была самодовольной, и от этого у меня аж зубы свело. Брак в их мире ничего не значил, но брак в нашем… Он забрал её себе.

И тут я понял, почему злюсь. Я и сам хотел забрать её себе. Но теперь не смогу.

Они ушли, а я остался стоять в тишине. Их голоса ещё эхом отзывались в голове, словно пытались вызывать больше раздражения, чем уже было.

Стиснув зубы, я направился в тренировочную комнату. Это был самый простой и действенный способ справиться с эмоциями. Убью время, пока Эрион не вернётся. А потом… пойдём и узнаем, что они хотят нам сообщить.

— Не удивлюсь, если это семеро детей, которых она уже ждёт от него, — пробормотал я сквозь зубы, закатывая глаза.

Мой меч с глухим звуком ударился о манекен, разрезая его по диагонали.

Он поставил на ней свою метку. Она захотела стать его. За сутки. Поверить не могу.

Эта мысль стучала в висках сильнее, чем любые проблемы с разломом.

Она. Хотела. Быть. Его.

И он её забрал. Присвоил. Поимел.

Я взмахнул мечом, вложив в удар больше силы, чем следовало. Манекен разлетелся, и куски его упали на пол с глухим стуком.

От одной только мысли, что он её трахнул, меня охватило жгучее раздражение, переходящее в ярость.

Почему-то желание ею обладать не ослабевало, а лишь становилось сильнее.

Почему именно она? Почему именно он?

Эти вопросы стучали в голове, пока я раз за разом наносил удары по следующему манекену.

Но ответа не было. Только ярость и странное, мучительное желание. А еще то, что она непременно стонала его имя. А должна была стонать мое.

Ная

Дом Каэла оказался совсем не таким, как тот, в котором мы только что были. Здесь было тепло, уютно, а каждая деталь словно говорила о своём хозяине. Никакого мрака или подавляющей атмосферы — всё вокруг излучало гармонию и свет.

Я невольно улыбнулась, проводя рукой по резному деревянному перилам лестницы.

— Теперь он и твой, — сказал Каэл, прерывая мои размышления. Он приблизился, нежно коснувшись моих губ в лёгком поцелуе.

— Это правда, что наши браки тут не считаются? — спросила я, вспомнив разговор с Дарионом.

— Правда, — кивнул он, его голос оставался спокойным. — Но ты моя жена по правилам этого мира. А значит, всё моё — твоё.

— Ты так легко решил отдать мне половину всего? — приподняла я бровь, немного удивлённая его словами.

— Да, — ответил он просто, словно это было нечто само собой разумеющееся.

Я задумалась, вспоминая реакцию Дариона.

— Кажется, твоего друга это тоже смутило, — заметила я, наблюдая за его реакцией.

Каэл усмехнулся, легко пожав плечами.

— Нет, он бы и сам тебе всё отдал, — ответил он, проведя рукой по моей щеке. — Но его смутила не эта мысль.

— А что тогда?

— Метка, — серьёзно сказал он. — Он её чувствует. Даже неактивную.

— Метку? — нахмурилась я. — Но как?

— Мы связаны, Ная. Разлом усилил это. В этом мире это работает иначе, чем в твоём, — объяснил он, его голос звучал мягко, но твёрдо. — Он почувствовал нашу связь, даже если сам пока этого не осознаёт полностью.

Я вздохнула, ощущая, как голова немного кружится от всего, что я услышала за последние часы.

— Значит, ты не сможешь разорвать эту связь? — спросила я, почти шёпотом.

— Я обещал, что выясню это, — ответил Каэл, мягко притягивая меня к себе. — Но сейчас это не имеет значения. Ты моя жена, и я обещаю, что буду защищать тебя и малышку.

Его слова звучали так искренне, что я позволила себе расслабиться в его объятиях. Что бы ни случилось дальше, я знала, что он будет рядом.

Каэл провёл меня по дому, показывая комнаты. Просторные, светлые, с резной мебелью и мягкими коврами — всё здесь казалось созданным для уюта. Но больше всего меня впечатлила мастер-спальня.

— Теперь это наша комната, — сказал он, наблюдая за моей реакцией.

Кровать в центре комнаты была широкой, с высоким изголовьем и покрывалом из мягкой ткани, переливающейся при свете магических светильников.

— Что думаешь? — спросил он с едва заметной усмешкой.

— Очень красиво, — ответила я, разглядывая каждую деталь.

Он подошёл ближе, останавливаясь буквально в шаге от меня.

— Мы можем подробнее изучить её... вместе, — произнёс он, его голос стал низким и тёплым, обволакивающим.

Я прищурилась, чувствуя, как мои щеки начинают розоветь.

— Или, — продолжил он, — я могу показать тебе этот мир.

Я задумалась на мгновение, но он не дал мне ответить.

— Хотя, — его глаза заискрились, и он вдруг шагнул ко мне ближе, притянув за талию и прижимая к стене. — Может, мы совместим оба варианта?

Я не успела ответить, как он наклонился, его губы накрыли мои в жадном поцелуе. Горячие, настойчивые, они не оставляли мне выбора, кроме как ответить. Его рука медленно скользнула вниз, поднимая подол моего платья, пока его пальцы не проникли мне в трусики.

— Каэл... — выдохнула я, пытаясь что-то сказать, но мой голос утонул в новом поцелуе, а низ живота свело привычной судорогой. Этот мужчина сводил мое тело с ума.

Его ладонь уверенно скользнула выше, обжигая своим теплом мой клитор, а я почувствовала, как дрожу от смеси смущения и желания.

— Ты так красива, — прошептал он, едва отстраняясь, чтобы посмотреть мне в глаза.

Его слова звучали низко, почти хрипло, и я вдруг поняла, что не могу — и не хочу — ему сопротивляться.

Мы были в доме одни, и я, наконец, могла отпустить себя, позволить эмоциям захлестнуть, не думая о том, кто мог бы услышать мои стоны или увидеть, как я теряюсь под его умелыми прикосновениями.

Под его горячими пальцами я растворялась, позволяя себе всё: кричать, стонать, выгибаться, отвечать ему с такой же жадностью. Каждая волна удовольствия накрывала меня, заставляя забывать обо всём, кроме него.

"Если таков мой муж в договорном браке, каков он будет, когда полюбит меня по-настоящему?"

Дурацкие, глупые мысли, но я не могла их остановить. Почему-то мне отчаянно хотелось узнать ответ.

— Как же сладко ты стонешь, — его голос прозвучал низко и тёпло, обжигая меня. — Сегодня же поставлю магическую изоляцию в нашей спальне в твоём мире. Такое просто нельзя сдерживать.

Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули от смущения.

— Каэл... — начала я, но он только рассмеялся.

— Всё решено, дорогая, — его улыбка была почти насмешливой, но такой тёплой, что я не смогла обидеться.

Он помог мне надеть платье, его пальцы скользили по моей коже с заботой и нежностью. Затем он легко провёл рукой, магически разглаживая ткань и устраняя следы нашего