– Сегодня мы просто проверим, что вы умеете, – объяснил мистер Росс. – Текст сложный. И не считайте чем-то постыдным, если будете посещать только основной курс.

Мне показалось или он снова бросил на меня взгляд? Обернувшись к своей жене, мистер Росс что-то шепнул ей на ухо. А прежде чем покинуть аудиторию, еще раз оглянулся.

– Джесс, зайди, пожалуйста, после занятия ко мне в кабинет.

Что-то не похоже на просьбу. Ощутив неприятный укол, я кивнула. Чего он хотел от меня?

– Вам известна тема текста, стоящего в программе курса? – Миссис Росс воодушевляюще улыбнулась своему племяннику, хмуро уставившемуся на нее в ответ.

– Двойственность образа Прометея в античной мифологии! – выкрикнул с места Аполлон и залился смехом. Прозвучало так, будто он пошутил, но шутку, кроме него, никто не понял.

– Верно. Кто из вас уже читал трагедию Эсхила?

Вверх поднялись только три руки.

– Хорошо, тогда приступим. Афина, не могла бы ты начать с Бии[4], пожалуйста? Читаем по ролям. Кейден, ты за Прометея. – У нее на лице расцвела улыбка, от которой оно буквально озарилось.

– Ну кто же еще? – послышался злорадный комментарий Аполлона.

– Джесс, какую роль ты выберешь? – обратилась ко мне миссис Росс.

– Никакую! – вырвалось у меня. Может, я и могла произнести парочку глаголов, но никогда раньше не читала вслух. На самом деле я надеялась, что мне дадут отсрочку на некоторое время. Другие наверняка справились бы гораздо лучше меня.

– Увы, это не обсуждается. Чтение вслух – отличное упражнение, чтобы потренировать произношение. Ты читаешь за Ио[5].

– Отец превращает ее в корову. – На щеках Аполлона появились ямочки, а голубые глаза сверкнули от веселья.

Ну хоть кто-то веселился. Я покорно кивнула. В конце концов, я пришла сюда, чтобы учиться, поэтому нужно пользоваться полученным шансом. Меня смущало только то, что Кейден увидит, насколько я плоха в чтении. Я привыкла быть лучшей в школе почти по всем предметам. Ладно, петь я не умела. Давно отказалась от занятий музыкой. Язык же можно было выучить с помощью логики, что я и собиралась сделать.

Я всегда считала, что Гефест, бог кузнечного ремесла, приковал сына титана, Прометея, к скале за то, что тот отдал людям огонь. О проклятии Кроноса, наложенном на Зевса, о котором также шла речь в этой трагедии, я раньше ничего не слышала.

Святой эфир и ветры быстрокрылые,

Истоки рек текучих, смех сверкающий

Неисчислимых волн морских и мать-Земля,

Всевидящего Солнца круг, – вам жалуюсь!

Взгляните, что терплю я, бог, от божьих рук.

Поглядите, стою, покалечен

Изуверством! Мне гнить на века и века,

Мириады веков![6]

Кейден читал свои строки так свободно, как будто его родным языком был не английский, а греческий. Это, скорее всего, просто плод моего воображения, но мне показалось, что я услышала дрожь в его голосе, как будто он понимает страдания Прометея.

Никто не заслуживал подобной участи. Быть прикованным к скале тысячелетия и еженощно страдать, пока орел выклевывал его печень. Но несмотря на то что подобная жизнь явно была адом, Прометей не утратил надежды и своего мятежного духа, из-за которого и оказался на той скале.

Пускай сейчас надменен Зевс и счастьем горд, —

Смирится скоро! Справить свадьбу хочет он

Погибельную. Вырвет власть из рук и в пыль

С престола сбросит свадьба. Так исполнится

Заклятье Крона. Рухнув с первозданного

Престола, сына проклял он навек и век.

Следующие строки Кейден читал едва ли не со злостью.

Надо будет обязательно погуглить, не найдется ли еще какая-нибудь информация об отцовском проклятии Кроноса. Я сделала пару пометок в тетради.

– Существовало пророчество, гласившее, что одна из гетер Зевса обретет силу низвергнуть его, – прошептал мне на ухо Кейден. Он пригнулся ко мне и с любопытством рассматривал мои записи. Как всегда, стоило ему приблизиться ко мне, и мой пульс выходил из-под контроля. – На этом пророчестве строится трагедия Эсхила.

Я заинтригованно взглянула на него:

– Что такое гетера? Звучит как нечто со множеством рук.

Он рассмеялся и подмигнул мне, взмахнув возмутительно длинными ресницами. Я попыталась заставить себя избегать его взгляда. К сожалению, он был слишком красив, чтобы не любоваться остальным его телом, прижимающимся ко мне. Откуда у него такая безупречная кожа? Это просто несправедливо. Хотя он, вероятно, не лежал ночами без сна, думая обо мне. Я чувствовала себя совершенно разбитой.

И снова быстро опустила глаза в текст.

– Гетерами в Древней Греции называли проституток. Но в данном случае женщина таковой не была. Ее оклеветали. – Он мастерски прочел следующий отрывок. Слова из его уст звучали соблазнительно легко. Ну больше соблазнительно, чем легко. Я могла бы слушать его вечно, хотя не понимала и половины.

– Зачем той женщине свергать его? – шепотом спросила я.

– Зевс соблазнил ее против воли. А поскольку никто не поверил, что какая-то женщина смогла отвергнуть бога, все начали утверждать, что она была его шлюхой. – В его тоне послышались нотки гнева. – Как ты наверняка можешь представить, она не обрадовалась этому.

Полагаю, это было преуменьшением века. Но в греческих легендах Зевс так и поступал. У меня возник вопрос, а отдалась ли ему хоть одна женщина по доброй воле, не считая Геры. Когда подошла моя очередь, я запинаясь прочла свои строки. Кейден терпеливо меня поправлял.

– Спасибо, – пробормотала я.

– Не за что. Ты с легкостью выучишь язык.

Меня смутила его похвала.

– Та женщина была смертной или богиней? – вернулась я к нашему разговору.

– Океанидой. – Он отвел взгляд.

– Прости? – Если бы Кейден взглянул на меня, то увидел бы множество вопросительных знаков на моем лице. – Понятия не имею, кто это.

– Богиня, – почти неохотно ответил он, словно пожалел о своих подробных разъяснениях.

Я заметила взгляд миссис Росс.

– Не могли бы вы продолжить свою беседу после занятия? Джесс пришла сюда, чтобы чему-то научиться, – попросила она Кейдена.

Он кивнул, а я виновато улыбнулась. У нее оказался гораздо более покладистый характер, чем у ее тезки из мифов. Божественная Гера всегда представлялась мне мстительной, своенравной стервой.

Мы прочли текст три раза подряд. Я не сомневалась, что остальным было жутко скучно, однако мне пришлось отметить, что мое произношение становилось все лучше и лучше, за что стоило поблагодарить не в последнюю очередь моего соседа.

Когда занятие закончилось и ученики покинули аудиторию, ко мне подошла миссис Росс. Я морально приготовилась к тому,