Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Когда Валтис закончил, в зале несколько мгновений стояла тишина, нарушаемая только глухой работой отопительных машин за стеной и редким треском дождя по стеклу. Это была не тишина сомнения, а тишина счёта. каждый из присутствующих прикидывал, сколько весит чужой нейтралитет, сколько стоит чужая помощь без печати, сколько времени потребуется, чтобы превратить разрозненные обещания в порты, склады, маршруты, ремонт, топливо, связь и людей, которые в нужный день не начнут спрашивать, кто имел право отдавать приказ.
— Винтрала? — спросил Логрис.
Валтис закрыл одну папку и открыл другую, более тонкую.
— Винтрала для нас самый неприятный участок. Гавани для наших кораблей и торговых судов закрыты. Посла приняли холодно. Формальная причина — зимние шторма и нежелание втягивать королевство в войну против религиозного центра. Фактическая — ларнасские служители при дворе, сильные храмовые связи и страх, что после нашей попытки поставить кольцо вокруг Ларнаса Винтрала станет следующим местом давления.
— Или следующим местом, через которое Ларнас будет дышать, — сказал Ардор.
Логрис сразу повернулся к нему.
— Продолжайте, герцог.
Ардор поднял взгляд от карты острова.
— Если Винтрала останется для Церкви открытым тылом, весенняя блокада будет неполной ещё до выхода флота. Ларнасу не требуются массовые поставки, чтобы он выдержал первые месяцы; у них огромные запасы. Им важнее тыловые госпитали, доступ к бирже наёмников, техноэфиристы, редкие материалы, сведения и возможность выводить тех, кого нельзя оставлять на острове после начала настоящей осады. Всё это можно гнать малыми судами, частными воздухолётами, скоростными судами через рыбацкие причалы и винтральские острова, пока мы будем гордо считать большие корабли.
Адмирал Сальди недовольно постучал пальцами по столу.
— Держать линию у Винтралы зимой невозможно.
— Я не предлагаю держать линию зимой, — ответил Ардор. — Я предлагаю за зиму узнать, где её придётся держать весной. Маршруты, причалы, люди, склады, связные дома, храмовые посадочные площадки, кому принадлежит каждая малая машина, кто из настоятелей имеет личных пилотов, где у них ремонтные мастерские и кто возит грузы без таможенного досмотра.
Корвос кивнул.
— Это работа для егерей, морской разведки и людей канцлера а не для линейного флота.
— Сделаете, — сказал Логрис.
Корвос принял приказ коротким наклоном головы.
— Сделаем.
Король наконец сел, и вслед за ним сели остальные. На стол перед ним легли две карты, восточных побережий и ларнасская, и Логрис несколько секунд смотрел на них так, будто видел не берега, дороги и острова, а несколько будущих войн сразу. открытую, где Шардал будет ставить флот; тайную, где Церковь всех богов станет прятать людей и материалы; дипломатическую, где нейтралы будут продавать свою осторожность; и личную, где Аврел Лаорн будет использовать каждую неделю зимы не для укрепления стен, а для того, чтобы превратить Машину призыва в оружие, против которого у обычного штаба не было готового наставления.
— До весны готовимся, — сказал король. — Это должно быть понятно каждому, кто завтра начнёт требовать решительного удара в газетах, салонах, казармах или собственном кабинете. Мы не ведём корабли в зимние шторма и не высаживаем людей на камни, только потому, что кому-то хочется увидеть красивую стрелу на карте. Зима дана нам не для подвига, а для работы.
Сальди кивнул с таким видом, что любой менее опытный человек счёл бы его полностью согласным, но Логрис знал своего адмирала достаточно хорошо, чтобы сразу добавить.
— И не для полуподвига, Ридо.
— Ваше величество, я даже не успел ничего предложить.
— Поэтому мы ещё не спорим.
Несколько офицеров позволили себе короткие улыбки, и напряжение в зале стало ровнее. Не легче, а именно ровнее, как натянутая тросовая линия, по которой можно идти, если не смотреть вниз.
— Флот готовит блокаду морских путей, — продолжил Логрис. — Не блокаду ради отчёта, а размещение, ремонт, снабжение, связь, взаимодействие с воздушным прикрытием и планы на разные погодные окна. Канцлер удерживает тех, кто помогает нам без громких слов, и не требует от них героизма раньше времени. Снабжение работает так, будто весной каждая забытая прокладка в машинном отделении станет причиной гибели корабля, потому что иногда так и бывает. Маги погоды дают честные расчёты, а не приятные. Егерский корпус готовит людей для того, что начнётся после первой высадки или до неё, если Аврел решит не ждать моря.
Корвос посмотрел на Ардора, затем на короля.
— По корпусу решение готово.
Логрис перевёл взгляд на герцога.
— Полковник Ардор Таргор-Увир, с сегодняшнего дня вы входите в штаб Егерского корпуса как заместитель командующего Корпуса по особым операциям. Вы будете отвечать за подготовку штурмовых групп, которым придётся работать против храмовых укреплений, подземных ходов и магических залов включая Машины призыва и всего, что Ларнас попытается спрятать под святыми именами.
Ардор поднялся. Он не делал из этого движения маленького парада, не тянул паузу и не искал глазами свидетелей, которым потом будет удобно рассказывать, как король назначал его на новую должность.
— Служу Шардалу, ваше величество, — сказал он.
— Служите так, чтобы весной мне не пришлось посылать обычную пехоту туда, где сначала должны пройти ваши люди, — ответил Логрис. — Что вам нужно?
Ардор снова посмотрел на карту Ларнаса, и в зале сразу поняли, что ответ будет не церемониальным.
— Право забрать свой батальон и ещё несколько других подразделений. Возможность отбирать людей из егерских частей без спора с командирами на местах. Доступ к сапёрам, боевым эфиристам, связистам, целителям, пилотам штурмовиков и специалистам по подземным сооружениям. Учебный комплекс с каменными коридорами, лестницами, подвалами, узкими дворами, внутренними воротами и несколькими уровнями, чтобы люди учились не на ровном поле, а в том, что хотя бы отдалённо напоминает храмовый остров. Все материалы по Ордену Песочных часов,