любили. Зато они охотно ставили опыты на своих подданных. К Салузару вечно стекались бе­зумцы, одержимые 6редовыми идеями. В основном теми, что касались государственного устройства. Если эти идеи увлекали императора, он предлагал их авторам земли, людей и средства. Связываться с Салузаром было рискованно. Когда этому деспоту что-то приходи­лось не по душе, головы летели сотнями. Но шиваитов это не особенно пугало. У себя на родине и ещё в двух дружественных Терране империях они были объявлены вне закона, а тут их ждала возмож­ность осуществить свою мечту – создать общество, которое бы жило по их законам. Они до сих пор не могут понять, почему сбились с пути. Возможно, это была шутка демонов, живущих во тьме между ми­рами. Демонов-разрушителей, о которых люди нашего мира стараются даже не упоминать. В том мире, откуда явились чужаки, тоже были такие божества. На самой древней из их планет, Терре, какой-то народ молился богу Шиве. Считалось, что он разрушает мир в конце каждого магического цикла, дабы потом создать новый. В этом есть своя жестокая справедливость. Она вытекает из необходимости соблюдать закон равновесия. Всё сущее имеет своё начало и свой ко­нец, всё должно идти своим чередом… Я думаю, бог Шива – один из великих блюстителей мирового порядка. А эти люди, назвавшие себя в его честь… Вряд ли они даже пытались вникнуть в суть то­го древнего учения. Они просто были одержимы манией разрушения. Они считали, что перед тем, как что-то построить, надо непременно что-то разрушить. Желательно до основания. Они попали к нам не в добрый час. И по-моему, не случайно. Люди сами навлекают на себя беды, когда их мир не берёт. Здесь как раз кипела смута. Богам тьмы не надо молиться. Лучшая молитва злому божеству – ненависть, раздор… Люди раздразнили демонов-губителей, которые и послали нам тех, кто усугубил наши беды. Обосновавшись на Гиамаре, шива­иты сперва довольно долго изучали наш мир. Языками они овладели 6ез труда. У них есть приборы, которые они называют переводчика­ми. Этих людей заинтересовало происходящее в нашем мире. Тем 6олее что одной из идей, которая их осо6енно увлекала, была идея божественного правителя. Они изучили историю нескольких миров. В одних они побывали, о других узнали из каких-либо источников. На их родине было много путешественников и исследователей, кото­рые собирали сведения о жизни на разных планетах Энны. Изучив ис­торию своей прародины – планеты Терра и далёкой от неё планеты Эрс, шиваиты пришли у выводу, что человекоподобный бог слишком близок к человеку, чтобы ореол божественности мог продержаться долго. Особенно если бог живёт среди людей. Бог, живущий лишь на картинах и в священных книгах, долговечней, но всегда находится достаточно скептиков, которые не верят в того, кого нельзя увидеть наяву и потрогать руками. Бог, живущий среди смертных, впол­не реален, но слишком трудно предъявить людям доказательства то­го, что он бог, а не такой же человек, как они. В истории древней Терры многих правителей провозглашали богами на земле, но далеко не все подданные верили в их божественность. Роль бога слишком трудна для смертного. И она осталась трудной даже тогда, когда в некоторых мирах нашли способ продлить жизнь и молодость тому, ко­му эта роль досталась. Обожествляли и животных. И вот что интерес­но… В их божественную природу всегда верили более охотно. Во всяком случае шиваиты считали так. Айза Роув – её уже нет в жи­вых – писала в своём трактате: «Иные звери много веков, а порой и тысячелетий подряд сохраняли вокруг себя ореол некой таинствен­ной силы, которая внушала опасение даже неверующим. Животным нет никакого дела до той роли, которую им приписывают люди. Исходящая от них сила сродни стихийной. Они, как и стихия, страшны в своём равнодушии к человеческим ценностям, к законам человеческой справедливости. Хищник не жесток. Он просто безжалостен, как судьба. Он прекрасен даже в своей кровожадности, свирепости. Как прекрасно раз6ушевавшееся море. Зверь следует своим инстинктам, и они помогают ему гораздо 6ольше, чем иному человеку приобретённые за долгие годы знания. Быть может, звериный инстинкт и есть сама бо­жественная мудрость, которую так трудно постичь человеку. И с ко­торой ему трудно смириться. Зверь – воплощение дикости, а значит, и свободы. И он использует свободу гораздо разумней, чем человек. Он делает только то, что необходимо. Даже если это жестоко…»

«Как бог Шива, когда разрушает мир?»

«Ты верно уловила мысль Айзы Роув. Не хочу пересказывать тебе весь её трактат. Местами он ужасно заумный. Ларс Хендриксен, ко­торого уже тоже здесь нет, во многом с ней соглашался. Он едва ли не всю жизнь изучал одну из стран Teppы – Египет, где в глубокой древности обожествляли многих животных. И служители звероподобных богов правили страной в большей степени, чем тамошние цари. Ларс считал, что вера основана на страхе, и чем страшнее бог, чем меньше в нём человечности, тем прочнее вера…»

«По-моему, это чушь!» – не удержалась Ариэна.

«Думаю, ты права. У этих людей при всей их образованности ка­кой-то извращённый ум. Они все очень тщательно изучали сведения о планете под названием Далейра, где обожествляли прекрасных зве­рей – лурдов. Они похожи на наших пещерных котов, только ещё круп­ней, и у них ость грива – как у магалов. Ещё больше они похожи на крупных терранских кошек, которых называют лайнами. Сейчас я по­кажу тебе и лурдов, и лайнов… Не правда ли они прекрасны?»

С этим Ариэна не могла не согласиться. Особенно её поразили огромные златогривые лурды. У этих чудных зверей были кошачьи мор­ды, когтистые кошачьи лапы, хвосты с пушистыми кисточками, а по сложению они напоминали одновременно и кошек, и скакунов.

«Лурды разумней, чем терранские лайны, – продолжала аранха. ­– Живут они долго, почти как люди. И держать этих зверей могут толь­ко представители правящего класса – альды. У каждого альда непре­менно есть свой лурд. Он заводит его ещё в детстве – детёнышем и вместе с ним растёт, охотится, сражается. Воины там все – и мужчи­ны, и женщины. Власть на Далейре переходит от одного аристократи­ческого дома к другому. Правитель, потерявший лурда, должен оста­вить свой пост. Считается, что вместе с лурдом он теряет ту час­тицу божественной силы, которой его наделил солнечный бог. Этот бог может принимать облик и человека, и лурда. Это интересный мир. Суровый и прекрасный. А особенно шиваитам понравилась история планеты Арракис, где обожествляли гигантских песчаных червей. Там божественный правитель продержался более тридцати веков. Вот он – бог-император».

Вид гигантского червя с лицом