— Прости, Айна. Я знаю, что и ты не сможешь управлять поместьем, да у тебя никогда и не было склонности к этому. Но ты любишь брата, и я надеялся, что ты постараешься сохранить все это ради него.

— Отец, вы говорите так, будто уже на тот свет собрались, — слова барона мне не понравились. Не будет его, мой брат точно не выживет. Кстати, где он, спит?

— Стужа, дочка, не щадит никого. Холод сжигает изнутри, и я не думаю, что выдержу долго. Тепла в этом доме давно уже нет, — грустно заметил отец. — Но расскажи лучше, как так вышло, что ты сбежала к тетке? Не думай, что я сержусь, как по мне, так это было самым правильным твоим поступком. Только Васил скучает и все время плачет без тебя.

Потом мы поговорили о разном, и отец, раз уж все равно собирался на объезд, согласился проводить нас до границ Вальхейма.

А я неожиданно даже какую-то тоску по этому дому ощутила, все-таки пока тут не было Сингрид, Айна была вполне счастлива.

— Отец, если с вами что-то случится, то я заберу брата, — сказала я неожиданно для себя. Не собиралась влезать в отношения барона с женой, но не удержалась. — Сингрид его ненавидит.

— Да, последнее время я тоже склоняюсь к этой мысли, что моя жена ненавидит всех, кроме себя. Не понимаю, зачем тогда ей нужно было выходить за меня замуж.

— Ради поместья и того, чтобы собирать дань с проезжающих? — с горечью улыбнулась я.

— Ты изменилась, Айна. Стала смелее в столице. А что тебя связывает с дочерью князя Вормуса?

Какой неудобный вопрос. Скажу, что девочка предложила мне работу, станет ясно, что я уже не в отборе. А у нас договоренности с Иванной. Как скоро тетке станет известно, что я их нарушила? Хотя ей и так сообщат. Но все же распространяться не хотелось, поэтому ответила уклончиво:

— Мы случайно встретились и я провожаю ее в Вальхейм.

— Не доверяй там никому, Айна. Северные князья не держат своих обещаний, — заметил барон с горечью и поднялся. — Загляну к сыну и можем отправляться, если вы готовы и не устали.

В детскую я отправилась с отцом. Там царила если не идиллия, то вполне благожелательная обстановка — Линнея наблюдала, как няня кормит ребенка. Брат выглядел довольным и счастливым, улыбался и размахивал ложкой. Так почему же у меня на сердце скребло?

— Я смотрю, мой наследник сегодня бодр и весел? — сказал барон Наурас. — Даже не капризничает.

— Да, Васил так удивился компании, что забыл все свои капризы, — сказала нянька брата. — Хотя до этого плакал.

Сама женщина выглядела уставшей, измотанной и какой-то болезненной, но на ребенка смотрела с нежностью и помогала ему справиться с едой, аккуратно разрезая и раздавливая кусочки еды и вытирая непоседе рот.

Подумала, что, пожалуй, никак нельзя допустить, чтобы она, когда узнает, что сделка с графиней сорвалась, сбежала бы от подопечного.

— Баронесса была уже? — спросил отец.

Няня покачала головой.

— Господин барон, — обратилась вдруг к мужчине Линнея. — Прикажите своей жене перед тем, как ребенка брать, руки мыть.

— Хорошо, — согласился мужчина. — Мне тоже вымыть?

— Если жену обнимали, то да.

Барон кивнул коротко и вышел. Я обрадовалась.

— Вот что, госпожа… — я вдруг сообразила, что не помню имени няни брата.

— Ласта, — сказала женщина.

— Ласта, — повторила я, и имя отозвалось у меня теплом в душе. Такая точно ребенку зла не причинит. — Я хочу нанять вас на работу, за братом моим присматривать и за его матерью.

Достала из потайного места пару серебрушек и протянула женщине. Отдала бы и больше, просто не было. Тот капитал, что я с помощью гнома сколотила, в саквояже лежал, который где-то с оленями и Фроскевой ехал.

— Вы скажите, сколько вы госпоже Фиронер должны, я помогу вам себя выкупить. Только вы уж брата моего от матери и брата сводного защитите, — сказала, когда женщина приняла и спрятала монетки. — Линннея, а что ты про руки сказала? Почему баронессе их мыть нужно?

— Она специально их в порошок из корней веха окунает перед тем, как к сыну прийти. И на платье сыпет, когда к мужу идет. Может, и в еду подсыпает. Запах от баронессы такой приятный идет, это он и есть. Я его узнала, — пояснила девочка.

Даже думать не хочу, что этому ребенку пережить пришлось. Мне бы брата пока защитить. Но все равно взяла ее за руку и сжала крепко.

— Линнея, ты сделала, что хотела? — спросила.

— Да, — коротко сказал ребенок.

Я обняла и погладила брата по голове, потом вернулся отец и тоже потрепал сына по вихрам, наказав тому быть мужчиной, и мы спустились.

А внизу нас ждала баронесса, чтобы устроить, назовем это моноспектакль.

Она кинулась на грудь мужу и со слезами начала его умолять оставить меня дома и никуда не отпускать. Дескать, со мной брату не так скучно будет и за ребенком я смотрю куда как лучше, чем нянька, потому что у той он все время кричит и плачет и вообще болеет и вот-вот помрет от плохого обращения.

Что сразу бросилось в глаза после слов Линнеи — баронесса переоделась и теперь была в другом платье и пахла иначе. А еще я почувствовала, что отец колеблется и действительно хочет приказать мне остаться дома.

— Нет, — резко сказала я. — Я дала клятву, что доставлю Линнею и передам лично в руки ее отцу. Она поехала посмотреть на будущую мачеху и заблудилась в дороге. Я не могу нарушить данное слово.

— Правильно, дочь. А потом сразу возвращайся, не надо тебе у князей задерживаться, — согласился отец, отстраняя от себя жену.

Тогда баронесса начала усиленно впихивать нам своего сына в качестве охраны. Вот уж кого-кого, а его мне видеть рядом с собой не хотелось. Но пока я искала аргументы для отказа, отец уже дал на это согласие.

И вот как мне теперь этого подонка не прибить ненароком?

Глава 15. Подстава от братца

— А ну пошел прочь, окаянный! Ишь чего вздумал, на старуху позарился! — раздался на постоялом дворе громкий крик Данаи. — Не для тебя я девичью честь берегла! Да держи портки-то, держи крепче, а то так голозадым до дома и побежишь!

Красный от стыда и злости мой сводный брат удирал от хохочущей женщины по узким коридорам, ругаясь и ударяясь об открывающиеся двери.

Когда мы были в баронском доме, отвертеться от его общества мне не удалось. Отец встал на сторону мачехи