скользнула по моему бицепсу, когда кто-то взял меня под руку, и, обернувшись, я увидел Эш, стоящую рядом со мной. "Ты неплохо выглядишь для смертного", - сказала она, подмигнув. "Почему я впервые вижу тебя в костюме? Ты не мог надеть его для нашего шикарного ужина?"

"Наверное, стоило", - признался я, чувствуя себя глупо. "Мне не нравится его носить. Он напоминает мне о мрачных днях. Наверное, я не хотел, чтобы это отразилось на нашем вечере".

Ее рука сжала мою, на лице появилось нежное выражение. "Мне так жаль, я не подумала об этом", - прошептала она.

"Все в порядке". Я похлопал ее по руке. "Может быть, пришло время создать несколько лучших воспоминаний в костюме".

"Звучит как хороший план". Улыбка Эш вернулась, и я почувствовал, что и сам готов присоединиться к ней.

"Ладно, вы двое, - проворчал Алекс, - занимайтесь своими странными свиданиями-не-свиданиями в свое личное время. В рабочее время мы делаем все возможное, чтобы не умереть ужасной смертью". Он изобразил, что проверяет воображаемые часы на своем запястье. "И сейчас… рабочее время".

Доун властно поманила нас пальцем, и мы один за другим подошли к стойке регистрации. Служащая надела нам на запястья зеленые бумажные браслеты с надписью "Гость", закрепив самоклеющиеся концы. Я подозревал, что в сверхъестественном мире браслеты имеют большее значение, чем в мире смертных.

"Удостоверение личности, пожалуйста", - с улыбкой сказала служащая, взяв в руки другой черный браслет. На этом было несколько раз наклеено число 21. Удивленный, я вытащил свои права и подождал, пока она их проверит. Похоже, в Лос-Анджелесе даже на сверхъестественных вечеринках приходится проверять возраст, если ты выглядишь несовершеннолетним.

Нам удалось втиснуть всю компанию в шикарный лифт. В нем была всего одна кнопка, и он доставил нас на крышу. Пока мы поднимались, Доун искоса бросила на Ориона оценивающий взгляд. Охотник перевесил меч обратно на плечо, когда мы вышли из машины, и выглядел как нечто среднее между шпионом и гладиатором, только круче.

Его черные глаза посмотрели в ее золотые, выражение лица было непроницаемым. Улыбка Дон стала еще шире. Чем дольше она вглядывалась в их бездну, тем больше ее, казалось, волновало то, что она видела.

"Мы будем такими опасными", - весело пробормотала она, когда двери лифта открылись и мы оказались в баре на крыше, попав в новый мир.

Мы с Эш последовали за Доун и Орионом в ночь, пропустив боссов вперед. Я не могу переоценить важность этого момента: Сверхъестественный мир полон хищников. Это очень примитивно: ешь или будешь съеден. Если ты хочешь, чтобы тебя боялись, то должен внушать ужас, а чтобы внушать ужас, ты должен быть сильным. Нельзя показывать слабость.

Если бы Доун ждала, пока перед ней появится целая армия телохранителей и сопровождающих, это означало бы, что она боится, что ей нужны другие, чтобы убедиться в ее безопасности. Хищники так не поступают. В любом месте, куда они приходят, безопасно, потому что они сами представляют опасность.

На крыше было многолюдно, но не тесно. Как и заявлялось, вокруг были монстры, люди и все, что между ними. В центре всего этого стоял старик с тростью.

Лазарь больше походил на профессора английской литературы, чем на главу многомиллиардной империи. На нем был коричневый твидовый пиджак с желтым карманным платком. В уголке его рта торчала трубка, которая гармонировала с очками в роговой оправе. Увидев Доун и Ориона, он направился к ним, компенсируя свою хромоту короткой тростью с золотым наконечником.

"Ваше Величество, - тепло сказал он, подходя к Доун и поприветствовав ее одним из европейских приветствий, целуя воздух возле обеих ее щек. "Для меня большая честь впервые официально встретиться с вами".

"И я рада, что меня так радушно принимают", - тепло ответила Доун. "Прошло слишком много времени с тех пор, как мы, фейри, давали о себе знать на подобных мероприятиях".

"Не могу не согласиться", - усмехнулся Лазарь. "Хотя это первая Конгрегация в моей жизни, я воспринимаю сегодняшний вечер как своего рода воссоединение. Шанс для старых друзей и знакомых увидеться друг с другом, прежде чем начнется безумие".

"Кстати, о знакомых". Доун повернулась, указывая на гору мускулов и жестокости, стоящую рядом с ней. "Вы знакомы с моим спутником Орионом, из известного Созвездия?"

Я удивленно моргнул при слове "спутник". Мы прибыли вместе, потому что заключили союз. Но я думал, что это скорее деловое партнерство. Как же так получилось, что это превратилось в... Я почувствовал, как рука Эш переместилась на моей руке. Я не понаслышке знал, что сверхъестественные существа серьезно относятся к термину "деловые отношения". Я просто не задумывался о том, что это может означать для Ориона.

Судя по выражению его лица, я подумал, что он, возможно, тоже этого не понял. Охотник застыл, как и подобает бессмертному, казалось, что все его существо на мгновение замерло. Возможно, Доун немного вольно обошлась с планом.

Шок.

Глаза Лазаря сузились, когда он увидел Ориона и нас с Алексом, стоящих за его спиной. Он повернулся к Доун и изогнул пушистую белую бровь, которая могла бы сойти за гусеницу. "Ваш спутник? Мы с ним встречались раз или два".

"Прекрасно", - кивнула Доун, проходя мимо Лазаря на вечеринку и одаривая его ослепительной улыбкой. Как послушное стадо, мы поплелись следом за ней. Мне пришлось раз толкнуть Ориона в плечо, чтобы заставить его двигаться.

Когда я проходил мимо миллиардера-филантропа, он обратил на меня свои водянисто-голубые глаза и протянул руку, чтобы схватить за мою свободную. "Нам нужно поболтать, мистер Карвер", - произнес он мрачным тоном. "Боюсь, у вас есть счета, которые скоро должны быть оплачены".

Глава 12

"О чем он говорил?"- прошептала Эш, когда мы оставили Лазаря, чтобы присоединиться к стаду фейри. Я молча пожал плечами, боясь слишком много думать о его загадочном послании. Мама всегда говорила, что нет смысла плакать из-за молока, которое ты еще не пролил, поэтому я расправил плечи и засунул эти опасения в дальний угол своего сознания, рядом с остальными тревогами. Дверь с трудом закрывалась и немного выпирала посередине, но я справился.

К счастью для этой измученной двери, на вечеринке было достаточно забот, чтобы не дать мне вернуться туда и открыть ее снова. Первым, кого я увидел среди одетых в костюмы смертных, фейри, нефилимов и прочих, было знакомое лицо. Она была невысокой и бледной, с фарфоровыми чертами лица и волосами цвета воронова крыла, которые гармонировали