профессиональный азарт и тупая, ревнивая ярость. И ярость, кажется, побеждала. А это верный путь к ошибке — к той, что стоит жизни. Я заставил себя сосредоточиться на погоне, вытесняя из головы испуганные глаза Машеньки и омерзительную ухмылку этого быка.

- Стой, стрелять буду! — надрывался Жданов, но его окрики тонули в гулких дворах-колодцах.

Наш клиент бежал не на панике. Он знал, куда бежит. Короткая пробежка по прямой, резкий рывок влево, в проулок между двумя хрущёвками. К промзоне. Классика.

- Жданов, по улице, обходи! — рявкнул я на бегу, сворачивая за тенью в узкий, захламлённый проход.

Запах сырости и кошачьей мочи ударил в нос. Под ногами хрустнул битый кирпич. Впереди был тупик. Точнее, двухметровый забор из сетки-рабицы, за которым начинался лабиринт гаражей.

Объект, не сбавляя скорости, кошкой взлетел на забор, перекинул тело и спрыгнул с другой стороны.

Ловкий, чёрт.

Я подлетел к забору секундой позже.

К чёрту акробатику!

Я упёрся плечом и пошёл напролом, мысленно представив того быка. Вес и ярость сделали своё дело. С оглушительным треском рвущегося металла сетка подалась, вырывая крепления и царапая мою и без того потёртую кожаную куртку.

Возможно, именно этот звук заставил беглеца обернуться.

Этого хватило.

В ту же секунду снова выстрелил Жданов.

Беглец рухнул как подкошенный, застонал, но упрямо пополз по-пластунски. Он явно понимал, что за мокруху и грабёж сидеть ему не пересидеть.

Я быстро подошёл, утирая со лба пот. Пистолет в руке смотрел ему точно в затылок.

Он дёрнулся, и я безжалостно встал ему на спину, между лопаток, вдавливая в асфальт. Беглец захрипел, тело под подошвой обмякло.

- Жданов, браслеты! — бросил я через плечо.

Запыхавшийся напарник подлетел, рывком заломил раненому руки за спину. Щёлкнули наручники. Только теперь я убрал ногу и опустил ствол.

Наклонился над ним, всматриваясь в искажённую болью и злобой рожу.

- Полковник полиции Медведев. С этого момента ты имеешь право хранить молчание, потому что каждое твоё слово будет работать против тебя. Ты имеешь право на адвоката. Если у тебя нет средств на адвоката, он будет предоставлен тебе государством. Ты понял меня?

Он что-то промычал в асфальт в знак согласия.

- Ну и отлично. Пакуем.

Одно дело мы почти закрыли.

Теперь предстояло разобраться с другим. Личным.

Глава 19

Кирилл вернулся ещё более взъерошенным, чем уходил. От него остро пахло потом и порохом. Он снова стал тем пугающим незнакомцем, каким я увидела его в самом начале.

Как я ни уговаривала Андрея идти домой, понимая, что его присутствие только разозлит Медведева, преуспеть не удалось. Кольцов оказался не менее упрямым, чем Кирилл, и остался ждать со мной, пока из кустов не показался Медведев, а следом — его напарник, волочивший за собой хромого беглеца.

Оставив задержанного на попечение напарника, Кирилл подошёл к нам.

В свете фонаря я заметила, что вся правая сторона его лица исцарапана, проступила кровь. Не раздумывая, я выдернула из кармана платок и подлетела к нему. Пришлось встать на цыпочки, чтобы дотянуться до его лица.

- Ну? — буркнул он, глядя на меня сверху вниз в явном ожидании.

— Что «ну»? — я, не церемонясь, взяла его за колючие щёки и повернула голову к себе, чтобы оценить масштаб ущерба.

- Кто это? — он проигнорировал мою заботу, переводя взгляд куда-то мне за спину, где стоял Кольцов.

- А что за тон? – решила идти в наступление.

- А ты считаешь, что не имею права? — он дёрнул головой, освобождаясь из моих ладоней.

- Считаю, что для начала надо разобраться, прежде чем рычать на всех вокруг.

- А я, по-твоему, сейчас что делаю?! — Кирилл явно закипал.

- Ты наезжаешь, Медведев!

- Хорошо, — процедил сквозь зубы он, перевёл дыхание и сделал шаг назад, скрестив руки на груди. - Может, объяснишь, какого хрена здесь происходит? У тебя что, в каждом районе по мужику в заначке? Ёпт, Маш, я реально не понимаю, что за цирк?

- Ты охренел, Медведев! — я аж поперхнулась от такой наглости. Обида полоснула по живому. - Я кто, по-твоему?

Кирилл в упор посмотрел на меня.

- Не знаю, Маш. Ты мне скажи. Дома у тебя один мужик. Возит тебя другой. А спишь ты со мной… Удобная арифметика, ничего не скажешь…

Дослушивать было так противно, и я, не церемонясь, залепила ему пощёчину.

- Замолчи…

Медведев качнулся, поморщившись от боли. На секунду в его глазах промелькнула тень — что-то похожее на сожаление, но тут же сгорела, сменившись ледяным презрением. Он напрягся, как натянутая струна, и снова перевёл взгляд мне за спину.

- Полковник, ты сейчас конкретно не прав, — голос Андрея раздался за моей спиной.

- Да что ты? — оскалился Кирилл, заиграв желваками и сжимая кулаки.

- Я понимаю, ты на взводе, — Андрей сделал решительный шаг вперёд, сокращая дистанцию, —