осторожно! — взволнованно сказал Андж, когда повозка подпрыгнула на очередной ямке. Посадив свою непоседу на сиденье, строго приказал: — Сиди и не вставай. Я сейчас выйду и покажу Идонту дорогу.

Вскоре карета остановилась у парадного входа. Открыв дверь, я замерла, с любопытством рассматривая особняк. Протянув руку, Андж поддержал нас, когда мы с Яримой спускались со ступенек.

Как завороженная, я рассматривала величественную красоту.

Высокие колонны, стоящие полукругом, окрашенные в белый цвет, украшали фасад и являлись опорами для открытого балкона второго этажа.

Размещенные на постаментах витые колонны чуть меньших размеров шли вдоль всего здания и служили своеобразным разделением оконных рам. Богатые лепные украшения, отделанные позолотой, венчали верх опор, а также размещались над окнами и служили оформлением оснований колонн. Крыша здания была треугольной формы, и лишь ее центр венчала полусфера.

В желании рассмотреть ближе великолепное строение, подхватив края юбки, заспешила по ступенькам длинной лестницы, ведущей к парадному входу. Переступив последнюю ступеньку, мы оказались на огромной открытой террасе, тянувшейся вдоль всего особняка. Площадка была выполнена полукругом, ее края огораживали невысокие витиеватые столбы, соединяющиеся широкими перилами.

Я направилась к массивной двери парадного входа. Андж поспешил открыть двери и, улыбаясь, пригласил войти в помещение. Мы оказались в большом холле. Стены были украшены зеркалами, вставленными в тяжелые позолоченные рамы. Вся зала была оформлена так же, как и фасад особняка, в бело-голубых тонах, с вычурной, покрытой позолотой лепниной, идущей над оконными рамами и плинтусом потолка. Вдоль стен стояли диваны и стулья, закрытые чехлами из белой ткани.

Мне кажется, я влюбилась в это место с первого взгляда.

— Андж, я хочу здесь жить, — бросив жалобный взгляд на мужа и боясь услышать из его уст отрицание, поспешила осматривать дальше особняк.

Из холла я попала в огромный зал, по всей видимости, предназначенный для танцев. Когда-то в этом месте кипела жизнь, играла музыка, на балах танцевали пары, а престарелые матроны зорко следили за своими внучками. Стуча каблучками по паркету, я пересекла помещение и, рванув двери, вышла на очередную открытую террасу. С нее открывался потрясающий вид.

С двух сторон площадки вниз вели две длинные лестницы, ведущие к аллейным дорожкам, тянущихся вдоль длинного пруда, расположенного по центру парка в форме полукруга. Зеленую зону со всех сторон окружали двухэтажные строения, выполненные в одной архитектурной композиции с центральным зданием. И хотя по дорожкам невозможно было пройти из-за буйства растительности, дух захватывало смотреть на былую, но все равно величественную красоту.

— Боже!.. Какая красота! Я уже придумала, где будет жить Растиан и ребята. Мам… тебе комнату для варки зелий подберем, — подхватив Яриму под локоть, стояла и любовалась красотой и роскошью, раскинувшейся перед нами.

Герцог Магарианский остановился за спиной Киары — ее энтузиазм забавлял. Досадно было, что он не мог исполнить желания его девочки. Кругом требовались большие денежные траты. Мужское имя, произнесенное ею с таким восторгом, вызвало много вопросом. Но один из них был главным. Мог быть Растиан отцом ребенка у Киары?

— Андж! — повернувшись, посмотрела в потемневшую синеву глаз мужа. — Ты не будешь возражать, если по приезду в столицу мы наймем магов-бытовиков? Это место вновь оживет, заиграет первоначальной красотой и величием. Ох! Сколько у меня планов! Все, пора ехать в Рианул. И чем быстрей мы там окажемся, тем быстрее воплотятся мои мечты.

В столицу Сурманианского государства мы прибыли через четыре дня. Дорога меня изрядно вымотала, но я стоически терпела тряску и тошноту. Столица была раза в два крупнее, чем Сарварс. Да, в принципе, и само государство занимало площадь раза в четыре больше Марвайского государства. Город делился на четыре части. Каждая сторона имела свою центральную площадь, плавно переходящую в главную широкую зону для проезда карет и также пеших прогулок горожан. Тянулась площадь к королевскому дворцу.

Мы не стали проезжать в центр города. Остановились на одном из дорогих постоялых дворов престижного района западной части столицы. Можно было поберечь золотые, но статус не позволял.

Номера были шикарными, состоящими из гостиной, больших покоев с огромной кроватью посередине, отдельной, внушительного размера гардеробной и ванной комнатой. Убранство апартаментов ничуть не уступало королевским покоям.

Две служанки бойко принялись за меня, и через десять минут я уже лежала в ванне. Закрыв глаза, чуть не постанывала от охватившего тела блаженства. Пятая точка была изрядно отбита, и я с сожалением думала: «Ну почему в этом мире не придумали самолеты или машины. Было бы намного быстрее, и не пришлось терпеть тряску и духоту. Одна из служанок бережно намывала меня, другая, по всей видимости, раскладывала вещи. А так как мы с мужем нарядами не блистали, пришлось провести разведку боем. Сплетни мне были совершенно ни к чему.

— Как тебя зовут? — решила завести разговор с девушкой.

— Динара, Ваша Светлость, — пролепетала девица и напряглась. Ее пальцы, массирующие мою голову, замерли.

— Динара. Мне нужна модистка высшего класса. А моему мужу — портной такой же квалификации. Завтра до обеда жду их у нас в номере. За выполнения поручения получишь серебряный.

— Все будет исполнено, Ваша Светлость, — шумно выдохнув, промолвила служанка и более воодушевленно стала массировать мне голову.

Я была настолько уставшей, что кусок в горло не лез. Андж посадил меня к себе на колени и кормил с ложечки, не забывая дуть на горячие кусочки тушеного мяса. Стакан молока я уже пила в полусонном состоянии. И едва голова коснулась подушки, меня мгновенно окутало царство Морфея.

Пробуждение было неожиданным. Меня словно кто-то выдернул из сна. Я опять в форме звезды лежала на муже, собственнически захватив в плен его тело. Моя голова покоилась на груди Анджа. Слушая тихое дыхание и ровные, спокойные удары его сердца, наслаждалась минутами счастья и думала о том, что, наконец, судьба сжалилась над всеми моими страданиями и послала мужчину, которого я могу обнять не только руками, но и душой. Вот за эти минуты спокойствия и легкого касания моих губ его широкой груди могу сказать этому миру спасибо. Во мне растет новая жизнь. И я уже не представляю жизни без нежной, ласковой, с нотками лукавства синевы глаз Анджа. Его сильных рук, трепетных и страстных поцелуев, задорного смеха. Он потихоньку вытесняет из моего разума страх одиночества, наполняет мой мир счастьем и светом любви. Осталась предстать перед ним в образе певицы и понять. Как он относится к моему увлечению?

Захватив губами твердую вершинку его соска, чуть прикусила и тут же была подмята под сильное мужское тело. У нас уже установилась своеобразная