в последний раз, примерно определил, где могут находиться ещё люди Афин… и рванул вперёд, что было мочи. Деревья были не такими уж и частыми, зверьё давно сбежало отсюда, так как чувствовало опасность… вот я и бежал, чувствуя ветер вокруг, землю под ногами, которая, негодница такая, под сандалии попадала… но я радовался. Улыбался. Бежал.

Странное чувство. Я бегу в логово противника, но почему-то чувствую парадоксальную радость. Причём сам это понимаю, что это ненормально, но готов смеяться. Может, из-за того, что это было слишком дерзко с моей стороны? Я же инициатор, враг, скорее всего, знал это, не охотился бы за мной столь прилежно, что вербовал бы уже встреченных мною ранее бойцов. Так что… безумие и отвага. Или скудоумие? Тут с какой стороны посмотреть…

Но в итоге с гор я спустился, спрятался в кустах и стал выжидать. Тут уже тоже ходили отряды противника, но они были каким-то… подавленными. Страх поселился в их душах. Они пока не сломлены, факт, но вот ещё немного… и это может произойти. Марафон это уже показал. Ну или они переживали из-за того, что предателей мы тоже не терпим и уничтожаем… хотя откуда они могли об этом знать? Если только кто-то по побережью восточному смог сбежать и за пару суток добраться до самих Афин.

Прошмыгнув через несколько дорог и покинутых имений, я оказался в пригороде. Тут уже были… беженцы. Причем беженцев было довольно много. В основном, к слову, женщины и дети. Стариков не наблюдалось, что меня… настораживало. И я среди них казался бельмом на глазу. При этом все они были грязными, немытыми… и злыми.

Тут уже можно было не прятаться, так что я шёл хоть и не в полный рост с гордо выпяченной колесом грудью, но и не скрывался. Делал уставший вид, замученный даже, смотрел внимательно по сторонам… и старался игнорировать цепкие, даже липкие взгляды. А их было довольно много. А их часто сопровождали фразы типа: «Ещё один…», «Дезертир, наверное…», «Скоро кого-то повесят!». Ну и так далее. В общем, все были уверены, что я — военный, который сбежал с фронта. И, раз такие разговоры ходили, случаев было достаточно много.

А ещё сам факт наличия такого городка за пределами города говорил ясно об одном: в город никого не пускали. А это… звоночек неприятный. Стен вокруг Афин с этой стороны особо не было, так, местами ещё сохранились со времен Пелопоннесской войны нашими предками. Но восстановить их никто толком не взялся… почему-то. А может, Рим в свое время хорошо потрепал Афины тоже. Что-то такое было в истории этого мира… со стороны континента несколько римских легионов дошли до Афин. Но внутренний контур оставался, вокруг самого Акрополя. Эти-то о своей безопасности думали всегда.

Так что… в город пройти было довольно просто. Главные улицы, конечно, были прикрыты охраной, но вот узкие улочки, да и крыши домов — нет. И я решил воспользоваться тем, что некоторые дома возле палаточных лагерей были… пусты. Условно пусты, там так же жили беженцы, которые просто боялись пробираться дальше в город. Слишком уже примечательными они были. А я что? Я сменил одеяния, когда нашёл подходящее место, немного ополоснулся, используя воду из бурдюка, по крайней мере очистил видимые участки тела, после чего двинулся дальше в город.

И вот тут картинка… разительно отличалась. Обычные горожане начали просыпаться и выходили на улицы. Патрульных внутри города особо не было, все силы были, ясное дело, брошены в основном на критические узлы города и его периметр. Наши могли поступить дерзко и просто перейти горы, особенно когда там земля подсохнет… но, если враг отреагирует и выстроит на их вершине свои войска — будет бойня.

Но всё равно я пока не считал, что мне удалось проникнуть в город окончательно. Халупы тут хоть и были каменные, но паршивые. Явно тут было несколько бунтов, парочка погромов… местами лежали даже тела на улице, прикрытые тряпками. То, что мертвецы не поднялись, ясно говорило об одном: тело отдельно, голова отдельно. Ну или просто удар был сразу нанесён по голове. А может, тут дело в магии культистов… в общем, местные знали, как сделать так, чтобы мертвец ночью не поднялся.

Но вообще… осада была что-то около месяца, а уже были видны те, кто явно недоедал. Распределение продовольствия всегда идёт не в пользу бедных. А тут явно квартал бедняков. По крайней мере в этом городе. Не повезло немного, что зашёл с этой стороны… или повезло. Смотря с какой стороны на это посмотреть. Тут могло найтись множество проблем… и множество возможностей.

— Да когда эта война закончится…

— Чёртовы Спартанцы…

— Побыстрее бы они друг друга перебили…

— Почему боги молчат на наши молитвы?..

— Афины падут… они точно падут… каждый день стены обстреливают…

— Слышали? Спартанцы готовят что-то коварное… говорят, колодцы отравить хотят…

— Спартанцы никогда не будут травить никого! Это воины, а не убийцы! И сотни лет истории только доказывают это!

— Да-да, а вот наши на это способны…

Хоть было утро, причём довольно раннее, услышать можно было многое. Так что… в голове уже сформировался план на этот день. Ходить. Смотреть. Слушать. Вникать. Нужно понять настроение города. И если всё сделаю правильно… в какой-нибудь момент, в каком-нибудь месте смогу отвлечь довольно много военных Афин от того, что действительно важно. Главное — знать, как это сделать.

— Смотри, куда прёшь, верзила! — воскликнул на удивление упитанный мужчина, по которому было сложно сказать, что он из местных.

— Прошу прощения, — смиренно ответил я и сделал два шага назад.

— Чернь неумытая… — буквально прошептал он себе под нос, а потом ещё тише добавил. — Нужно быстрее возвращаться… и почему они думают, что кто-то из полубогов может сюда проникнуть?

Я улыбнулся. Это точно был кто-то из Акрополя. Это был точно кто-то из культа или близкий к культу. Шанс? Шанс. Но пока будет слишком подозрительно следовать за ним. Тут точно есть наблюдатели. И я буквально чувствую их взгляды на себе. Но, как минимум, стоит запомнить внешность этого… мужичка. Не думаю, что он тут один единственный раз решил пройтись. Точно не единственный.

— Извините, — подошёл я к девушке, у которой чуть не упал кувшин, а я его успел подловить. — Не подскажете, где я могу переночевать? Вчера в мой дом пришли бойцы… и просто нагло выселили меня оттуда. А когда