Но прошлым летом мы вновь встретились на приёме в Хантроке. Оказалось, что девушка по-прежнему увлечена мной, несмотря на то, что по слухам, ей присмотрели жениха. И сегодня оказалось, что этот жених — я. Розовый конверт от королевы-матери прямое тому подтверждение.

С большим трудом я сдерживал желание порвать ненавистную бумагу на мелкие клочки, вот только это бы не решило моих проблем, главная из которых сейчас сидела напротив меня и, жмурясь от удовольствия, с аппетитом уплетала десерт и собиралась искать способ разорвать незаконченный брачный ритуал фейри.

Вчитываясь в написанные рукой королевы-матери строки вновь и вновь, я надеялся найти хоть какую-то лазейку, которая спасла бы меня от навязанного брака с графиней, но пока никак не мог ни за что зацепиться. Эридану был необходим союз с Хантроком.

Хотелось выставить графиню Овис из замка прямо сейчас, объявив девушке, что никакого брака между нами быть не может, но тогда это доставит серьёзные дипломатические проблемы Дэмиану. Оставалось надеяться, что пожив в замке Ирен сама решит отказаться выходить за меня замуж.

Я был готов расцеловать Виолетту за то, как быстро она сориентировалась, придумав легенду про мою неизлечимую болезнь. Пожалуй, пока её и будем придерживаться. До тех пор, пока я не найду способ убедить королеву-мать изменить решение по поводу моего брака.

— Ты собирался предупредить меня о визите леди Овис? — спросил я Чарльза, когда фиалочка скрылась в уборной, а служанки отправились относить ужин обратно на кухню.

— Да. Признаюсь, для нас всех визит её сиятельства стал полной неожиданностью. Но при ней было письмо о вашей предстоящей помолвке, поэтому…

— Я понял. У вас не было выхода, — вздохнул я.

— Вы правда больны? — ожидаемо спросил Чарльз.

— Это большая тайна, которая не должна просочиться за стены замка, — хмыкнул я, поражаясь поразительной осведомлённости управляющего.

— Само собой, ваша светлость, — склонил голову мужчина.

— Где разместили Ирен?

— Леди Овис выделили покои в южном крыле.

— Распорядитесь, чтобы в мои покои её больше не пускали. Она ещё не герцогиня, не член моей семьи и даже не любовница. Официально наша помолвка ещё не состоялась. Это неприлично незамужней девушке находиться в спальне мужчины наедине.

— Будет исполнено, ваша светлость. А что насчёт вашей… особой гостьи? Она останется ночевать в ваших покоях?

— Ты же слышал, что меня нельзя оставлять без надлежащего присмотра даже ночью, — невозмутимо повторил нашу легенду. — Поэтому Виола будет спать здесь. Распорядись, чтобы принесли ещё одну кровать и установили рядом с моей. Также пусть приберут все следы этого безобразия, — я указал на разбросанные повсюду лепестки, — и перестелют постель.

— Что по поводу вещей леди Лесс? Когда ожидать прибытие её багажа?

Я ненадолго задумался, бросив взгляд на дверь, за которой скрылась моя спасительница. Она не может постоянно ходить в дорожном платье и грубых сапогах. Тем более в присутствии той, которую считает моей невестой. А я просто не могу позволить Виоле выглядеть хуже на фоне прилипчивой графини.

— Мы прибыли налегке, — наконец ответил я управляющему чистую правду. — Пригласи в замок утром модисток. Пусть привезут готовые платья, чтобы леди Лёсс было в чём спуститься к завтраку.

— Как много вещей вы планируете заказать, и планируются ли ограничения по бюджету? — дотошно уточнил Чарльз.

— Сколько вещей привезла с собой Ирен?

— Багаж леди Овис занял пять дорожных сундуков, — тут же доложили мне.

— Значит, у моей особой, — я дополнительно подчеркнул интонацией слово, — гостьи должно быть нарядов в два раза больше. Бюджет не ограничен. Всё-таки на спасении собственной жизни, — а именно это Виолетта сделала, дважды, — я не экономлю.

Губы Чарльза едва заметно растянулись в улыбке, которую он поспешил скрыть. Мужчина направился исполнять мои поручения, но на выходе обернулся и задумчиво произнёс:

— Пожалуй, помимо модисток, вызову ещё сапожника. Насколько я мог заметить, обувь леди Лесс не слишком удобна для хождения по замку. Она скорее пригодна для путешествий или прогулок по лесу.

— Ты прав. Вызывай всех, кого считаешь нужным.

— В таком случае, вызову ещё семейного ювелира, — разошёлся он. — Я не заметил на леди ни одного украшения. Сейчас ни одна уважающая себя дама не выйдет к завтраку без серёжек в тон платья. А ещё у девушки изящные запястья и тонкие пальцы. В семейной сокровищнице храниться любопытный браслет, сделанный в виде цветков сирени. Насколько мне известно, его уже лет сто никто не носил, потому что последним герцогиням Найтрок он оказался мал.

— Я тебя услышал. Ювелира тоже приглашай, но так, чтобы леди Овис об этом не стало известно, — попросил я и, подумав, добавил: — И принеси мне утром тот браслет, о котором ты сейчас говорил.

Глава 25. Виола

— Это что?

Переводила недоумённый взгляд с Уильяма на новый предмет мебели, который обнаружила в спальне, когда вышла из ванной комнаты.

— Кровать, — невозмутимо ответил он, изучая меня в ответ.

— Откуда?

— Слуги принесли. Из соседней спальни, если не ошибаюсь.

— Зачем?

— Я приказал, — терпеливо пояснял Уилл мне, словно маленькой. — Ты ведь сама сказала, что на моей кровати будешь спать одна. Не на коврике же мне ночевать?

Мимолётный взгляд, брошенный мной на диванчик, стоящий в гардеробе, герцог заметил.

— Даже не мечтай! — возмутился хозяин покоев. — Мне ночи на постоялом дворе уже хватило, но там выхода не было. Или ты ожидала, что я сам себе за кроватью отправлюсь?

Ну, конечно. Не господское это дело спину надрывать, когда полный замок слуг.

— Если я ответил на все твои вопросы, позволь спросить, что на тебе надето?

— Моё ночное платье. А что? Тебе не нравится?

Я даже покружилась, чтобы усилить вызванный эффект, давая рассмотреть себя со всех сторон. Невозмутимая маска на лице аристократа дала трещину: дёрнувшийся глаз выдал его настоящие эмоции.

— Очень… мило, — сквозь зубы мученически процедил он.

— Правда? — продолжила издеваться я, наблюдая за реакцией мужчины. — Тебе нравится?

— Главное, чтобы тебе было удобно, — дипломатично ушёл от прямого ответа.

«И чтобы слуги с утра не вызывали служителя из часовни для отпевания…» — закончила за него мысленно.

— Ложись спать, Виола. Утром позавтракаем и отправимся в библиотеку, — обрадовал Уилл, прежде чем скрыться в ванной.

С появлением второй кровати свободного места в комнате стало сильно меньше. А ещё она стояла возмутительно близко, почти вплотную к моей. Пока Уилл принимал ванную, в своих перемещениях я была сильно ограничена. Поэтому, чтобы добраться до своего спального места, мне пришлось перелезать через кровать мужчины, что оказалось непросто.

Едва отдышалась, раскинувшись в позе морской звезды, как из приоткрытого окна откуда-то издалека донёсся громкий истерический