стеклянные окна, открывался потрясающий вид на весь город – старый центр с бульваром Мира, новостройки спальных районов и дальше зеленая пелена леса: сосны, сосны, сосны.

Олеся пришла хмурая и остановилась перед столиком, упрямо поджав губы.

– Это свинство, – сказала она строго, – вот так, перед фактом ставить. Договаривались вечером. Мне пришлось сбежать с работы на полтора часа раньше. Я бы хоть сменщицу уговорила…

– Это тебе, – сказал Митя, вытащив из-под стола букет роз.

Честно говоря, он не думал, что этот ботанический сувенир окажется настолько удачной идей, но эффект превзошел все ожидания. Олеся пришла в восторг, сразу оттаяла и поцеловала Митю. Вечер обещал быть удачным.

– А что за сменщица? – поинтересовался Митя. – Разве кто-то может тебя заменить в гриме Майи Львович?

– Я в парикмахерской работаю, – неохотно объяснила Олеся. – Двойником – это так, подработка, не каждый месяц случается. И не только Майя Львович, кстати. Я много кого изобразить могу… – Она вдруг оттянула пальчиками виски, из-за чего ее глаза стали узкими, чуть убрала назад подбородок, смешно открыла рот и вдруг произнесла на весь зал тоненьким голоском Феи Лулу из мультсериала: – Император Хотон выключит ваше Солнце, если воинам сию минуту не принесут еды!

Митя расхохотался, настолько это было похоже.

Официант тут же подбежал к столику и торопливо расставил чашечки с чаем и белые подогретые салфетки.

– Ага, – усмехнулась Олеся. – Ты тоже смотришь «Звездных самураев», заводчик вертолетов?

– Ну я пока не совсем заводчик, – признался Митя. – И старинная машина тоже не моя – мне ее подарили…

– Везучий ты, – присвистнула Олеся.

– Есть немножко, – признался Митя. – По крайней мере, мне повезло познакомиться с тобой.

– Кстати, о машине, – продолжила Олеся. – Я знаю, где она.

– Где?! – жадно спросил Митя, не веря удаче.

– Есть у нас такой дурачок в Соболевке, тракторист Пашка. Он ее к себе в сарай утащил.

– Откуда ты знаешь? – удивился Митя.

– Он к отцу приходил сегодня в мастерскую, предлагал купить на запчасти. Отец сходил посмотрел – там в моторе клапана прогорели. Ты каким ее бензином заправлял, чудо?

– Хорошим! – уверил Митя. – Самым лучшим!

– Зря, – сказала Олеся. – А еще там бампер оторван, когда Пашка ее трактором тащил. Отец мне и перезвонил… – Олеся достала из сумочки и протянула Мите маленькую свернутую бумажку: – На держи телефон Пашки. Разберись с ним, ты же у нас ниндзя.

– Спасибо! – Митя спрятал бумажку. – А почему отец тебе вдруг позвонил? Советовался, брать или нет?

– Я же ему вчера хвасталась, что меня подвозил молодой человек на «Ягуаре Е-Тайп» шестьдесят девятого года, а он мне не верил… Теперь верит. – Олеся засмеялась. – Но ты мне и без «ягуара» нравишься, – добавила она. – Только я бы тебя постригла по-человечески.

– Как Императора Хотона? – пошутил Митя.

Олеся с интересом оглядела его голову.

– А запросто! – сказала она. – Не боишься? Машинка для стрижки у меня с собой, если что.

– Договорились, – улыбнулся Митя.

Официант принес дымящиеся чашки супа, здоровенную доску с роллами и бутылку настоящего японского вина с плавающей на дне сливой.

– Так у тебя есть мастерская вертолетов или нет? – спрашивала Олеся.

– Есть, но они пока плохо летают, – объяснял Митя. – Когда-нибудь полетят.

– Высоко?

– Выше всех! По образованию-то я техник космического приборостроения.

– Ого! В космосе не был?

– Не был. Хотя завтра мне надо съездить на Байконур, – вспомнил Митя. – Пофотографировать пригласили.

– Везет тебе! – сказала Олеся. – Меня возьмешь?

– Я бы рад, но в этот раз не получится, самому с трудом выписали пропуск… А ты где-то учишься?

– Не-а, – вздохнула Олеся. – Три года подряд поступала в театральный, и не взяли. Представляешь, три года! В этом году уже и пробовать не буду…

– Почему? Вдруг повезет?

Олеся покачала головой:

– Не повезет. В последний раз там такая старая дура сидела в приемной комиссии… «Девочка моя, ты парикмахером работаешь?» – передразнила она глубоким грудным голосом, изображая палочкой для суши длинную сигарету. – «Возвращайся в свой город и стриги! Стриги, девочка моя! А высокое театральное искусство – это не твое…»

Митя рассмеялся.

– Я бы тебя точно взял с такими талантами, – уверил он. – По-моему, ты прекрасная актриса!

– Ты врешь, но приятно, – согласилась Олеся.

– Не вру! – обиделся Митя. – Ты мне правда дико нравишься!

– Ты тоже ничего, – кивнула Олеся. – Даже хорошо, что ты не олигарх. Ты мне нравишься.

– Что-то мне подсказывает, что завтра морок рассеется, и ты передумаешь, – съехидничал Митя.

– Я довольно постоянна в своих симпатиях, – возразила Олеся серьезно.

– Чем же я тебе понравился? – удивился Митя.

Олеся задумалась.

– Не знаю. Ты чем-то на Фродо похож из «Властелина колец», – сказала она.

– Я? – изумился Митя – На Фродо? Совсем не похож.

– Я бы тебя под Фродо загримировала – нефиг делать. Но сейчас я о внутренних ощущениях. Ты какой-то… слишком честный, что ли? Готов на подвиги, а взгляд испуганный. Словно у тебя на шее висит Кольцо Всевластия и давит, давит, давит…

Это было чересчур.

– А знаешь, чем ты мне понравилась? – торопливо перебил Митя.

– Конечно, знаю: Майей Львович, – усмехнулась Олеся.

– Нет, ты намного красивее! – уверил Митя.

– Брось, – поморщилась Олеся. – Без грима я некрасивая.

– Самая красивая! – уверил Митя. – Потому что ты самая живая и естественная из всех, что я видел!

– Мало живых видел, значит, – пробормотала Олеся, но улыбнулась: – Все равно приятно врешь!

– Я же честный Фродо, я не вру, – напомнил Митя.

Он подвинул плетеное кресло поближе и обнял ее за плечи. И они стали смотреть через стекло на город.

* * *

Будильник выдернул Митю из сна, и он его выключил, чтобы не разбудить Олесю. Олеся спала рядом, разметав волосы по подушке и сладко улыбаясь. Хотя волшебство пуговицы к утру закончилось, Олеся никуда не исчезла, не превратилась в жабу, не оказалась скрытым трансвеститом. И это уже можно было считать первой сегодняшней удачей. Митя нежно поцеловал ее в щеку и стал тихонько собираться на космодром. Настроение было все еще праздничным, но Митя ждал подвоха. Он еще раз посмотрел на Олесю, сладко спящую на его диване, и улыбнулся.

Сюрприз поджидал в ванной: Митя глянул в зеркало и опешил – из пыльного стекла на него смотрел человек с прической Императора Хотона. По голове словно прошелся когтями тигр от лба до самого затылка, распахав голову на полосы гладко выбритой розоватой кожи и полоски густой шерсти, вздыбленные вверх каким-то гелем или клеем. Конструкция была объемной и слегка напоминала ребристый велосипедный шлем. Митя не очень помнил, как они это вчера сделали, а главное – зачем.

Вдобавок в квартире снова отключили горячую воду. Скрипя зубами, Митя забрался под ледяной