тебе приятно, — он требовательнее двигал пальцами. — Давай, моя сладкая девочка, кончи для меня, — шептал он ей на ухо.

Светлана перестала противиться невероятному возбуждению и неистовому желанию вновь испытать оргазм. Её дыхание становилось всё чаще, поверхностнее, налитая девичья грудь сильнее вздымалась, пока с полуоткрытых губ не сорвался сладостный стон удовольствия.

Чернов вытащил на свет мокрую руку, восхищаясь количеством влаги и изнывая от желания коснуться её мокрого бутона другой частью своего тела — той самой, что стоит столбом, как не стояла, когда ему было двадцать, и с трудом умещается в тесных брюках. Он вытер пальцы платком и, убрав его обратно в карман, прижал девушку к своей груди.

— Мы поженимся через несколько дней, ты согласна? — спросил он для протокола.

— Да, — едва слышно ответила Света, пряча лицо в его сильной и мужественной груди.

— Может, тебе чего-то хочется? Подарок в честь свадьбы?

— Клубнику.

— Клубнику? — Чернов слегка отстранился, чтобы взглянуть в её лицо. Она может попросить о чём угодно! Все земные блага, имеющиеся на свете! А просит ягоду?..

— Сейчас не сезон, клубника ещё не скоро появится у нас на грядке. А я страсть как её люблю! — призналась девушка. — Я могу попросить брата…

— Не нужно, — перебил Чернов, вспомнив о Джокере. — Будет тебе клубника.

Мужчина обнимал юную девушку, чьи волосы хлестали его по лицу, лезли в глаза, в нос, в рот, и думал о том, что она ни капли не похожа на свою мать. Внешне определённо есть сильное сходство, но вот внутри… Он не мог представить себе, чтобы Людмила писала стихи. Как и то, чтобы она была кроткой и нежной. Вот Амир больше похож на свою мать, чем Света. Такой же смелый, наглый, дерзкий, фартовый… Мысли о том, что Светлана унаследовала свою творческую натуру, любовь к поэзии и музыке от отца — от человека, которого Чернов ненавидел всем сердцем, — заставляли его разрываться на части. Он разрывался между желанием укрыть её от первых холодных капель дождя, спрятать от грозы, оберегать и хранить её нежность и желанием уничтожить в ней всё, что напоминает ему о Максиме.

— Мне пора, но я совсем скоро вернусь за тобой, — Чернов выпустил девушку из объятий. Крупные капли дождя уже орошали землю, падали на яблоню, барабаня по зелёной листве, и весело срывались вниз.

Он пошарил в траве руками и, обнаружив золотое кольцо, вернул его на место, водрузив на тонкий пальчик. Затем взял из рук девушки её блокнот и, обнаружив последний стих, вырвал страницу.

— Надеюсь, ты не против? — спросил он, складывая лист и убирая его во внутренний карман куртки.

— Зачем он тебе? — с сомнением поинтересовалась девушка.

— Ты писала, думая обо мне, верно? Мне ещё никогда не посвящали стихов, я хочу сохранить его у себя, — улыбнулся Чернов.

— А я ещё никогда не писала стихи мужчинам, — призналась Света, — только брату…

— Ты очень его любишь, — усмехнулся Михаил.

— Он — всё, что у меня есть…

22

Амир

Больше недели прошло после последней встречи. Амир искал её повсюду: пытался разглядеть за окнами проезжающих машин, проводил время в дешёвом баре, где они впервые встретились, в надежде, что Николь заглянет туда. Он гонял по городу, караулил её у дома, скрывшись за поворотом, ждал, когда она появится. Но Николь словно исчезла из его жизни, не оставив на прощание ни одной осязаемой вещицы. Всё, что осталось, — его огненная любовь в сердце и воспоминания, сложенные из отдельных моментов.

Парень не мог вспомнить, как выглядит её лицо, но отчётливо помнил её мягкие, сексуальные губы. Помнил её распахнутые глаза с горячим взглядом. Помнил запах её кожи и аромат её души, без которых задыхался, словно дурак в открытом космосе без скафандра. Амир опустил руки, когда во время очередной игры в покерном клубе Олег между делом сказал, что его жена уехала к матери в Канаду и возвращаться не планирует.

Амир летел на всех парах к сестре, в надежде найти утешение в родственной душе. Он ехал так быстро, что казалось — колёса не касаются земли. В этот момент Амир чувствовал себя живым. За его спиной вырастали крылья. Выброс адреналина в кровь, чувство победы над страхом, ветер, ставший соперником, — всё это делало его немного счастливее. В такие моменты парень жалел только о том, что у его байка есть ограничение по скорости. Даже разогнав железного коня до предела, ему хотелось лететь быстрее.

В детском доме царила невероятная суматоха. У входа стоял грузовик, забитый ящиками с клубникой, которые выгружали грузчики, а сторож и взрослые мальчишки быстро уносили ягоду на продовольственный склад.

Усмехнувшись щедрости неизвестного благодетеля, Амир протиснулся между ящиками в дверном проёме и, незамеченный, отправился в комнату сестры.

Светлана сидела на кровати, сложив ноги лотосом, и с самым счастливым видом уплетала крупные спелые ягоды прямо из коробки, погрязнув мыслями в планшете.

— Привет, — Амир наклонился и поцеловал её в макушку, вдыхая родной аромат, служивший лекарством от слабости. Он не мог позволить себе быть слабым и предаваться страданиям из-за неразделённой любви, когда на его плечах лежит эта белобрысая гитаристка. — Чё такая довольная?

— Смотри! Моя песня набрала десять миллионов просмотров! А комментарии! Почитай! — Света сунула брату планшет и, затаившись в восхищении от переполняющей радости, уставилась на него, ожидая реакции. — Это уже седьмая песня, которая нравится людям. Все просят устроить концерт, чтобы вживую послушать, как я пою!

В способностях своей сестры Амир никогда не сомневался и в полной мере был горд за неё. Но вот разделить с ней радость ему помешала одна маленькая деталь — очень сильно мерцающая в лучах солнца, падающих из окна, очень дорогая деталь из белого золота с большим бриллиантом.

Ухватив сестру за руку, Амир поднёс кольцо к её глазам, словно хотел ткнуть носом нашкодившего котёнка.

— Это что? — вмиг изменившись в лице, требовательно пробасил он.

— Кольцо, — так же грубо, копируя интонацию его голоса, ответила Света и выдернула руку. Девушке стало обидно из-за того, что брат, самый близкий и единственный родной человек, не разделил и не понял её радости.

— Ты знаешь, сколько оно стоит⁈ — с наездом кричал Амир, всё больше теряя контроль. — Где ты его взяла⁈

Мысли быстрее автоматной очереди долбили голову предположениями, как вдруг что-то взорвалось.

— Тебе подарили! — выдохнул парень, изумившись своей догадке. — Кто? С какой целью?

Амира начинало трясти от мыслей, что просто так такие дорогие подарки не дарят — только за оказание особых услуг. Его лёгкие