Она стала устройством, обеспечивавшим доступ к телам, помещениям и энергии.

— Следующего цикла не будет, — сказал Патриарх. — Совет остановит запуски. Я отдам приказ разобрать питающие контуры и уничтожить центральную камеру.

— Совет больше не способен принимать решения, соответствующие обстановке, — ответил Аврел. — Вы предлагаете сдаться после первой потери территории и добровольно уничтожить оружие.

— Мы потеряли Винтраллу, материковое снабжение и восточную часть подземной системы, — сказал Патриарх. — Остров окружён. Продолжение войны уничтожит всё, что Церковь создавала многие поколения. Лучше потерять Машину, чем Ларнас целиком.

— Ларнас не имеет самостоятельной ценности, — сказал Аврел. — Его храмы, архивы и Совет существуют потому, что обеспечивали работу призыва. Если они больше не способны выполнять эту задачу, их сохранение не требуется.

В зале стало тихо.

Несколько епископов посмотрели на Патриарха. До этого дня они могли убеждать себя, что Предвестник защищает Церковь собственными средствами. Теперь Аврел сказал прямо, что сама Церковь для него ничего не значит.

— Ты находишься здесь по решению Совета и под властью Патриарха, — сказал старший епископ Восем Мерид. — Ни один призванный не имеет права определять судьбу Святого Острова.

Аврел повернулся к нему.

— Ваши права основаны на соглашениях между людьми, — сказал он. — Они не распространяются на меня.

Патриарх положил ладонь на управляющий амулет, встроенный в край стола. Отсюда можно было перекрыть доступ к Машине, запереть нижний комплекс и поднять храмовую охрану. Он понимал, что приказ может не сработать. Аврел уже подчинил часть систем и нескольких призванных, но другого способа остановить его не оставалось.

— Я, Патриарх Церкви всех богов, приказываю немедленно прекратить работу Машины призыва, — сказал Патриарх. — Нижний комплекс закрыть. Охране задержать Аврела Лаорна до решения Совета.

Он нажал на амулет.

Сигнал прошёл. На стене загорелась отметка вызова охраны, однако двери зала остались закрытыми. Из нижнего комплекса не пришло подтверждение остановки.

Аврел подошёл к столу.

— Машина больше не подчиняется вашим приказам, — сказал он. — Я изменил их после первого запуска.

Патриарх поднялся.

— Тогда я уничтожу её без контуров, — сказал он. — В нижних хранилищах достаточно зарядов, чтобы обрушить главный зал вместе со всеми механизмами.

Аврел остановился в двух шагах от него.

— Вы не успеете передать приказ, — сказал он.

Патриарх потянулся к личному амулету связи, но Аврел поднял руку, и удар тонким лучом пламени пришёлся в грудь. Патриарха отбросило на стол. Он попытался вдохнуть, но тело уже не слушалось. Второй удар не понадобился.

Восем Мерид вскочил с места.

— Вы убили Патриарха, — сказал епископ, отступая от стола. — Ни Совет, ни храмовая охрана не признают вашу власть.

— Охрана уже получила новые приказы, — ответил Аврел. — Совет продолжит работу под моим управлением. Те, кто не согласен, будут заменены.

Двери открылись. В зал вошли двое призванных в человеческом облике и отделение храмовой охраны. Командир охраны не смотрел на тело Патриарха.

— Нижний комплекс закрыт, Предвестник, — доложил командир. — Заряды в хранилищах обезврежены.

Аврел указал на членов Совета.

— Никто не покидает главный храм до окончания совещания, — приказал он. — Подготовьте сообщение о смерти Патриарха во время нападения на нижний комплекс. Все распоряжения от его имени отменить. Главам храмов передать, что управление обороной переходит ко мне.

Командир охраны отдал приказ подчинённым. Тело Патриарха накрыли плащом и вынесли из зала.

Аврел занял его место во главе стола и оглядел присутствующих. Большинство прятало взгляд, но были и те, что явно соглашались со сменой власти.

— Принесите мне карту восточной части острова.

Глава 13

Блокада острова не требовала приближаться к берегам в зону действия береговых батарей, но требовалось расширить плацдарм для военных действий. Одной бригадой такой остров не взять, и корабли пошли на сближение.

Пушки батарейного комплекса «Запад», тяжёлые орудия двухсот и трёхсот миллиметров, уже готовились извергнуть первые снаряды, как над ними на удалении пяти километров зависли два воздушных линкора, и десяток крейсеров, превращённых в летающие артиллерийские батареи.

Они находились вне досягаемости огня зенитных пушек и пулемётов, но стомиллиметровые пушки летающих кораблей легко доставали батарею, пусть и с огромным разбросом. Но при такой плотности огня это не имело значения.

Сначала пушки истощили эфирную защиту, и первые снаряды взорвались на крыше форта. Выкрошив толстый бетонный купол, а затем перекрытие верхнего этажа, они чуть позже перемешали со строительным мусором сами пушки верхнего яруса, продолжив огонь.

Через час, форт перестал существовать как инженерный объект превратившись в живописные руины, из которых то тут то там торчали орудийные стволы так и не сделавшие ни одного выстрела.

Корабли тут же подошли ближе и обрушили на берег тонны снарядов крупного калибра расчищая будущий плацдарм, а ещё через час начала высадку морская пехота.

Десяток призванных, вышедших на берег уже в боевой форме, морпехи встретили спокойно и деловито, словно каждый день сражались с демонами.

Бронетехника, выгруженная на берег, штурмовые воздухолёты и артиллерийская поддержка с кораблей, разметала монстров вместе с довольно мощными магическими щитами в крошево, но эфиристы всё равно собрали всю плоть какую смогли, утащив добычу с лицами детей дорвавшимися до сладкого.

Скалы Ларнаса высоко поднимались над уровнем моря, что и делало возможным разветвлённые подземные а точнее внутрискальные сооружения. Глубже не уходили так как порода острова отличалась высокой проницаемостью, и любую полость ниже уровня воды тут же затапливало.

Но это же делало возможным получать питьевую воду буквально везде, так как соль, просочившаяся вместе с водой, легко осаживалась эфирными узорами, оставляя в колодцах только чистую воду.

Многие колодцы центральной части острова превратили в место поклонения и медитаций, и когда Рилен Варс, стал спускаться по лестнице, никого это не удивило.