Нэрис не пела. Она стояла, положив руки на раковину, и направляла магию.

От каждого мага к ней потянулись нити энергии. Они вливались в Раковину Маринуса, питая её, наполняя силой.

— Больше! Перл нужно больше силы! — скомандовала Нэрис, практически полностью слившись с силой артефакта.

Маги усилили поток, но это не было легко. Даже Королева Мерисса побледнела.

— Я вижу их, — прошептала Нэрис, закрывая глаза.

Связь с раковиной позволяла ей видеть то, что видел артефакт. Бескрайнее тёмное море и пять тёмных силуэтов, идущих сквозь толщу воды прямо к городу.

Смертоносные подлодки Десмондов.

— Вижу их. Пять кораблей. Идут прямо на нас.

Мерисса подошла ближе:

— Тогда ударь, дочь моя. Покажи им силу океана.

Нэрис кивнула, сжала пальцы на раковине и высвободила её силу.

Море отозвалось мгновенно. Течения изменились и вода стала инструментов в руках принцессы.

Прямо под флотом Десмондов сформировалась гигантская воронка.

Нэрис видела это так чётко, словно находилась там. Воронка была огромной и втягивала воду с невероятной силой, создавая давление, которое могло смять металл, как бумагу.

Волны высотой обрушились на подлодки со всех сторон. Течения неслись вперёд со скоростью урагана, создавая гидроудары невообразимой мощности.

— Никто… не выживет… в этом… — прошипела Нэрис сквозь зубы.

Мерисса стояла рядом не сомневаясь в результате. Раковина Маринуса никогда их не подводила.

Воронка бушевала. Прошла минута, затем вторая. Море хаотично кипело и бурлило, и видимость была нулевой.

Маги молча ждали. Некоторые опирались друг на друга, ритуал выжал из них много сил.

Нэрис всё ещё держала связь с раковиной. Пот струился по её лицу, а руки дрожали от напряжения.

Наконец она почувствовала, как сила заклинания иссякает. Воронка успокаивалась, а течения замедлялись возвращаясь к норме.

Видимость тоже восстанавливалась.

— Нет… — выдохнула Нэрис, и голос её дрогнул.

Она вновь увидела пять подлодок, стоящих почти на тех же позициях. Одна из них имела заметную вмятину на корпусе. Металл был деформирован, но не пробит. Остальные четыре выглядели практически невредимыми.

И все пять продолжали движение вперёд, как ни в чём не бывало.

— Нет… — повторила Нэрис громче, с ужасом в голосе.

Мерисса подскочила к ней:

— Что? Что случилось, дочь моя?

Нэрис разорвала связь с раковиной. Мир закружился, а ноги подкосились. Сильные руки подхватили её, это двое магов удержали принцессу.

— Они… они устояли!

— Как⁈ Это невозможно! Раковина Маринуса… её сила…

— Мама, они даже не замедлились. Атака… она ничего им не сделала.

Королева отступила на шаг. На её лице отразилось потрясение, впервые за много лет Мерисса не знала, что делать.

БАХ!

Внезапно весь дворец содрогнулся. Взрыв был далёким, но ощутимым.

А затем ещё один. И ещё.

Военачальник ворвался в святилище:

— Ваше величество! Они открыли огонь! Торпеды бьют по защитному куполу!

* * *

— Адмирал, магическая атака приближается, — доложил офицер за пультом мониторинга. — Мощность зашкаливает. Это определённо их артефакт.

Кристиан Десмонд стоял в центре командного мостика флагманской подлодки «Левиафан», и смотрел на главный экран. Его лицо оставалось невозмутимым, на нём не было ни тени беспокойства, лишь холодная уверенность.

Командный мостик был воплощением технологического совершенства Десмондов. Десятки экранов отображали информацию с датчиков, камер, сонаров. Приборные панели светились мягким голубым светом, а команда работала слаженно, как единый механизм.

Отсюда Кристиан контролировал всю флотилию из пяти субмарин.

— Вижу, — спокойно ответил он.

Рядом с адмиралом стоял Хавьер Салазар. Бывший маг Великого клана, а ныне простой советник в чужом доме, выглядел напряжённым. Его пальцы нервно перебирали край дорогого, но поношенного плаща. Лицо было бледным.

— Адмирал, это и есть Раковина Маринуса, — произнёс он дрожащим голосом. — Я уверен. Я видел, что она способна сделать с флотом…

Кристиан бросил на него ледяной взгляд:

— Именно поэтому вы здесь, господин Салазар. Чтобы предупреждать нас о таких вещах.

На главном экране картина уже изменилась.

Прямо впереди, под всеми пятью подлодками, сформировалась гигантская воронка.

А затем на субмарины обрушились со всех сторон гидроудары чудовищной мощности.

«Левиафан» содрогнулся. Вибрация прошла по всему корпусу. Огни на приборных панелях замигали. Несколько офицеров схватились за поручни.

Хавьер пошатнулся, едва удержавшись на ногах. Его лицо стало ещё бледнее.

Кристиан оставался неподвижен, словно статуя.

— Доклад, — коротко приказал он.

— Корпус держится! Давление в пределах расчётного! Защитные системы работают на сто процентов!

— «Немезида» докладывает — небольшая вмятина в носовой секции, боеспособность не нарушена!

— «Ктулху» — без повреждений!

— «Харибда» — системы в норме!

— «Сцилла» — всё в порядке!

Кристиан кивнул, продолжая наблюдать за изображением на экране. Океан продолжал бушевать. Вода кипела и бурлила, обрушивалась на них с таким давлением, что любое обычное судно разорвало бы на части за секунды.

Но подлодки Десмондов держались.

И постепенно буря начала стихать. Атака закончилась.

— Статус всех кораблей.

Моментально посыпались доклады лишь о минимальных повреждениях. Все системы работали, и подводные лодки остались в полной боеспособности.

Кристиан повернулся к Хавьеру Салазару. На его губах играла лёгкая, ироничная улыбка:

— Спасибо вам, господин Салазар. Ваша информация оказалась небесполезной.

Тон был вежливым, почти любезным, но под вежливостью скрывалась насмешка.

— Не зря вы ели свой хлеб, Хавьер. Сегодня вы, наконец, окупили всю благотворительность, которую мы вам оказали.

Хавьер сжал кулаки. Его лицо покраснело от унижения и ярости.

— Я был частью Великого клана! — выдавил он сквозь зубы.

— Был. — Легко согласился Кристиан. — Вот только вашего клана больше нет. Как и его величия. Теперь вы лишь советник. К счастью, пока довольно полезный. Ваши знания о Сиренах, их тактике, их оружии оказались неоценимы для планирования этой операции.

Хавьер молчал, но его руки дрожали от еле сдерживаемой ярости.

Наконец он выдавил:

— Я готов быть кем угодно. Лишь бы отомстить этим проклятым рыбам.

Хавьер посмотрел на экран, где уже виднелся силуэт города Сирен. В его глазах горела ненависть:

— Они лишили нас могущества. Убили Великого Князя Армана. Лишили всего. Земель, власти, уважения. Превратили Великий клан Салазаров в… в ничто.

Кристиан слушал молча, позволяя Хавьеру выговориться, и тот продолжал:

— Поэтому я здесь. Поэтому я помогаю вам. Не из верности Десмондам. Из ненависти к Сиренам.

Кристиан усмехнулся:

— Но позвольте мне внести ясность, господин Салазар. На самом деле могущества вас лишил Рихтер. А вы всё ещё боитесь себе в этом признаться. Не слишком дальновидно для… мага из бывшего