— Не гномов, — вновь вспышка синего света, на которую теперь обратили внимание все. И повторили мой манёвр. Даже Каридин, кажется, внял предостережению неизвестного нам сознания. — Вернёмся к Бранке. Что там?

— Кхм… Её разум, как ты понял, повреждён, но пока что это обратимо. Я бы хотела показать её Ирвингу до того, как мы это исправим.

— Отправишь письмо, как только окажемся в Орзаммаре. Сейчас я её постараюсь уговорить…

— Только в сознание её приведи. Когда ты ушёл, чары спали, и она попыталась на нас броситься. Пришлось успокоить, — почесал кулак Дюран.

— Надеюсь, ты не выбил ей остатки мозга через ухо…

Привести Бранку в сознание оказалось делом простым. А вот добиться того, чтобы она начала слушать — нет.

— Грязный наземник!

— Я месяц не мылся, отстань.

— Проклятый маг!

— Это мне каждый день в Круге говорили.

— Похотливое чудовище.

— Подтверждаю, — заявило три голоса за моей спиной.

— Поклёп! — Возмутился я. — И вообще, я тебе тут про Наковальню хочу растолковать, а ты мне мешаешь говорить.

— Я слушаю, — сосредоточилась Бранка.

— Я договорился с Каридином, и он согласен подумать о том, чтобы взять тебя в ученики и допустить до Наковальни. Но перед этим он хочет сам взглянуть на то, что творится на Глубинных Тропах и в Ораммаре. Если он сочтёт происходящее безнадёжным для гномов…

— Слишком много неопределённости, наземник.

— В принципе, никто не против того, чтобы открутить тебе голову и сбросить тело в лаву, — пожал я плечами.

— Я пришла сюда за Наковальней и не могу уйти без неё.

— Можешь и уйдёшь. Знаешь почему? Потому что, если мы всё же казним тебя за твои проступки, а Каридин откажется помогать народу гномов и станет настаивать на уничтожении Наковальни, или найдёт способ её сам уничтожить — уже ничто не поможет твоему драгоценному Орзаммару обрести хоть каплю былой силы. До тех пор, пока Каридин не отказался окончательно от мысли о том, что Наковальня может быть полезна — разве ты не должна сделать всё, чтобы он принял твою точку зрения?

— Зачем тебе этот древний стальной истукан? Я смогу разобраться в технологии изготовления, я уверена в этом.

— Он много знает и много умеет.

— Он призрак из прошлого! Он тот, кто виноват в падении моего народа!

— Так, мне надоело. Ты сама пойдёшь, или мне тебе помочь? Уверяю тебя, последствия моей помощи тебе совершенно не понравятся.

Несколько секунд Бранка буравила меня тяжёлым взглядом, после чего выдохнула:

— Сама.

Глава 36

Путь назад, в Орзаммар, стал намного более лёгкой прогулкой. Порождения тьмы на «радаре» почти совсем прекратили мелькать, а пауков, вернувшихся в своё гнездо, Каридин и его големы раздавили в кашу. Да, господин Совершенный решил прихватить с собой целых трёх големов, заявив, что остальные останутся здесь до тех пор, пока он сам не примет решение. И в целом я осознал, что на Глубинные тропы могут не вернутся уже целых двое Совершенных гномов, если мы не договоримся: Наковальня Пустоты слишком уж полезный артефакт, а Каридин — слишком уж чистоплюй. С Бранкой немного иная ситуация — она слишком уж беспринципная и, если верить Винн, двинутая. Вот бы их объединить в одного разумного… Судя по обеспокоенным взглядам Дюрана, которые он бросал в мою сторону — гном об общем ходе моих мыслей как минимум догадывался.

Из кузни Каридина, как оказалось, вело несколько ходов, в том числе тайных — Бранка нашла некоторые из них, поэтому и смогла пробраться к Наковальне, минуя большую часть ловушек. Мимо Стального Легиона она тоже прошла самым банальным образом — её посох управления был слишком мощным и брал под контроль достаточно големов, чтобы соорудить ей «живой» коридор, и она смогла проскользнуть мимо остальных. Казалось бы, Стальной Легион должен был в таких условиях уменьшиться, сойдясь в братоубийственной войне, но нет — большая часть големов в нём давно утратили способность к адекватному мышлению, выполняя только чужие команды. Те же, кто остались в своём уме, решили не атаковать Бранку лишний раз — они уже устали от векового бездействия. Их устроил бы и тот вариант, что Каридин прекратит своё существование, а им начнут отдавать команды. Каридин был этим фактом не слишком доволен… Как мне кажется. Бывший гном плохо мог выражать свои эмоции, и общение с нами этот факт никак не меняло.

Назад мы шли с удвоенной скоростью — Каридин и его големы, включая Шейлу, согласились нести спящих разумных, останавливаясь только изредка, возле тейгов. В итоге половина отряда топала пешком, пока другая половина спала на руках големов, затем менялись. Качеству сна это не слишком способствовало, но вот на скорости передвижения сказалось в лучшую сторону. К тому же, остановки никуда не делись — нести Стэна не получилось бы ни у кого при всём желании. Кунари и так испытывал множество проблем в этих низких для него тоннелях, и позволять кому-то его тащить… Но, надо признать, выносливость Стэна поражала — он мог идти без отдыха две или три смены «ездовых големов», а затем спать всего несколько часов, чтобы вновь идти дальше. Нет, на нём такой темп всё же сказывался — темнела кожа под глазами, движения становились чуть более дёргаными, а реакция слегка заторможенной. Но и это определить смогли мы лишь совокупными наблюдениями: Алистер подметил его поведение, а я, как самый зрячий в темноте, изменения во внешнем виде. К тому же, мы уже какое-то время знали Стэна. Думаю, сторонний наблюдатель и вовсе не увидел бы разницы.

Вновь попавшийся нам Кардол с тяжёлым вздохом проводил глазами ещё целых трёх големов, которые прошли мимо него:

— Слушай, Страж, ты, когда свои дела на поверхности закончишь — возвращайся. Мне здесь очень нужен тот, кто сможет пойти в неизведанные части Глубинных троп и найти там нечто полезное в деле борьбы с порождениями тьмы.

— Я ещё вернусь, но не обещаю, что именно к вам, в Легион, — мы пожали друг другу руки и разошлись.

Каридин во время пути действительно много бродил по Глубинным тропам, оставляя големов на нас… Или нас на големов? И отлучаясь в те места, где застыли каменными истуканами древние големы. Попадавшиеся нам тейги, даже те, в которые мы не заходили, так же