мы все еще враги, и если бы до этого дошло, я бы разорвала их на куски, чтобы люди, которые дали мне приют, были в безопасности.

Я волк, а они охотники, так что это закончится только одним способом - смертью.

Это буду не я.

После еды они убирают посуду, и их внимание переключается на меня.

— Теперь ты готова говорить, волчица? — Спрашивает Вейл, когда Джей направляется к столу и, напевая, выбирает свое пыточное снаряжение на день. Я наблюдаю, как он выбирает большой нож с тремя зубцами и обмакивает его в смесь.

Я принюхиваюсь. Аконит и... сперма пикси?

Это создает галлюцинаторный эффект и усиливает боль.

Как мило.

— Подождите, кто осушил член пикси? — Спрашиваю я.

— Я приму это как отказ. — Вейл вздыхает, как будто он разочарован, и Джей направляется в мою сторону.

Как только они собираются начать, у Вейла звонит телефон.

Резкий звук разрезает воздух. Вейл хмурится и вытаскивает телефон из кармана, подносит его к уху и отходит достаточно далеко, чтобы я не могла слышать, что происходит на другой стороне.

Мудак.

Когда он возвращается, его лицо замкнутое и холодное, он смотрит на меня, затем переводит взгляд на Джея и Люсьена.

— Нам нужно идти. Произошло нападение. Им нужно подкрепление, — огрызается Вейл.

— Кто остается? — Джей рычит.

— Не ты. — Вейл вздыхает, прежде чем посмотреть на Люсьена. — Люсь, ты останешься.

— Ему нельзя доверять ее, — возражает Джей.

— Он останется. Давай, я уверен, ты сможешь унять свою жажду крови. — Они бушуют снаружи, и я смотрю им вслед, молясь, чтобы тот, за кем или чем они охотятся, не принадлежал к моей стае.

Нападение, сказали они. Пожалуйста, луны, пусть это будут не мои люди.

Люсьен тяжело вздыхает и садится, упершись локтями в колени, наблюдая, как они уходят. — Это были не волки, иначе они бы так сказали. — Я поворачиваюсь к нему лицом. — Так что не волнуйся. Недавно было несколько странных нападений на людей. Что-то мертвое поедает их. Вероятно, дело в этом.

— Зачем рассказывать мне? — Спрашиваю я.

— Потому что я хотел бы знать, была ли это и моя семья, а мы не нарушаем своего слова.

Поджав губы, я сижу и наблюдаю за ним. От нечего делать я ловлю себя на том, что разговариваю с ним. — Что-то мертвое? Вампир?

— Нет, они не были осушены. Часть их была съедена.

— Значит, упырь, — бормочу я. — Они отрезают части и едят, обычно приготовленным. Зомби? Но королева вуду уехала на лето на юг, и я не знаю никого, кто бы еще выращивал их здесь.

— Мы думали, зомби, — отвечает он. — Почему бы им не быть зомби? Кто-нибудь может их поднять?

— Нет, не совсем. Королева вуду владеет древней магией, поэтому она может. Некроманты наверняка могли бы, но никого не осталось. Ваш вид и даже их собственные ведьмы затравили их до полного исчезновения, — говорю я ему.

— Значит, ведьмы не могли этого делать? — Он хмурится.

— Нет, чтобы оживить труп, требуется определенный тип магии, — я наклоняю голову. — Поищите место человеческих жертвоприношений в местных могилах - кровь и органы, что-то в этом роде. — Я пожимаю плечами.

— Почему? — спрашивает он, наклоняясь вперед.

— Потому что, если призыв был, он будет там, и это для темной магии. — Я наблюдаю за ним, больше не улыбаясь. Не знаю, зачем я ему это сказала. Может, мне и не нравятся темная магия или ведьмы, но я не должна выдавать их охотникам.

Мы не одного типа, но мы на одной стороне.

— Спасибо, — говорит он мне. — Мы так и сделаем.

Кивнув, я замолкаю, уставившись на него так, как он смотрит на меня - два врага, сцепившихся из-за наших действий, не уверенных, что делать. Я спасла его, но он мне ничего не должен, так что он все еще может убить меня.

— Знаешь, ты смотришь на моего брата так, словно знаешь его, — тихо комментирует он, удивляя меня.

Я ничего не говорю, ожидая увидеть, к чему он клонит.

— Но ты волк, так что это не похоже на то, что вы могли бы просто встретиться. Хотя ты его знаешь, я это вижу. Сначала ты не была уверена, но сегодня что-то изменилось в твоем взгляде. — Черт, он хорош, действительно хорош. — Откуда ты его знаешь?

Я ничего не отвечаю, и он наклоняется вперед.

— Это была ты? — Я моргаю, не уверенная, к чему он клонит. — Много лет назад в лесу он спас волка.

Я усиленно моргаю, не зная, что сказать, все мое тело холодеет.

Откуда он знает?

Глаза были те же. Это действительно тот самый мальчик, который спас меня?

Вейл... Нет, этого не может быть. Он был так добр и спас меня той ночью от охотников. Он сказал, что не хочет быть таким, как они. Он имел в виду охотников? И все же он здесь. Как мог этот добрый мальчик, спасший незнакомую девочку-волчицу, превратиться в такого ненавистного человека?

— Знаешь, я все это видел. Я видел, как мой младший брат спас маленькую девочку, которая была волчицей. — Я сглатываю. Он мог блефовать. — Это было тринадцатого числа. Снаружи были качели и горка. Я знаю, потому что я завидовал. Дом был деревянным и большим, с ковриком с надписью "Не обращайте внимания на сторожевую собаку" и изображением волка. На девочке была бледно-розовая ночнушка с волками .

Мое сердце замирает, когда он говорит. Каждая деталь верна.

Он был там. Люсьен был там, а это значит, что он не лжет.

Вейл был тем парнем, который спас мне жизнь. Он помнит? Ему не все равно?

Он продолжает, поскольку я не отвечаю. — Если бы другие знали, они убили бы его за то, что он сделал той ночью. Он предал не только наш народ, но и нашего отца ради тебя. Даже Джей убил бы его. Пожалуйста, не будь причиной смерти моего брата. Он спас тебя той ночью, так что ты у него в долгу. Пожалуйста, Куинн, я умоляю тебя. Я не знаю, чем это закончится, но я умоляю тебя. Не убивай моего брата, верни свой долг.

Глубоко вдыхая, я встречаюсь с его воспаленными глазами