снято сегодня. На нем специальные мотобрюки. Кожаные. Черные с оранжевыми и зелеными полосками и такая же куртка. Я раньше не видела на нем эту одежду.

— Помнишь, я говорил, что наши тренировки и соревнования оплачивают спонсоры? Так вот, мы по контракту делаем то, что они хотят, в том числе снимаемся в рекламе. Олеся — девушка, с которой у меня была фотосессия. Она ничего для меня не значит.

— И вы никогда не встречались? Вас связывает только работа?

Он тяжело вздыхает. Подходит ближе, но я пячусь от него, пока моя спина не вжимается в стену.

— После той фотосессии мы общались какое-то время. Это было личное. Не связано с работой. Но это было задолго до того, как я встретил тебя. Зачем сейчас вдаваться в эти подробности?

— Потому что ваше «личное» до сих пор продолжается! — мой голос срывается.

— Нет! — он энергично крутит головой.

— Кажется, она так не думает «мой сладкий!».

— Ты о чем?

— Она выложила сегодня фотографии, где вы с ней. Обнимаетесь. Я не шпионила! Просто это случайно вышло, — и почему теперь я чувствую себя оправдывающейся. — И ты был в этой одежде! — указываю на него. — Она подписала их «мой сладкий». И много еще чего!

Изо всех сил держусь, чтобы не заплакать перед ним.

— Чего она сделала? — он выглядит взбешенным. Лезет в карман куртки за телефоном. Быстро просматривает. — Это не то чем кажется. Я объясню. Вер! Только не отгораживайся от меня! Я понятия не имел, что она выложит эти фото и еще напишет такой бред. Это все неправда.

— Значит, ты правда виделся с ней сегодня?

— Да. Мне позвонили и попросили сделать еще одну съемку.

— И ты мне не сказал.

Не то чтобы он должен отчитываться, но я уже привыкла, что он сам рассказывает мне о своих планах на день. А тут…

— Я сам не ожидал. В прошлый раз работа была закончена. Мы снимались весь день без остановки. Куча шмоток, образов и локаций. Мне позвонили сегодня утром и попросили приехать доснять несколько кадров. Им нужно для предстоящего Дня города сделать несколько плакатов.

— Для Дня города? — переспрашиваю осипшим голосом. Так вот, что она имела в виду.

— Да. Это заказ от администрации города, они хотят разместить рекламу на нескольких билбордах. Популяризация спорта среди молодежи.

— Значит, скоро по всему городу будут рекламные щиты, где ты обнимаешься с другой девушкой? И все будут думать, что вы пара?

— Ну не по всему городу. В проекте еще представлены другие виды спорта. Так что, думаю, с моим фейсом парочку всего. Там будет много других спортсменов. Занятия в фитнес-залах, городской бассейн, мотоциклы и велосипеды. И еще, кажется, центр скалолазания. Это было неожиданным звонком и опять заняло весь день. У меня ни минуты свободной не было, чтобы позвонить тебе. Я даже не успел переодеться. Рванул к тебе в одежде, которую мне дали для съемки, — показывает на свою куртку. — Я не ожидал, что Леся будет там, и что нас снова поставят вместе. Теперь я подозреваю, что она имела к этому какое-то отношение.

— И для съемки надо было, чтобы она тебя обнимала? — знаю, что веду себя как ревнивая дурочка, ведь я не имею прав на Адама. По факту мы даже не встречаемся еще, но я должна знать всю правду и быть уверенной в нем. Если он подумает, что я истеричка, пусть так. Но он с большой охотой и рвением отвечает на все мои вопросы.

— Была пауза в съемке. Она просто подошла неожиданно и обняла. Ее подружка сделала фото. Я же не мог ее оттолкнуть грубо при всех. Я и представить не мог, что она будет выкладывать эти снимки. Тем более с такой подписью, что мы пара.

Его глубокий взгляд впивается в меня. Мы стоим так близко. И его руки эффективно заключают меня в клетку, когда он опирается о стену с обеих сторон от меня. Кого я обманываю? Если он наклонится, чтобы поцеловать, я не смогу сопротивляться. И не захочу, даже несмотря на острый клубок обиды в груди.

— Любая девушка будет подходить к тебе и обнимать, а ты ничего не будешь делать? — мой тон все больше слабеет.

— Нет. Конечно, нет. Да вообще никто так не делает обычно, — быстро возражает.

— Значит, она чувствовала, что имеет право так сделать. Ведь у вас что-то было.

— Ничего серьезного у нас с ней не было. Она живет в каком-то своем мире фантазий. Я говорил ей, что мы не вместе. Ты веришь мне? Прости, что не сказал тебе про съемку. Я бы не стал этого скрывать. Я бы рассказал, когда мы увиделись лично.

— Это ты извини. Ты не обязан отчитываться. И если ты с ней встречался, конечно, я могу понять почему. Она не просто так модель. Очень красивая. У меня нет такого подтянутого спортивного тела, и умелого яркого макияжа и…

— Тшш! Стоп. Ты просто не представляешь, какая ты. Ты яркая и без макияжа. Ты страстная. Умная. Увлеченная, очень красивая. Я думаю только о тебе. Хочу только тебя.

Я смотрю на него, не зная, как реагировать. В груди горит. И в то же время по телу дрожь.

Его пальцы ложатся на мое плечо. Легонько сжимают. Это простое касание прожигает насквозь.

— Знаешь, Вер… Я больше никогда не буду соглашаться на съемки с ней. Предупрежу своего спонсора.

— Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы на работе. Ты же сказал, что по контракту вы обязаны… — протестую я.

— Мне плевать на эти проблемы. Ты важнее. Я не хочу, чтобы что-то встало между нами. Не хочу, чтобы ты переживала, — его дыхание становится громче. Тяжелее. Адам облизывает губы и тем самым привлекает мое внимание к ним. Они такие яркие. Четко очерченные. Так и манят меня… голову кружат. Но мы еще недоговорили.

— Я признаю, мне было бы неприятно увидеть подобные фотографии еще раз, но если ты говоришь мне, что между вами ничего нет, и что я могу тебе доверять, я буду. Я отнесусь с пониманием. Не нужно звонить спонсору. Только ты, пожалуйста, всегда, говори со мной. Сразу прямо обо всем рассказывай, — почти шепотом заканчиваю. И даже дышать перестаю в ожидании его ответа.

— Я никогда тебя не обману. Ни в чем. Если у тебя есть вопросы, всегда спрашивай. На соревнованиях, на выступлениях к нам часто подходят люди. Девушки. Парни. Дети. Они хотят сфоткаться с гонщиками или с байками. Если ты увидишь еще какую-то