожалуй, Криса, который был там. И еще Гэли.

– Да, у меня была там лавка, – на этот раз не стал отрицать оружейник. – Там заправлял мой компаньон. Несколько месяцев назад я получил от Гикара странное письмо, больше похожее на бред пьяницы. Он писал о заражении коростой и том, что от него требовали взамен на противоядие. Противоядие, которого давно не было на Аэре. Я поспешил в Льеж, но все равно приехал слишком поздно. Лавка сгорела вместе с Гикаром. Тогда я стал задавать вопросы, вышел на этого вашего Ули… Даже не на него, а на его брата, но так и не смог ничего узнать. Парень повесился, унеся тайну в могилу. Разве удивительно, что я стараюсь не распространяться о той истории?

– Это вы подарили мне клинок? – спросила я и увидела удивление на лице Дженнет, впрочем, ее клинок так и остался у горла мужчины, а мой время от времени огрызался голубоватыми искрами отторжения в его руке.

– Я не настолько богат. И мой компаньон тоже, – сухо ответил мистер Тилон. – Да и вряд ли моя жена одобрит, если я буду делать такие подарки юным леди. Я бы посоветовал вам поговорить с Гикаром… Девы, я бы и сам не отказался с ним поговорить, но уверяю, он никогда не страдал излишней щедростью.

– Если вы не собираетесь сделать меня вдовой, леди Альвон Трид, я бы попросила убрать оружие от горла моего мужа.

– Допрос окончен или у вас есть еще вопросы? – спросил мужчина, все еще протягивая мне рапиру.

Разве демон смог бы прикоснуться к чирийскому металлу?

Я помедлила всего несколько секунд, а потом взяла оружие. Дженнет отвела клинок от его горла, но опускать оружие не спешила. Я видела, как переглянулись Гэли и Мэрдок, как в замешательстве отступила в сторону Мэри, ощутила как неоформленная магия, закрутившаяся вокруг ее пальцев, исчезла.

– Надо уходить, – напряженно сказал Альберт. – Они скоро будут здесь.

И его слова тут же вернули нас в настоящее. На несколько минут мы словно забыли, кто мы и зачем вернулись в Академикум. Забыли куда и зачем торопимся. Забыли, чего боимся на самом деле. И это отнюдь не демон, сидящий у наших ног.

– А ты и в самом деле сможешь закрыть Разлом? – спросил мистер Тилон у кузена, но поскольку тот промолчал, мастер-оружейник опустил взгляд на Этьена: – Они и в самом деле могут это сделать?

– Все, что они могут – это быстро и безболезненно умереть, – процедил одержимый.

– И тем не менее, – произнес Хоторн. – Все, что рассказал нам Альберт, правда?

Демон молчал.

– Думаю, это и есть ответ, – проговорила я едва слышно.

– Эй, вы что, ему поверили? – удивилась Дженнет. – Вы видите его впервые в жизни и вот так просто взяли и поверили? А если он просто умалишенный?

Резонный вопрос. Я бы не отказалась услышать на него ответ, потому как успела много чего рассказать тому же магистру Виттерну, но тот почему-то не спешил обличать меня своим доверием.

– Для вас, леди, я буду кем угодно, – кузен снова изобразил шутовской поклон. В любой другой ситуации, в любой другой день герцогиня бы ему ответила, да так, что мало не показалось. Но сегодня она промолчала.

– Если вы сами в это не верите, то что делаете рядом с ним? – удивленно спросила Кларисса Омули.

– Мы… – начала Дженнет и замолчала, впервые в ее взгляде появилось что-то отчаянное и что-то обреченное.

Не имело значения, что задумал Альберт. Не имело ровно до той поры, пока мы не получим противоядия. Мы были молоды и мерили все самыми простыми категориями. Жизнь – это просто. Смерть – это сложно.

– Люди, – презрительно повторил Этьен.

– Сколько еще демонов на Острове? – быстро спросил Альберт, лезвие снова прижалось к шее одержимого рыцаря.

– Отправляйся в Разлом, белоголовый, – огрызнулся Этьен, а я вздрогнула, потому что именно так старая Туйма зачастую называла Ильберта.

– Может так разговор пойдет быстрее? – уточнил оружейник, протягивая затянутой в перчатку рукой узкий, похожий на стилет нож с черным лезвием. Мэри охнула, когда кузен взялся за рукоять. Последнее зерно изменений наполнило клинок, навсегда запоминая хозяина.

– Вы же сказали, что не расточительны? – спросила я.

– Конечно, нет. Это имущество Академикума.

– Сколько? – повторил свой вопрос железнорукий и прижал лезвие к шее Этьена. Раздалось шипение, запахло паленым мясом.

– Четыре с половиной, – сквозь зубы процедил одержимый, и по его