— Отпусти меня! — я дернулась, но Клим приблизил меня к себе еще ближе.

— Ну чего ты капризничаешь? — он обнимал меня так, что стало дико жарко и тесно. — Хотела подорвать мой авторитет? Вряд ли у тебя это когда-нибудь получится. Так что даже не пытайся.

— Отпусти меня, — попросила я, но уже не так грозно.

С каждой минутой я все хуже скрывала свой страх.

— Нет, сладкая, — он оскалился, показывая мне свое довольство. — Ты меня ослушалась при посторонних. Била своим строптивым копытцем. Я не могу такое спустить тебе с рук. Придется мне тебя наказать.

Я молчала, хотя внутри вся дрожала от страха.

Почему я не ушла сразу? О чем думала? Сейчас он измучает меня, а я сама буду виновата.

— Клим, — я честно взглянула ему в глаза, — мне страшно.

На этот раз, наверное, я рассчитывала на его жалость.

— Я вижу, — он склонился еще ниже к моим губам. — Твой страх — самый сладкий. Дай мне им насладиться…

Глава 28

Клим впился в мои губы и сразу пробрался языком в мой рот. Он сделал это так нагло и напористо, словно этим самым языком он имел меня в рот.

Его поцелуй был таким грубым и жадным, что я… почувствовала возбуждение.

Я мгновенно обмякла в его руках, мои коленки подогнулись, и я даже не попробовала сопротивляться. Мне было страшно, что Клим сожмет меня так, что у меня разом хрустнут все ребра. А Клим тем временем еще больше углубил поцелуй.

Мощными руками он пробрался под полы куртки и ухватил меня за зад. Надавив пальцами, он зарылся мне между ягодиц, и я застонала ему в рот не то от страха, не то от дикого возбуждения, что сейчас окутало меня.

Второй рукой Клим собрал мои волосы в хвост и намотал их себе на кулак. Этим он чуть оттянул мою голову и разорвал наш поцелуй.

— Клим! — я задрожала от противоречивых чувств: страха и возбуждения. — Не надо… подожди…

Он на это лишь усмехнулся и снова впился в мои губы.

Нетерпеливыми движениями, он расстегнул на мне джинсы и грубо пробрался мне в трусики.

Я вскрикнула ему в рот и постаралась зажать бедра. Я не хотел впускать в себя Клима. Этого хама и мужлана! Но мои сопротивления для него ничего не значили. Коленом он растолкал мои ноги и нагло вошел в меня пальцами.

В этот момент он вновь разорвал поцелуй и дал мне выпустить стон.

Он действовал с таким напором, что у меня сбилось дыхание. Я поняла что не могу стоять. Я вся дрожу от страсти, но я не должна хотеть его, когда он так себя ведет! Это ведь насилие!

— Я так поимею тебя, сладкая, — Клим уже предвкушал свою победу. — Ты будешь умалять меня трахнуть тебя. Будешь плакаться и просить. Будешь сама ластиться. Хочешь?

Я замотала головой, но вместе с этим почувствовала еще больший прилив возбуждения. Это ужасно, но я хотела этого мужчину. Хотела прямо сейчас оказаться под ним. И хотела, чтобы он сделал со мной все, что ему хочется.

Мне стало еще страшнее от собственных мыслей.

— Нет… Клим! — взмолилась я, когда он вошел в меня двумя пальцами.

Я почувствовала, что не могу больше стоять. Я буквально села на руку Клима и отдала себя на растерзание.

Как можно не хотеть отдаться такому самцу?

Опьянев от собственных мыслей и проникновений Клима, я закрыла глаза и крепче вцепилась в рубашку Клима. Я еле стояла от накрывшей меня похоти.

Клим тем временем вошел в меня еще два раза и внезапно вытащил руку из моих джинсов.

— А это и есть мое маленькое наказание моей непослушной любовнице, — оскалился он.

Я взглянула на него ничего не соображающим взглядом и только через несколько секунд поняла что он сделал. Он завел меня до предела. До полной потери контроля. А теперь просто бросает в таком состоянии?!

— Клим, пожалуйста… — язык не слушался меня, и я еле ворчала им. — Не оставляй меня так!

— В следующий раз будешь думать, сладкая, прежде чем капризничать при посторонних, — он упивался своей местью, и моим возбужденным состоянием.

— Пожалуйста, не надо, — я нашла его руку и приложила к низу своего живота.

Внутри у меня все горело. Я не могла это выносить.

— Поцелуй меня, — попросила я. — Пожалуйста.

Я сама потянулась к его губам, но Клим все еще держал меня за волосы. Я не смогла дотянуться.

Наконец я поняла, что он просто издевается надо мной. Мне стало ужасно горько. Я опустила плечи, испытывая унижение, а затем взорвалась от ярости:

— Ненавижу тебя! — я заколотила кулаками по его груди. — Мужлан! Деревенщина! Урод! Ненавижу! Я больше никогда не буду твоей! Я была полной дурой, но больше я никогда не доверюсь ни одному мужчине! Вы все…

— Тише, — усмехнулся он. — Разбушевалась.

Но я уже не слушала его. Стыд от унижения накрыл меня с головой. Я все лупила Клима и чувствовала, как у меня уже болят кисти от ударов.

Тогда он подхватил меня на руки и потащил куда-то, но я уже не видела дороги.

Мне хотелось загрызть Клима. Расправиться с ним голыми руками. Как же я его сейчас ненавидела!

— Не покалечься, сладкая, — усмехался Клим, пока нес меня.

— Отпусти! — брыкалась я. — Ненавижу тебя! Подонок!

— Фу, сладкая, — он открыто насмехался надо мной. — Как не красиво произносить такие грязные слова из такого красивого ротика. Что будем делать? Вымоем его с мылом или заткнем чем-нибудь очень большим и вкусным.

— Иди к черту! — я еще больше разозлилась от его намека, но тут увидела что он уже внес меня в основной дом, а затем занес в свою спальню.

— Нет, — я испугалась новой порции унижений. — Не надо…

На этих словах Клим бросил меня на кровать, а я отпружинила от нее.

Разъяренная, мокрая от возбуждения и злая на весь мир я забрыкалась на кровати, а Клим стал расстегивать свои джинсы.

— Ты не получишь меня! — я испуганно отползла к изголовью. — Не получишь.

Клим схватил меня за щиколотки и одним рывком приблизил меня к себе, затем навис надо мной.

— Нет! — я продолжала брыкаться, но мужчина уже стянул с меня джинсы и трусики. Так же он рванул на меня свою футболку, под которой на мне больше ничего не было.

— Ну давай, попроси меня трахнуть тебя, сладкая, — оскалился он, уложив свою руку мне на промежность. — Я хочу, чтобы ты просила.

— Не дождешься! — злилась я, но Клим придавил меня