– Остановись! – закричал лорд Горлойк. – Одумайся!

Но Амеронис не слушал; он выхватил длинный лук у одного из своих лучников, наложил стрелу и пустил ее в короля. Горлойк и Келкин бросились вперед и схватили Амерониса за руки.

– Пустите меня! – закричал он. – Пусти! – Он вырвался из рук и отпрыгнул на пару шагов. – Если вам не хватает смелости сражаться, идите вниз и спрячьтесь там на кухне! Корона будет моя! Чего бы мне это не стоило!

Дворяне в ужасе отступили от обезумевшего лорда и отошли к надвратной башне, откуда могли безопасно наблюдать за битвой.

Перед самым началом боя Ронсар пропустил основные силы пехоты к воротам замка, а сам повел небольшой отряд к менее защищенной северной стене. Подняли лестницы и закрепили на стене. Один рыцарь ловко поднялся на стену, другой – за ним еще до того, как прозвучал сигнал тревоги, и прибежали люди Амерониса. Но рыцари Ронсара умели сражаться и смогли продержаться, пока снизу к ним не подоспело подкрепление. Сам Ронсар был на стене третьим, и вскоре к нему присоединились другие. Наверху оказались двенадцать рыцарей короля. Они с трудом проложили себе дорогу к западной стене и продолжали медленно двигаться к северной башне. Но в самой башне они столкнулись с сильным сопротивлением. Десять рыцарей Амерониса, услышав сигнал тревоги, прибежали со двора внизу. Впереди несся гигант в железном шлеме с двуручным топором в одной руке и щитом из бычьей шкуры в другой. Он ворвался через дверь башни, а его топор описывал смертоносную дугу.

Ронсар с двумя рыцарями вытолкали великана обратно за дверь и тут же закрыли ее.

– Сможете удержать дверь? – спросил Ронсар, поднимая забрало.

– Надеюсь, – ответил его помощник. – В этот момент раздался страшный грохот. Топор великана бил в дверь. – Недолго, – добавил он.

– Продержитесь, сколько сможете, – приказал Ронсар, – а потом идите вниз, к нам. Я попытаюсь пробиться к воротам. Попробую их открыть.

Ронсар с остальными рыцарями побежал вниз по винтовым деревянным ступеням. Здесь пока никого не было. Зато их мечи запели страшную песнь, когда они спустились. Впрочем, здесь тоже оказалось немного защитников. Большинство ушли на стены. Во дворе они легко одолели испуганного врага.

– Именем короля, открывай ворота! – потребовал Ронсар, приставив меч к горлу дрожащего привратника. Воин завопил.

– Лучше отрубите голову, но я не могу!

– Открывай, или умрешь, где стоишь!

– Не могу! – зарыдал привратник. – Храбрый сэр, поверьте мне! Двери никто не может открыть, сначала надо снять балки и цепи.

– Мой господин, – крикнул один из рыцарей Ронсара, – он говорит правду. Ворота замотаны цепями и укреплены балками. Тут работы на полдня!

Ронсар хотел ответить, но тут на лестнице, ведущей во двор, послышались крики и топот множества ног.

– Нас нашли! – крикнул один из рыцарей.

Сторожка у ворот наполнилась воинами, примчавшимися со стен. Ронсар и его люди оказались в меньшинстве. Им пришлось отступить через двор к северной башне. Там они объединились с теми двумя, кто удерживал двери, ведущие на стены.

– Заблокируйте двери! – приказал Ронсар. – Мы захватим башню!

Рыцари бросились наверх. Лучники, защищавшие башню, увидели рыцарей и решили, что войска короля взяли стены. Они побросали луки и взмолились о пощаде.

– Заберите оружие, – сказал Ронсар.

Лучников согнали к дальнему краю башни и усадили. Один из рыцарей остался их стеречь. Ронсар встал в амбразуре, размахивая мечом над головой. Люди внизу узнали его и бросились к башне с лестницами и крючьями. Однако эта победа оказалась временной. Амеронис тоже увидел Ронсара и послал к северной башне своих лучших рыцарей. Они добежали до дверей и принялись их рубить. В это же время гигант все-таки разбил дверь в щепки огромным топором. Он повел за собой остальных, и все они с грохотом, толкаясь, начали подниматься по лестнице в башню.

– Мы в ловушке! – крикнул один из людей Ронсара.

– Вы! – Ронсар указал на пленных лучников. – Быстро сели на люк!

Пленники пересели на доски. Теперь дверь держалась еще и их общим весом.

– Это задержит их хотя бы ненадолго, – сказал Ронсар. – А мы подождем.

В туннеле глубоко под замком услышали шум боя. Сюда он глухо доносился из-за ворот за решеткой.

– Слушайте! – сказал Тейдо, и стук молотков прекратился. В тишине люди расслышали звуки ожесточенной битвы, словно стены пещеры все еще хранили отголоски древних войн и теперь просачивались наружу из камней.

– Клянусь Единственным! – закричал Тейдо. – Началось! Поторопитесь, люди, или мы опоздаем! – Тут же молоты застучали по холодному железу, наполняя пещеру и туннель ужасающим грохотом. Зубила вгрызались в металл, пытаясь выбить последнюю секцию решетки. Теперь не было нужды беспокоиться о шуме; любой грохот здесь, в туннеле, растворялся в рёве битвы наверху. Люди набрасывались на равнодушное железо, измученные, падали, задыхаясь, на землю. Когда один человек, шатаясь, отходил, его место тут же занимал другой, и сражение с решеткой продолжалось.

Глава сорок девятая

Землю усеивали тела раненых и умирающих. Многих ударили бревна, летевшие со стен, но больше пострадали от стрел. Король пытался сплотить ряды своей армии и продолжить атаку. Но людей обескуражила неудача – сразу взять стены не удалось, – и встревоженная потерями, армия короля-дракона вынуждена была отступить. Квентин надеялся привести нападающих в порядок.

При первых признаках отступления короля, люди Амерониса на стене разразились ликующими криками. Сам хозяин замка крикнул вслед отступающим войскам:

– Что же вы так мало погостили? У нас еще много для вас припасено. Возвращайтесь; покончим с этим раз и навсегда!

Люди громкими криками поддержали хозяина замка. Воодушевленный Амеронис перегнулся через стену и закричал еще громче, к радости своей армии:

– Король-дракон бежит, как ошпаренная гончая, поджав хвост! Вернись и сражайся, как человек чести!

Наверху, в надвратной башне, лорды Келкин, Горлойк и Денеллон наблюдали, как войска короля покидают поле боя.

– Плохо у них идут дела, – заметил Келкин. – Если бы со мной были мои рыцари; я знаю, за кого бы я дрался.

– Я бы тоже помог королю, – решительно заявил Денеллон. – Хватит! Я уже насмотрелся на Амерониса. Война позволяет разглядеть истинное лицо каждого. Так вот, мне бы это лицо не хотелось видеть в короне.

– Присоединяюсь, – вставил