Гедимин невесело хмыкнул.

— Зачем они тебе? Повезёшь в Ураниум? Думаешь, выживут?

Вепуат пожал плечами.

— Нам пока здесь надо выжить. До Ураниума ещё далеко.

…Добраться до лаборатории Гедимин успел, а вот до опытов — нет, — едва он взвесил первый десяток камешков и костяшек, снаружи донёсся рёв караванных дудок, и сухо затрещал костяной барабан. «Оркестр прибыл,» — сармат, досадливо щурясь, поднялся из-за стола. «Судя по шуму, там не пара повозок с припасами. Может, и правда, кого привезли…»

…Полупустая повозка, накрытая кожухом разобранного шатра, остановилась у полевой кухни. Бронны с радостным верещанием сгрудились вокруг. Подмастерья передали им детали шатра и спустились с волокуши сами — сгребать камни для фундамента, ставить опоры, натягивать кожух. Один из них помог спуститься старухе в четвероухой шапке. Та жестом отправила его ставить шатёр и неспешно направилась к Гедимину.

— Они приехали, как и обещали, — перевёл Вепуат негромкую речь. — Вы не говорили, что это не нужно — а значит, все договорённости в силе. В Уште видели двойной рассвет и слышали много странного. Правда, что новое Пламя уже разожжено — и прямо здесь, в Элидгене?

Гедимин кивнул. «Ну естественно, видели,» — думал он, стараясь не морщиться. «Трудно не заметить двойной рассвет. Они точно приехали работать, а не собирать сплетни?»

Подмастерья в ближайшее время работать явно не собирались — они стаскивали всё с повозки в только что поставленный шатёр, переносили ближе к нему бочонки и корзины, взятые с общего броннского склада, кто-то сидел на волокуше с чашкой ягод в руках. Нурру с резким писком протянула к нему руку; подмастерье отдал чашку и спрыгнул с повозки, но Гедимин видел, как он зачерпнул ягоды из корзины горстью и, воровато оглянувшись, засунул в рот. Нурру снова запищала, протягивая ёмкость сармату.

— Она просит разрешения приблизиться к Пламени, — перевёл Вепуат. — Для себя и подмастерьев. Она слышала, что можно пройти прямо к нему. И будет благодарна, если ей это позволят. У неё подношение для Пламени.

Гедимин помянул про себя спаривание «макак».

— Какое «приблизиться»⁈ Какие подношения⁈ Это же ядерный реактор. Не хватало там ещё проходного двора!

Нурру протяжно пискнула. Вепуат укоризненно хмыкнул.

— Дай ей зайти на секунду. Посмотрит и выйдет. Может, с благословением Пламени работа пойдёт быстрее. А ягоды потом утилизируем.

Гедимин болезненно поморщился. Нурру снова запищала, громче и протяжнее. Подмастерья, побросав все занятия, сбежались к ней. Теперь на Гедимина смотрели впятером. Никто не моргал.

— Ладно, — буркнул сармат, отводя взгляд. Вепуат радостно ухмыльнулся и издал пронзительный писк. На повозках заверещали взволнованные Бронны. Нурру, чуть наклонив голову, прижала чашку к груди и сделала шаг вперёд.

— Там Айзек. Если выгонит — я не в ответе, — проворчал Гедимин, поворачиваясь к лагерю. «Хорошо бы выгнал! Там и так много чужаков, и все лезут. Бронны, Скогны, Джагулы… Хорошо хоть, Сэта ещё не просились в бункер.»

Подмастерьев он оставил у круга, обозначенного жёлтыми камешками. Бронны не сопротивлялись — так и замерли там, ошеломлённо глядя на купол и проём в белой «стене». Нурру молча прошла в шлюз и остановилась, дожидаясь, пока Гедимин отодвинет крышку. Протянув руку к открывшемуся туннелю, она что-то пропищала, но смотрела при этом не на сармата — и обращалась, похоже, не к нему. На запястье Гедимина мигнул дозиметр — сканирующий луч прошёл мимо, пересёк лагерь и скрылся в холмах.

— Sa tatzqa! — громко сказал сармат, спускаясь вслед за Броннкой в наклонный туннель. Айзек, сидевший у щита управления, поднялся на ноги и шевельнул пальцами в странном, незнакомом жесте. Он держался на удивление спокойно, будто каждый день в реакторный бункер являлись самки Броннов с мисками ягод.

Нурру с коротким писком остановилась, протянула руку к жёлтому корпусу реактора и так замерла, прикрыв глаза и еле слышно повизгивая. Айзек держался между ней и установкой, пристально глядя на аборигенку. Увидев, что она двинулась к реактору, Гедимин нахмурился было, но Айзек пискнул, и Нурру остановилась. Низко склонив голову, она попыталась поставить чашку на пол, но конусовидное донце некуда было воткнуть. Айзек забрал ёмкость, и Броннка, всё так же странно щурясь и покачивая головой, прошла мимо Гедимина к открытому люку. Сармат переглянулся с Айзеком. Тот криво ухмыльнулся.

— Довольно почтительно, — хмыкнул он, высыпая ягоды в контейнер. — Вам с Вепуатом чашка не нужна?

— Потом верну аборигенам, — пообещал Гедимин, вспомнив, что у Вепуата много стеклянных сосудов по образцу местных керамических — и вот наглядных образцов ему для работы не хватает. — Чего ей надо-то было?

— Выразить почтение новому Пламени, — пожал плечами Айзек. — Вечером ещё и на ритуал придёт.

Гедимин болезненно поморщился. «Чтоб их всех с их ритуалами! Дикари и ксеноорганика у щита управления…»

…У обрыва с почти готовыми печами возились двое Текк’тов; Бронны, спешащие к спуску, обогнули их по широкой дуге. Нурру собрала всю бригаду, но из инструментов у них была одна костяная рогулька на всех. Гедимин пошёл за ними, по пути проверив сигма-сканером, как идёт работа под землёй, — там собрались пятеро Текк’тов, четверо копали, один утрамбовывал камень, на скуку никто не жаловался. Ремонтник, еле слышно хмыкнув, прошёл мимо закрытых шахт к запечатанному на месяц ангару. Бронны уже стояли у ворот, переглядываясь и перепискиваясь. Нурру перебирала закупоренные трубки — небольшие, в полпальца длиной — и чего-то пыталась добиться от подмастерьев. Те мялись.

— Что здесь? — спросил Гедимин, подойдя к ним. Нурру, прикасаясь пальцами к коже около носа и рта, что-то объясняла подмастерьям; увидев сармата, она резко развернулась и издала протяжный писк. Гедимин с недоумением следил за её жестами. «Ворота… открыть? Дышать? Нельзя дышать? Краска? Мазать нос?.. А, мать моя колба! Ангар месяц стоит закупоренным. А там — реагенты и продукты реакций. Его часа три проветривать надо, прежде чем войти. И то — я бы без респиратора не полез.»

— Отойдите, сейчас откроем, — Гедимин жестом отогнал карликов от склада. Сопротивляться никто не стал — Нурру повторила жест сармата, подкрепив его громким писком, и Бронны шарахнулись от здания, уходя с пути воздушных потоков. Траектории их распространения они определили довольно точно — Гедимин только хмыкнул, предположив, что у бригады богатый опыт вскрытия таких складов.

Он распахнул ворота, загнал створку в паз и подпёр фиксатором. Анализатор показывал богатый состав атмосферы — пар выделялся целый месяц,