этого мне достаточно. Главное, что все это случилось после нашего развода. Твой отец был на тот момент свободным мужчиной. Он был в праве делать, что хотел и знакомиться с кем хотел. — выдала сыну и вышла из машины.

Не факт конечно, что помимо Насти больше не было девиц в его жизни с того момента, как мы развелись. Целый год, наверно это для разведенного мужчины достаточно, чтобы успеть побыть в свободных отношениях с многими девицами. Этим я наверно даже больше утешала себя. Потому что если Дима действительно ушел от меня в никуда и ни к какой- то другой женщине, значит его брак совсем никак не устраивал и возможно даже было дело во мне. Только почему не пришел и не сказал тогда в чем проблема у нас? Мы столько лет прожили вместе, что какие-то личные между нами моменты недопонимания не должны были привести к разводу. Не знаю, как Дима, но я была уверена, что все было решаемо простым и банальным разговором…

Но он этого не сделал.

Жалел ли об этом? Я не знала…

— Мама. Что случилось? Откуда шишка на лбу? Почему ты как-то неуверенно ходишь? — начала тараторить дочь, как только мы вошли в дом.

— Уль, не бери в голову. С лестницы упала в квартире отца. — махнула рукой и ушла в свою спальню. Я переоделась и вышла обратно к детям. Они уже сидели на кухне. Ульяна разогрела ужин. Рома уплетал котлеты с картофельным пюре, а Ульяна расспрашивала его, почему он не нежиться на берегу индийского океана в компании жены.

— Ну как без паспорта то улечу, Уль? — недоумевал сын от вопросов младшей сестры.

— А что ж ты такой простофиля, а? — ехидно ответила Ульяна. — Тебе лететь отдыхать, а ты заранее не удосужился забрать документы у отца. Вот знаешь Ром, сам виноват, но наверно это знак свыше, значит ты должен был остаться дома. — вслух рассуждала Ульяна, оперевшись поясницей о кухонный гарнитур.

— Кстати, Ром. Держи ка свой паспорт. — принесла сумку, достала документ и протянула сыну.

— Мам, прости, что так получилось. — Рома взял свой паспорт и опустил глаза, словно чувствовал себя виноватым.

— Ром, все нормально, ты не виноват, что так произошло. Только Настя. — вырвалось у меня и дети тут же округлили глаза.

— Мам, а ну ка расскажи подробно, что там произошло? — спросила с интересом Ульяна и подойдя ко мне, рассматривала шишку на лбу.

— Да, мам расскажи, расскажи. — дожевывая котлету присоединился к расспросам сын.

Я присела на стул и начались откровения. Рассказала детям все в подробностях. И про разговоры Насти с подружкой и о том, что беременна она не от их отца и что в конечном счете это она меня толкнула с лестницы.

Когда я закончила рассказ, они даже ответить ничего не смогли. Сидели с открытыми ртами и молча видимо пытались переварить всю информацию.

Телефонный звонок вывел детей из ступора.

— Да, Ир, привет. — Рома ответил жене по видеосвязи.

— Ром, я тут в шоке немного. Ты скажи мама рядом? — спросила Ира и Рома перевел камеру на меня. Я нехотя, но махнула рукой.

Рома перевел обратно камеру на себя, а Ира начала рассказывать.

— Я значит пока тебя в аэропорту ждала, Ром, позвонила этой Насте. Дай думаю разузнаю, что там у них с папой за связь. Она сказала, что беременна, ты прикинь. — Рома только покачал головой. Про беременность я только что им сама лично рассказала, тут уже удивить нечем. — А потом то мне папа же позвонил и сказал, что Наташа упала с лестницы.

— Да, да, ну это же при мне было еще. Дальше то что? — Рома торопил Иру, чтобы рассказывала быстрее.

— Так вот ты же уехал, а я еще посадку в самолет ждала. Я взяла и снова Насте позвонила, хотела услышать ее версию событий. Мне же подробности то папа не рассказал по телефону. Так вот, эта Настя сказала, что она в истерике и сейчас лежит в больнице…

Глава 24

Дима

Наташа уехала на скорой, а я остался с Настей. Этой тупоумной истеричкой, которая с каждым днем меня самого доводила до нервного срыва.

Мы обсуждали наши отношения миллион тысяч раз и ни разу не было разговоров и моих признаний ей в любви. Я не клялся в верности, не говорил, что схожу от нее с ума.

Да, безусловно, наличие в ее животе сейчас ребенка, крайне все усложняло, но тем не менее, связывать свою жизнь с ней я не планировал. Я хотел вернуться к бывшей жене, как верный пес, готов был валяться в ногах и спать на коврике на полу возле ее кровати, лишь бы простила. Только теперь я понял, что мои шансы быть снова с женой равны нулю.

На свадьбу сына пришел с Настей. Не скрою, хотел доказать бывшей жене, что не одинокий волк и, разведясь, не уходил в никуда.

Только от Наташи я ждал совсем не такой реакции на мое появление. Думал эта встреча спустя время станет знаковой и мы без слов поймем друг друга. Я ждал и надеялся, что увижу в ее взгляде те самые былые чувства ко мне. Хотел, чтобы она сказала, как рада меня видеть. Но увы и ах. В лице бывшей жены абсолютное равнодушие. И не была она похожа на ту женщину, которая весь год горевала и лила слезы по ушедшему от нее мужу. Зрелая, гордая, самодостаточная, ни от кого не зависящая, с высоко поднятой головой и на меня смотрела, как на глупого мальчишку, у которого детство в штанах играло. Меня это задело и разозлило. И все, что происходило весь свадебный вечер было тупо со злости.

А тогда, когда на свадьбе еще Наташа с каким- то хером танцевала, меня еще и волной ревности окатило. Весь год не видел жену и мысли из головы отгонял, что у нее может кто-то появиться. Все думал, что по мне жена страдает, что так же любит, как раньше и забыть не может.

Хрен там. Все в ее поведении кричало, что давно уже отболело и прошло. Словно все, что было между нами быльем поросло и вообще из памяти было навсегда стерто.

Обидно однако же стало. А я ведь даже шел на свадьбу сына с мыслью, что если хоть какой- то звоночек будет от Наташи в мою сторону, то сразу же Настю выпровожу и со свадьбы и навсегда из жизни.