— Я не лгу! — закричала я, чувствуя, как слёзы обжигают лицо. — Твой отец куда-то отнёс меня из столовой. Двести восемнадцать шагов! Разве это нельзя проверить?

Ассер резко развернулся.

Я не успела понять, как он оказался рядом. Его пальцы сомкнулись на моих плечах и дёрнули меня к нему, а потом резко отстранили на расстояние вытянутых рук.

— А что ещё вы хотите проверить? — спросил муж, глядя мне в глаза. Его лицо оставалось бледным, но золотистые глаза горели так ярко, что мне стало жарко. — Письма? Шкатулку? Серьгу моей матери, которой Восс расплатился в трактире? Может быть, мы поднимем его из могилы и спросим, почему фамильные драгоценности моей семьи оказались у него?

Пальцы Ассера сжались сильнее.

Он не причинял мне боли. Но я чувствовала, сколько силы скрыто в его руках. Видела, как под кожей на шее проступают тёмные чешуйки.

— Гаррет солгал, — прошептала я, не отрывая взгляда от мужа. — Я слышала, как он признался экономке. Твой отец приходит к слугам и заставляет их…

Глава 45

Глава 45

Ассер встряхнул меня.

Всего один раз.

Затылок дёрнулся, а слова оборвались. От неожиданности я судорожно вдохнула и почувствовала запах дыма, кожи и холодного утреннего воздуха, пропитавший его чёрный мундир.

Муж тут же замер.

Его взгляд скользнул по моему лицу. Пальцы на плечах ослабли, но он не отпустил меня.

— Мой отец мёртв, — произнёс Ассер сдавленным голосом. — Восс мёртв. И каждый человек, который мог бы опровергнуть ваши слова, почему-то не способен этого сделать. Один лежит в фамильном склепе. Другого нашли в заброшенном доме. Очень удобно, Эльсвита.

— Мне тоже было бы удобнее умереть! — закричала я, чувствуя, как внутри лопнуло что-то туго натянутое. — Тогда ты мог бы любить меня, как своего отца! Мёртвой и святой!

Лицо Ассера исказилось.

Он отпустил меня так резко, словно обжёгся, и отступил к окну. Несколько секунд муж стоял ко мне спиной. Его плечи под чёрным мундиром едва заметно поднимались от тяжёлого дыхания.

Я снова ухватилась за кровать.

Ноги дрожали. Во рту появился металлический привкус, а шкатулка возле подушки казалась чёрной дырой, в которую проваливалось всё, что ещё оставалось от нашего брака.

— Ты говоришь, что веришь фактам, — произнесла я, пытаясь справиться с дыханием. — Но доктор подтвердил, что я голодала. Марита видела, в каком состоянии я вышла из леса. Она видела моё кольцо. Видела, как я целовала его.

Ассер медленно повернул голову.

— Да, — ответил он. — Доктор подтвердил, что вы долго голодали и шли пешком. Марита подтвердила, что вы вышли к ней одна, без вещей и денег. Ни один из них не видел камеры. Ни один не видел моего отца. Ни один не может сказать, где вы находились до того, как оказались в лесу.

Холод пополз по спине.

— Но кольцо… — прошептала я, чувствуя, как обручальное кольцо впилось в сжатый палец.

Ассер посмотрел на мою руку.

В его глазах появилось такое выражение, что я невольно спрятала ладонь в складках ночной рубашки.

— Восс бросил вас, — произнёс муж пугающе спокойно. — Забрал драгоценности и оставил одну. Возможно, вы действительно едва не умерли. Возможно, каждую ночь думали, что не дойдёте до людей. И тогда вспомнили обо мне.

У меня перехватило дыхание.

— Нет, — выдавила я, уже понимая, что он скажет дальше.

Ассер медленно приблизился.

— Я никогда не бросал вас в лесу, Эльсвита, — продолжил он, остановившись напротив. — Я не отнимал у вас последнюю еду. Не забирал украшения. Не заставлял расплачиваться бриллиантами с платья. Вы поняли, что единственное надёжное, что у вас осталось, — это наш брак. Поэтому и целовали кольцо.

Каждое его слово входило под кожу медленно и осторожно.

Я попыталась сглотнуть, но горло не слушалось. Золото кольца впилось в распухший палец, и я вдруг спрятала руку в складках рубашки. Мне стало стыдно, что Ассер видит кольцо, которое ещё вчера было доказательством моей любви, а сегодня превратилось в улику против меня.

Я смотрела на мужа и не могла поверить, что он способен взять единственное доказательство моей любви и превратить его в доказательство измены.

— Я целовала кольцо, потому что думала о тебе, — произнесла я онемевшими губами. — Я шла домой к тебе.

— После того как другой мужчина вас бросил, — напомнил Ассер.

Глава 46

Глава 46

Пол качнулся.

Я вцепилась пальцами в резной столбик кровати, но дерево стало скользким от пота. Перед глазами вспыхнула дорога. Пыль. Кровь на повязках. Ночи, когда я засыпала под кустом, прижимая руку с кольцом к губам и повторяя имя мужа.

Теперь Ассер отдал все эти ночи Воссу. Мою боль. Мой страх. Мою дорогу домой.

Всё принадлежало не мне, а версии, которую придумал обиженный мертвец.

— Я понимаю, почему вы вернулись, — произнёс муж. Голос его стал глуше. — Понимаю даже, почему вам стыдно признаться. Вы ошиблись в Воссе. Я знал его. Он умел красиво говорить, кутил, играл, разбрасывался деньгами, которых у него никогда не было. Женщины почему-то принимали отсутствие совести за обаяние.

В золотистых глазах вспыхнула ревность.

Настолько живая, яростная, почти безумная, что на мгновение я увидела прежнего Ассера. Мужчину, который однажды едва не вызвал на дуэль с принцем за слишком долгий танец со мной.

Тогда Ассер совершенно серьёзно сообщил его высочеству, что второй танец с чужой женой в военной традиции можно считать объявлением войны. Принц рассмеялся. Ассер — нет.

Только теперь эта ревность не защищала нашу любовь.

Она её хоронила.

— Я не любила Восса, — повторила я, чувствуя, как голос срывается. — Я вообще почти не разговаривала с ним!

— Может быть, хватит? — снова спросил Ассер.

На этот раз его голос треснул.

Муж отвернулся. Рука в чёрной перчатке легла на подоконник. Дерево тихо хрустнуло под его пальцами.

— Ты не понимаешь, — произнёс он, глядя в окно. — Ты даже сейчас не понимаешь, чего я лишился.

Я застыла.

Ассер молчал так долго, что я услышала потрескивание фитиля в лампе. Потом он коротко, почти беззвучно рассмеялся.

— Я возвращался домой и представлял, как ты выбежишь мне навстречу, — заговорил муж, не поворачиваясь. — Думал, успеешь ли спуститься с лестницы или снова забудешь о приличиях