свое дело: Мордред видел и слышал все, что происходило со мной.

– Что ж, хотела ты этого или нет, но тебе представилась уникальная возможность.

От холодной земли щиплет руки, пальцы мерзнут. Перевожу дух и заставляю себя подняться.

– Уникальная возможность притвориться избранной шлюхой тирана-убийцы? Я – пас.

– Нет, я так не считаю. – Он выпрямляется. – Чего ты дуешься, девчонка? Я думал, ты хочешь разрушить их жалкую империю… Существует ли лучший способ подобраться поближе к принцу? Разделишь с ним постель и узнаешь все их секреты. Прекрасная возможность.

Я медленно встаю на ноги:

– Он угрожал мне пытками. Думаете, после этого я брошусь в его объятия? У вас пока не получается быть отцом. – Хотя, если честно, он не худший из моих родителей.

– Ты же шпионка, верно? – шипит Мордред. – Я думал, шпионы хорошо разбираются в людях. У тебя есть возможность использовать сына Оберона против самого Оберона. И я не заметил, чтобы он реально причинил тебе боль.

Голыми руками, наверное, не причинил.

– Его магия ударила по мне, когда он отнял у меня контроль над тем стражником. Теперь я не могу использовать телепатию. Это слишком мучительно.

Мордред пожимает плечами:

– Те, кто играет с огнем, часто калечатся. Возможно, теперь ты будешь испытывать сильную боль, но телепатия все равно будет работать. И вообще внучка королевы Морганы не должна бояться небольшой боли.

– Послушайте, сын Оберона хочет уничтожить человечество. И полуфейри тоже. Понимаете, полуфейри – таких, как я…

– Так не соглашайся с его планом. Используй его, обмани, а когда придет время, убей. Ты можешь остановить его.

Предложение Мордреда так похоже на слова Дариуса, что по спине у меня бегут мурашки.

– Используй его, обмани и убей… Вы говорите исходя из собственного опыта?

– Вообще-то да. Именно так я поступил с первой женой, Квиллог, человеком из Камелота.

Потрясающе. Кругом одни психопаты… Я потираю виски́.

– Я с трудом выкидывала его из головы. В первую же ночь, только я засну рядом с ним, он проникнет в мои сны и все узнает.

Луна освещает лицо Мордреда наполовину, искрясь в его глазах.

– Ты можешь защититься. Мысленно создай Завесу, как я учил. Делай это перед сном, когда просыпаешься и каждый раз, когда чувствуешь, что Ловец Снов рядом. Со временем у тебя получится лучше ее контролировать. Просто нужна практика. И, разумеется, твоя магия в царстве фейри только усилится.

Я хмурюсь:

– Что вы имеете в виду?

Он смотрит на меня с удивлением:

– Я думал, это очевидно… Согласно пророчествам, ты – Владычица Озера.

– Ну и что?

– Магия порождает магию. Если ты проведешь много времени среди фейри, твоя магия усилится. Твои способности Стража, телепата и Владычицы Озера окрепнут.

Я качаю головой:

– Я не стану этого делать. У нас сделка: вы помогаете мне вытащить Рафаэля. И нужно, чтобы вы узнали, где сейчас сестра Рафаэля, потому что он отказывается уходить без нее. Эта часть сделки не выполнена. Рафаэлю нужно выбраться из Броселианда. Полагаю, серебряный мотылек по-прежнему работает?

Мордред слегка наклоняет голову, прячась в темноте, и несколько секунд не произносит ни слова. В его глазу мелькает золотистая искорка, похожая на взлетающего мотылька.

– Оберон в своей библиотеке обсуждает с одним из генералов предстоящее наступление. Прислуга убирает на кухне остатки сегодняшнего пиршества, и горничная только что спрятала недоеденную буханку хлеба в сумку, чтобы забрать домой. Стражники патрулируют стены замка, хотя тот, что в восточной башне, задремал. Мотылек работает. У меня глаза и уши по всему замку Оберона. Мы вытащим твоего возлюбленного.

– А вы можете узнать, какие у Оберона планы?

– Да, но на это нужно время. Получится гораздо быстрее, если ты просто соблазнишь принца.

– Нет.

Ветви отбрасывают острые, похожие на когти тени. Они исполняют на лице Мордреда призрачный танец.

– Будь по-твоему.

На меня накатывает усталость. Сколько сейчас времени? Так хочется вернуться в постель…

– Мне пора. Но сначала нужно снять чары.

Мордред, пожимая плечами, проводит кончиками пальцев по моим ушам; его магия гудит и покалывает кожу, в глазах щиплет.

– Ну вот. Теперь ты снова выглядишь как человек. – В этом слове слышится нечто большее, чем легкое презрение.

Я киваю:

– Вернусь завтра.

Он улыбается мне:

– Правда? Как любезно с твоей стороны… А ты ничего не забыла?

Я скрещиваю руки на груди:

– Что?

– Свою часть сделки.

Я качаю головой:

– Я помогу уничтожить Башню Авалона, как только сестра Рафаэля будет найдена и мы вернем их обоих.

Мордред прищуривается:

– Я знаю, что с возрастом люди становятся слабыми и глупыми. Но, уверяю тебя, у фейри всё по-другому. Хоть мне и больше двух тысяч лет, но я не идиот, Ния.

– Мы же договорились…

– Мы договорились работать вместе. Я вытаскиваю твоего мужчину, а ты помогаешь разрушить Башню Авалона. И у меня есть первое поручение. – Он что-то извлекает из-под мантии. Еще один серебряный мотылек. – Ты выпустила его в замке Оберона. Теперь сделай то же самое в Башне Авалона. Там мне тоже нужны глаза и уши.

Я содрогаюсь.

– Сделаю, когда Рафаэль вернется.

– Ты сделаешь это сегодня – или больше никогда не найдешь дорогу на этот остров. Я заставлю его исчезнуть. Броселианд окажется для тебя недосягаем, а мужчина, которого ты, как уверяешь, любишь, останется там навсегда. Скорее всего, его снова схватят и бросят в темницу. И казнят. Знаю, он только что разбил тебе сердце, но ты же не позволишь ему умереть, верно?

Мое сердце бешено стучит. Я могу это сделать. Выпустить мотылька, а потом предупредить Вивиан, чтобы она приняла меры предосторожности. Игра опасная, но выбор невелик.

Дело не только в Рафаэле. Возможно, он освободит сестру и найдет способ выжить там, скрываясь. Но я не могу отказаться от портала. Не могу отказаться от доступа к Броселианд.

Хотя есть одна маленькая проблема: мне приходится верить Мордреду на слово насчет мотылька. Откуда мне знать, что на самом деле это не оружие и не магическая прослушка?

– Я даже толком не знаю, что представляет собой мотылек. – Я прищуриваюсь. – Может, это бомба, которая убьет нас всех…

Улыбка Мордреда становится шире:

– Что ж, ладно. Ты умна. А то я уже начал сомневаться, моя ли ты дочь… Разумеется, ты права. Ты знаешь обо всем только с моих слов, а я могу соврать запросто. Как известно, я врал не раз или два.

– Значит, вы понимаете, почему я не стану это делать? Вы только что сказали, что женились в первый раз, чтобы узнать секреты этой женщины, а потом убили ее. Думаю, и я