class="p1">– Хорошо, – покорно согласилась девушка, съёжившись.

И от этой её покорности что-то в нём перевернулось. Это было ужасно не похоже на всегда смелую и своевольную Астру. Элиссар присел перед ней на корточки, заглянул в лицо и с болью увидел красное пятно на скуле. «Её ударили… Повешу! Всех!». Лиф был разодран, от полного неприличия спас лишь корсет, на шее – следы пальцев. Левый рукав порван… Насколько далеко всё зашло?

«Дурочка ты всё же, – подумал Лис, – бедная, маленькая идиотка».

– Послушай меня, – заговорил мягким, чуть подрагивающим из-за усилий сдерживать нарастающее бешенство голосом, – послушай меня, мой… дружок. Хороший, смелый, очень сильный дружок. Я вернусь раньше, чем ты примешь душ и наденешь чистую, целую одежду…

Слово «дружок» звучало абсолютно по-дурацки, неуместно, дико, но Элиссар не знал, как можно ласково назвать перепуганную девушку.

– Я тебе обещаю: всё будет хорошо. Со всем вот этим я разберусь. А синяки и… синяки залечит Ренар, хорошо? Не бойся. Ну просто мир полон… мерзавцев. С этим ничего не поделать. Их число можно уменьшить, но…

И, поддавшись жалости, он погладил её светлые волосы. Астра судорожно вздохнула, прижалась щекой к его ладони и закрыла глаза, пытаясь удержать слёзы, льющиеся потоком.

– Ну вот и хорошо.

Герцог быстро встал и почти выбежал из комнаты, чувствуя, как ледяное бешенство переполняет сердце. «Не повешу. Кожу сниму. С живых. Или какие там ещё казни, долгие и мучительные, есть в Элэйсдэйре?».

Лис снова вскочил в седло. Ему остро, жутко хотелось направить измученного Арчисвальда обратно, в кабак, и самому разнести всех этих… сволочей на много-много сволочонков. Сжечь кабак в пепел. А «друзей»-студиозов ну хотя бы выпороть, чтобы не тащили в следующий раз девушек в подобные злачные места… Ну мозги-то иметь надо?! Или как?!

Но – нельзя. Самому – нельзя.

Элиссар прогрохотал по Закатному мосту, затрубил в рог. Едва дождался, когда перед ним опустится последний, подъёмный, пролёт.

– Трактир «Рыжая кошка», – прорычал дозорному, останавливая коня. – Всех, кто внутри и снаружи, прямо сейчас – в цепи. В камеры. Завтра я разберусь.

Ошалевший дозорный побледнел:

– Коменданта надо спро…

– Быстрей! – рявкнул Лис.

Один из трёх дозорных бросился опрометью в здание. Бэг появился спустя четверть часа, когда герцог уже был готов громить не только кабак, но сам Красный замок. Раздобревший комендант почёсывал полуобнажённую грудь и отчаянно зевал. Лис дрожащим от злости голосом повторил приказ. Бэг прищурился.

– Бумага от короля имеется? – спросил добродушно.

И это его небрежное добродушие вынесло последние остатки сдержанности королевского побратима. Элиссар спрыгнул на землю, схватил толстяка за шиворот и встряхнул, словно пыльный мешок.

– Бумаги нет! – прорычал бешено. – Но, если я сейчас поеду за королевским приказом, то, клянусь, Бэг – и ты меня знаешь! – я прихвачу с собой ещё и приказ тебя вздёрнуть!

Бэг трусливо побледнел, его полные губы запрыгали.

– Вы меня поймите, милостивый государь мой… – залепетал он.

– На кол! Не повешу, посажу на кол!

Мужчина побелел как полотно. Облизнул пухлые губы.

– Крэнг, что стоишь? – рявкнул, скосив глаза на дозорных, – Ты слышал его милость? Почему ещё тут? Если через полчаса все эти преступники не будут в казематах…

Эллисар выпустил потный шиворот. Выдохнул устало:

– Утром проверю. Среди них есть студиозы. Этих отпустить. Бруни, Матса, и тех, кого они назовут. С остальными разберусь завтра. Бумага от короля будет, не беспокойся.

Снова вскочил на коня и поскакал домой, не оглядываясь. Знал, что насмерть перепуганный Бэг исполнит приказ в точности.

Прежде чем подняться к Астре, Элиссар завёл дрожавшего от усталости Арчисвальда в конюшню, распряг, счистил скребком и влажной тряпкой грязь, пот и кровь с шерсти, расчесал хвост и гриву. Протёр шкуру сухой суконкой. Налил воды, насыпал ячменя. Последний пришлось поискать, но Лис был уверен, что со времён короля Ульвара в конюшне непременно должен быть его запас, и не ошибся в этом.

– Спасибо, дружище, – шепнул, обняв за морду и прижавшись к ней щекой. – Отдыхай.

И только потом вернулся в особняк.

Он подошёл к дверям тех покоев, где оставил Астру. Замер. Стучаться к ней совершенно не хотелось. Хотелось просто упасть и уснуть – сказывалась дорога, всё пережитое и совершенно дикая усталость. А ещё огромное, словно степь, разочарование во всём роде человеческом, но, прежде всего, в женщинах.

Но вдруг ей там… плохо?

И… он обещал.

Лис вздохнул, постучал. Потом постучал ещё. Ответа не было. «Она, наверное, спит…» – шепнул в сердце чей-то радостный голос, но герцог упрямо поджал губы, открыл дверь и вошёл.

Астра оставалась в том же положении и том же виде, в котором Лис её оставил. Сидела, уткнувшись в колени лицом, и спина её вздрагивала от рыданий.

«А вода-то в душе, должно быть, холодная» – вдруг сообразил Элиссар. Он нашёл нужную дверь. И… возможно, в баке уже давно нет воды? Со времён, как здесь жила мама, прошло больше двадцати лет. А король Ульвар, иногда посещавший уединённый дворец, вряд ли здесь мылся. Но даже если и купался, то вряд ли во всех душах сразу.

Элиссар открыл вентиль. Воды, конечно, не было.

«Я потом что-нибудь придумаю», – решил он и принялся искать одежду. Какое-то бельё – рубахи, сорочки – в комодах нашлись. Лис схватил охапку, положил рядом с Астрой. Сел по другую сторону, притянул девушку к себе, прижал лицо к плечу.

– Послушай… успокойся, пожалуйста. Очень тебя прошу. Ты же сильная девочка. Смелая, сильная, отважная девушка. Всё это… неприятно. Но это всё пройдёт. Знаешь, как меня однажды избили? У меня до сих пор двух зубов не хватает с левой стороны.

– Они пытались… пытались… Лис!

Герцог стиснул кулак, продолжая другой рукой нежно гладить её спутанные волосы.

– Изнасиловать? – прямо уточнил он. – Но ведь не получилось?

– Не получилось…

– Ну и всё. Мало ли что и кто пытался. Мы вот тоже попытаемся вздёрнуть их на виселице. Посмотрим, успешно ли получится. Завтра.

Она отстранилась и испуганно посмотрела в его глаза.

– Повесить?

– Ну, если тебе не нравится эта мысль, то я могу их просто четвертовать, – Лис пожал плечами.

Встал.

– Так, Астра, сестрёнка. Давай быстренько переодевайся и в постель. Я пойду, поищу кухню и попробую найти что-нибудь поесть. Хотя… знаешь… Прямо сейчас я выйду на балкон, подышу воздухом,