Два дракона, кружившие в небе, взревели одновременно. Их рёв эхом разнёсся над островом, заставив даже магов Канваров на мгновение замереть.

Агни, огромный огненный дракон в ковбойской шляпе, пикировал вниз, его пасть уже разверзлась, готовая изрыгнуть пламя.

Сэр Костиус в щегольском цилиндре, последовал за ним, собираясь добавить морозные атаки. Его когти скрежетали друг о друга в предвкушении боя.

Канвары взмыли в воздух, активируя защитные барьеры.

Но Алина уже отдавала следующую команду.

— Спагетти! Для тебя тоже есть работа!

Вода вокруг корабля забурлила.

Из глубины медленно поднялось нечто огромное. Толстые щупальца, покрытые присосками размером с человеческую голову, появились из воды одно за другим.

Гигантский кракен всплыл почти бесшумно, лишь вода стекала с его гладкой кожи.

Спагетти был одной из самых мощных химер Макса. И сейчас Алина собиралась использовать весь его потенциал.

Первое щупальце метнулось к палубе крейсера и схватило ближайшего архимага Канваров за талию. Маг закричал, пытаясь вырваться, но хватка была железной.

Второе щупальце обвилось вокруг мачты, начиная раскачивать корабль.

Третье, четвёртое, пятое — все устремились к палубе, хватая всех, кто не успел взлететь.

— В воздух! Все в воздух! — закричал старший командир Канваров, отбивая щупальце потоком воздуха.

Но половина его людей уже была схвачена. Кракен методично утаскивал их под воду, один за другим.

На острове Алина продолжала работать.

Её сознание будто раздвоилось, затем разделялось ещё и ещё. Каждая химера требовала внимания, каждая нуждалась в управлении.

Но это был её дар. Микроконтроль такого уровня, которого не достигал почти никто.

Она не была хорошим воином в ближнем бою, как Ольга, Прохор или Алан. Она вообще не любила сражаться. Но, когда это было необходимо, она становилась той, кто мог позволить Максу отвлечься от неусыпного управления армией и заняться ликвидацией самых опасных врагов.

И сейчас только от неё зависело то, как будут сражаться сотни химер, которых сюда доставили.

На берегу острова, напротив корабля, начала выстраиваться армия.

Сначала вперёд вышли големы, несколько массивных конструкций из металла, трофеи войны со Штайгерами, переделанные так, что ими теперь могли управлять умертвия.

За големами заняли позицию броненосцы, живые танки, практически неуязвимые для обычного оружия. Их массивные костяные корпуса, усиленные магией, медленно, но неумолимо двигались вперёд, и каждый представлял собой движущуюся крепость.

Прямо за ними выстроились Кардиналы, человекоподобные химеры высотой около двух с половиной метров. Их движения были механически точными и пугающе грациозными одновременно, словно марионетки-убийцы, ожившие для войны.

Вместо рук у них были массивные костяные бензопилы, а в грудных клетках, за рёберными костями, пульсировали большие синие сердца — энергетические батарейки нового поколения. Время от времени кто-то из них активировал свои пилы для проверки механизмов, и воздух наполнялся характерным воем вращающихся лезвий.

По флангам расположились Сквиртлы, создания одновременно похожие на прямоходящих амбалов в тяжёлой броне и на рептилий. Их панцири окружали всё тело, защищая от магических атак. На плечах каждой крепились водные пушки, готовые защитить своих товарищей.

Все они стояли неподвижно, готовые и к атаке, и к защите.

Ждали приказа.

Канвары, те, что сумели взлететь и избежать щупалец Спагетти, зависли в воздухе, оценивая ситуацию.

Драконы в небе.

Кракен у корабля.

Армия химер на берегу.

И трое магов Рихтера, спокойно стоящих за всей этой силой.

Старший командир Канваров стиснул зубы.

— Прорываемся, — приказал он. — Любой ценой.

* * *

— Ладно, — произнёс я, оглядывая наше странное окружение. — Раз это не испытание, значит, нужно разобраться, где мы оказались и как отсюда выбраться.

— Согласен, — кивнул дед. — Сидеть на месте смысла нет.

Ольга и Прохор переглянулись. Оба всё ещё выглядели немного растерянными после осознания того, что их теория об индивидуальном испытании не работает.

— Тогда… куда идём? — спросила внучка.

Я осмотрелся. Местность была более или менее ровной, но вдалеке виднелись какие-то структуры. Слишком правильные, чтобы быть природными образованиями.

— Туда, — указал я в сторону того, что могло быть руинами. — Если здесь есть хоть какие-то ответы, то логично искать их там, где живут или когда-то жили разумные существа.

Мы двинулись в путь.

Странность этого места становилась всё очевиднее с каждым шагом. Деревья выглядели мёртвыми, но не гнилыми, скорее, застывшими в какой-то момент времени. Их кора была твёрдой, почти окаменевшей.

Листья, если их можно было так назвать, не шелестели на ветру. Потому что ветра не было.

Вообще.

Воздух был совершенно неподвижным. Не душным, не тяжёлым — просто… мёртвым.

— Жутковато, — пробормотал Прохор, обходя особенно причудливо искривлённое дерево.

— Да уж, — согласилась Ольга. — Я в разных очагах бывала, но это… это что-то другое.

Дед Карл шёл молча, внимательно изучая окрестности. Наконец, он остановился и присел на корточки, и прикоснулся пальцами к земле.

— Это место не просто странное, — произнёс он задумчиво. — Оно мёртвоё.

— В смысле? — не понял Прохор.

Дед поднялся, отряхивая руки.

— Здесь нет скверны. Совсем. Я это почувствовал ещё когда очнулся, но хотел проверить.

— Ну так это же хорошо, — заметила Ольга. — Значит, нам ничего не угрожает.

— Подожди, — остановил её Калинин. — Если нет скверны, то должна быть природная магия. Правильно?

Дед кивнул.

— Именно. В нашем мире везде есть магия, даже если её мало. Она исчезает только там, где открываются очаги, и то не сразу и не полностью.

Он развёл руками.

— А здесь нет ни того, ни другого. Ни скверны, ни магии. Словно кто-то высосал здесь всё досуха. Выпил всю энергию до последней капли и оставил умирать.

Дед был прав. Я тоже это заметил, но не спешил пугать остальных, пока не был уверен до конца. Тем более, что все мы были переполнены энергией после поглощения скверны реактора. При таких условиях даже я мог ошибиться в анализе.

Однако, слова деда делали это наблюдение более значимым. Его магическое чутьё было исключительным.

Так что, похоже, теперь я действительно мог констатировать здесь полное отсутствие любых энергетических потоков. Даже те слабые фоновые колебания, которые обычно присутствуют везде, в земле, в воздухе, в живых существах, здесь их не было.

Мёртвая тишина.

— Весело, — усмехнулся я. — Попали мы, значит, в какую-то энергетическую пустошь.

— Вопрос в том, как и зачем, — пробормотал дед.

Было ещё кое-что, о чём я пока молчал. Но сейчас решил озвучить.

Я теперь всегда носил с собой одну из пирамидок, не был исключением и сегодняшний день.

Но она никак не отзывалась на мой зов. Я не чувствовал другие пирамидки через неё. Это оставалось единственным аргументом тому, что это всё ещё может быть испытанием.

Либо же, мы вообще не в