Город может выдать землю даже негражданам, но и забрать ее может по любому поводу. Если крестьянин плохо работает сам или забросил ее надолго, никто его особо жалеть не станет. Заберут и передадут другому эффективному собственнику.

Второе возражение касается именно выдачи самой земли, опять мое предложение выдавать участки сначала со стороны рудников вызывает недовольство оппонентов.

— Пусть лучше занимают землю поближе к Астору! Смогут поддержать городские вооруженные силы, если снова придут степняки! — вот теперь есть какие-то понятные обоснования в словах моих противников.

— Ну, они все же не наши коренные жители! Просто очередные переселенцы! Еще никак не заслужили выбрать более плодородные земли! — возражаю снова я тоже с большим смыслом. — В самом Асторе их воинская поддержка вообще не требуется, потому что воевать со степняками в чистом поле больше никто не будет. Пока не будет! — вношу я определенную интригу, что когда-то такое невозможное по новой военной доктрине Астора дело станет все-таки возможным.

Ее мы с Генсом сами разработали, поэтому доктрина теперь предполагает только активную оборону без всяких полноценных полевых сражений.

— У нас своих воинов и сплоченных ополченцев с лихвой хватает для обороны теперь сильно укрепленного города. И еще наши крестьяне в ту сторону от города быстро забирают участки, а тут их придется передать пока совсем чужим людям из Астрии. А своих потом уже селить к рудникам? Совсем несправедливо такое получится! — поднимаю я градус обсуждения вопроса.

— Все же предлагаю пришельцев переселить подальше, пусть развивают менее жирные земли, к которым они сами больше привыкли на своей бывшей родине! — делаю окончательное предложение Совету.

Такое мое предложение быстро оказывается проголосовано, сам Кром не видит никакого смысла спорить со своим компаньоном.

Астрийские крестьяне — совсем чужаки, поэтому им положено выделить все похуже и поплоше. Они и так всему подобному будут несказанно рады, раз как-то выжили невероятным чудом и теперь совсем свободны от прежней крепостной зависимости.

А уж про свою личную землю раньше никогда просто мечтать не могли!

Но у меня свои личные планы имеются для переезда почти всех новых крестьян в сторону рудников. Поэтому я выступаю за быстрое выделение никому пока не нужных земель в районе рудников для приведенных мной астрийцев.

И большое количество пока свободных работников там необходимо для постройки самой промплощадки.

«Не придется лично мне с большим трудом нанимать дорогих рабочих в долгую командировку, чтобы платить им по пять тайлеров в месяц, еще кормить и крышу давать. Простые, вообще неизбалованные жизнью крестьяне и за пару тайлеров в месяц ударно поработают прямо около своей земли, даже кормиться сами станут», — хорошо понимаю я большую пользу от нахождения огромного количества крестьян в районе рудников.

И снабжение продуктами питания рудников вместе с моими производствами лучше переложить именно на местных крестьян. Ведь тогда все сильно дешевле выйдет по цене, чем возить продукты на север кораблями из асторского порта. Еще солидный рынок сбыта для самих крестьян найдется в нескольких часах езды от их новых земель.

Я, конечно, никому пока не рассказываю, что через несколько месяцев около рудников будет построена вторая промплощадка. Даже гораздо больше каталонских печей там будет поставлено, чем на нашей, уже работающей. Весь бизнес по перевозке обогащенной руды грохнется не в один день окончательно, но за пару месяцев точно потеряет всякий смысл. Многие люди, приближенные к своим знакомым Капитанам, будут сильно недовольны монополизацией переработки руды и выплавки железа с другими добываемыми металлами.

«Но официально предъявить мне, одному из самых влиятельных теперь Капитанов Совета, просто нечего. Хотите — возите руду в Астор, даже перерабатывайте здесь, никто вам ничего вообще не запрещает. Только с севера через того же Водера пойдут уже железо, медь, свинец, латунь, цинк и сталь гораздо-гораздо более дешевые и еще сильно качественнее. И там еще не окажется никаких скрытых и явных врагов нашего производства, как случилось в том же Асторе. Потому что пока только мои люди там станут жить и работать, — улыбаюсь я про себя, выходя из Ратуши к охранникам во главе с Дропером, терпеливо ожидающим меня на площади. — Причем уже в хороших домах и при настоящем веселом трактире».

Теперь моя жизнь и деятельность продолжают катиться по вполне накатанной колее и со временем я все больше времени провожу именно в Асторе.

То есть провожу его все, не считая выезда на три-четыре дня в Храм. Заодно заезжая в Сторожку, чтобы все-таки отправить одну бригаду на расчистку дороги до стоянки.

Такое путешествие случилось уже через пару осьмиц, в середине второго месяца осени. Когда все дела в городе, включая оборудование мангальной, оказались уже завершены. Люди для нее наняты, но мной пока не обучались, ведь жарить мясо на дровах и продавать простому народу — совсем новое дело в Асторе.

Тут лучше наработанный опыт уже из моей жизни использовать правильным образом.

С жареной рыбкой прямо невероятно вкусную продукцию выдают здешние умельцы, а вот в работе с мясом подобных наработок еще нет. Особенно после двух десятков местных лет постоянного дефицита самого мяса. Вроде город и все Черноземье только начали выходить из провала по мясной продукции, как нашествие степняков забрало не только все излишки, но и просто все, что попалось на глаза жадным завоевателям.

— Должны сделать путь для одной арбы, не слишком сильно груженой, чтобы могла проехать почти до самой стоянки Охотников. Узкую такую дорожку и по самому низу холмов на нагорьях, — выдаю я задание больше не спорящему со мной Бею полуфолы.

В горах сильно похолодало за последнюю осьмицу, не успели арестанты все же довести с половину километра дорогу до Дыры. Поэтому все уже вернулись в саму Сторожку отдохнуть после месяца непрерывной работы.

— Да и ничего, весной все доделают! — решаю я. — Как, с той стороны никто не пришел?

Вот что меня сейчас больше всего интересует, как сатумцы и оставшиеся астрийские дворяне отреагируют на полное исчезновение отлично снабженной армии вторжения.

«Надеюсь, боеспособных дворян из Астрии там осталось совсем немного, одни старики и подростки, наверняка», — рассчитываю