к занятиям, но при одной мысли об обучении меня бросало в дрожь. В конце концов, даже он, портальный магистр со стажем, отступил. Когда меня отдавали в школу, так и записали в документах: «магически пустая». Только члены семьи знали про дар предвидения, но по вполне понятным причинам старались его не афишировать.

А иголки и нитки — это же не магия! Это часть моих будней. Я их чувствую, как продолжение кончиков пальцев. Просто руками действовать приятнее и как-то привычнее. Казалось, когда я вышиваю вручную, то оставляю в своей работе частичку своего тепла. Поэтому к бесконтактному шитью я прибегала редко. Только, когда поранюсь.

— Значит, вы управляете предметами без магического плетения, — подытоживает магистр и как-то странно при этом смотрит на мужа.

А тот с непонятным выражением смотрит на меня.

Смесь досады и… удивления?

Киваю.

Вернон, встрепенувшись, буравит взглядом гостя и укоризненно цокает языком:

— И ты хотел спрятать в своем замке такой талант, а?

Ничего не понимаю.

Я талант?

В недоумении перевожу взгляд с ректора на Даррана, злого и мрачного.

Впрочем, последний быстро переводит тему:

— Сколько длится самый короткий курс обучения?

— Академический год. Девять месяцев.

— Девять месяцев, Луара! — многозначительно произносит Дарран, смакуя каждую букву. — Как же я обойдусь без тебя целых девять месяцев, м? А ты? Как справишься ты? Особенно в конце? Только подумай!

Судя по язвительной усмешке, он имеет в виду роды, которые случатся, как минимум, на пару недель раньше.

Теперь наступает мой черед хмуриться.

О, да. Это может стать проблемой! Если живот еще можно будет спрятать мороком, — сразу же кинусь в библиотеку изучать эту тему! — то ходить на уроки или экзамены с младенцем на руках будет проблематично.

Внезапно мне приходит в голову идея.

Затаив дыхание, встречаюсь взглядом с магистром Верноном.

Собранный, неприступный вид. В голубых глазах — ледяная суровость.

Разрешит или нет?

Глава 20

Дарран

Значит, вот как.

Своевольная, дерзкая, капризная, еще и магически одаренная?

Целый букет того, что я не приемлю в женщине. В своей женщине.

Охота связать ее, доставить в замок и запереть в комнате, чтоб не дергалась. И воспитывать. Жестко, без поблажек, чтобы разучилась бунтовать. А если продолжит возмущаться, привязать к кровати и...

На этой мысли зверь внутри глухо ворчит.

Ему не нравится, как я думаю о его избраннице. Не нравится, что делаю с ней. Будь его воля, наши отношения выглядели бы по-другому.

Хм… Пусть радуется, что вообще принял его выбор. Истинная — ладно. Наследники нужны любому дракону. Но это не значит, что я смогу ее полюбить, как когда-то любил Веронику.

Нет, какова!

Вплоть до сегодняшнего дня я был уверен, что мы с ней договорились, что она поняла свое место, а тут...

Бывает, на сносях у женщин мякнут мозги, и они становятся неадекватными. Я готовился к слезливости, раздражительности, перепадам настроения, но уж точно не к превращению в адептку!

Бездна!

Или причина всех этих странностей не в беременности, а в том, что моя жена чокнутая? Мои намеки на предэкзамеционные роды ее не слишком смутили.

Внезапно Луара обращается к Вернону:

— У меня бывают проблемы со здоровьем… Если такое случится незадолго до экзаменов, смогу ли я сдавать их экстерном?

Ее вопрос расставляет все по своим местам. Беременна. По крайней мере, считает себя в положении.

— Разумеется, — подтверждает предатель под скрежет моих зубов. — Если покажете перед этим отличную успеваемость. Кстати. Имейте в виду, в нашей Академии прекрасные целители…

— Обойдемся! — зло чеканю, и тут же ловлю на себе колючий взгляд Вернона, который вынуждает меня добавить: — У нас уже есть договоренность с целителем Адамсом. Другие нам не нужны. Не так ли, дорогая?

Луара неопределенно пожимает плечами и тут же продолжает допытываться:

— А потом, после обучения… Бывают ли у вас открытые вакансии для окончивших ваш курс?

— Для такого таланта, как вы, вакансии непременно найдутся… Ты уж прости, Дарран, — хозяин кабинета поворачивается ко мне, с широкой улыбкой вгоняя нож мне в спину, — но я, в первую очередь, ректор, заинтересованный в талантах. И только, во вторую, твой приятель.

Значит, приятель? Мысленно усмехаюсь. Приятели не устраивают таких подстав! Что за игру он затеял? У ректора Магической Академии достаточно знаний и опыта, чтобы покрывать похитителей детей. Если он предатель, то Луара для него — лакомый кусочек. Отличный рычаг воздействия на главу тайной полиции.

Сдержанно отвечаю, сжимая кулаки:

— Надеюсь, ты дашь мне несколько минут, чтобы поговорить с женой наедине? Чисто по-приятельски, разумеется.

— Ладно. Только поставлю портальную заглушку, и, если леди Амакиир не против…

— Я не против, — быстро говорит Луара, ненароком отступая от меня на другой конец кабинета, за ректорский стол.

Лицо несчастное, но в глазах сверкает решимость. Сейчас она выглядит, как сорванец. Платье запачкано, местами порвано. Где моя воспитанная, сговорчивая мышка? Пропала вместе с чистым платьем?

Вернон делает несколько пассов, отчего периметр комнаты покрывается серебристой пылью, а на стол с документами опускается дымка невидимости. Затем, многозначительно поглядывая на Луару, заявляет:

— Я подожду за дверью.

Хочется рычать на подлеца, но вместо этого, кивком благодарю и жду, пока он выйдет. Стоит закрыться двери, как я, легко перескочив через стол, подхожу к жене. Та вжимается в мерцающую стену, испуганно распахнув серые глаза.

Проклятье! Она меня боится?!

Выражение ее глаз заставляет опомниться. Засовываю ладони в карманы, чтобы случайно не схватить ее в охапку и не встряхнуть. Рычу:

— Заканчивай. Этот. Спектакль. Сначала зайдем к Адамсу, а потом едем домой.

— Я согласилась остаться с тобой наедине, чтобы рассказать кое-что важное, — мотает головой, прикусывая губу.

Ее невообразимое «согласилась остаться наедине» больно царапает что-то под ребрами. Моя жена не имеет право на подобное словосочетание. Хочется