посмотрел русому прямо в глаза и стараясь говорить спокойным и уверенным тоном обратился к русому.

— А вам не кажется сударь, что невежливо прерывать обед другого человека, без достаточных для того оснований и вдвойне невежливо задавать вопросы даже не представившись? Не считаете, что для того чтобы обратиться одному дворянину к другому, если они не знакомы, то стоит перед началом разговора хот-бы представиться? А уж потом ожидать ответы на свои вопросы. — и уже явно играя на публику чётко высказался, добивая русого указанием на невоспитанность — чай не с челядью разговариваете!

Русый на миг сжал зубы, скорее всего еле удержавшись что бы не разругаться, но сделав над собой усилие и видно что-то для себя решив представился. Тем самым проиграв пару пунктов в их противостоянии как отметил для себя Алексей:

— Николаевский Максим Петрович, из рода Димитровых, потомственный дворянин. Честь имею. — и насупившись продолжил буравить недовольным взглядом Алексея.

— Белов Алексей Николаевич, потомственный дворянин. Честь имею. — Алексей представился в ответ, и снова в воздухе повисла пауза. Которую прервал уже сам Белов, решив не отдавать инициативу в начавшемся разговоре.

— Так что за причина, по которой вы решили прервать мой обед и мешайте мне отдать должно этому вкусному и несомненно достойному супу? Может быть что-то срочное, не терпящее отлагательств? Если это так, то хорошо. Я готов ответить. Или возможно это может подождать десять минут, после которых я готов ответить на вопросы, заданные мне вежливо и благожелательно.

Николаевский аж задохнулся от услышанного. Ведь его тут, прямо при всех, пусть и очень вежливо, но ставили на место. И это понимал, и он сам, и окружающие, внимательно прислушивающиеся к их разговору. При чем ставили на место самое обидное, никак не оскорбляя, хотя от этого легче ему не становилось. Сам Алексей прекрасно понимал, что идет на обострение ситуации и скорее всего наживает прямо сейчас себе еще одного потенциального врага, но тут уже ничего не попишешь, дашь слабину — сожрут с потрохами сразу. А то что его не считают сильным или достойным игроком было понятно с того самого факта что к нему подошли и не поздоровавшись начали задавать вопросы таким тоном, как будто он должен отвечать. Просто так к столу не подходят, а проявляя к нему такое по дворянским меркам неуважение, его на самом деле проверяют на то как далеко в общении с ним можно зайти. Взгляд одного из оставшихся за столом где до этого сидел Максим был уверенным и оценивающим, выдавая тем самым настоящего инициатора происходящего. И вот здесь уже решение Алексея вести себя в соответствии с дворянскими уложениями подошло как нельзя кстати. Тем самым ограничив возможности конфликта, ну или скорее переведя его в другую плоскость определенного коридора для решений.

А ещё интересный момент был в том, что Алексей узнал этот голос, тот самый любопытствующий который стоял за его дверью не так давно, именно он бесцеремонно стучал к нему. И этого любопытного сейчас кто-то грамотно использовал в своих целях, а раз так-то и Белов использует его для достижения уже своих целей. Не мы такие, жизнь такая. А в аристократическом серпентарии иначе не выжить, да и нельзя Белову чтобы кто-то играл им.

Максим в свою очередь с раздражённым выражением лица, снова обратился к нему, спокойным, но явно раздраженным тоном:

— Ну раз мы уже с вами сударь представлены друг другу, возможно вы ответите на мой вопрос?

Белов с покерфейсом достойным, наверное, лучших подмосток и самое главное вежливо ответил хмурившемуся парню, что сам себя загнал в эту ситуацию.

— Да конечно. — и когда услышавший так нужный ему ответ Максим воспрял духом продолжил, вежливо хороня его ожидания — Почему бы нет, я буду рад утолить Ваше любопытство, единственное что хотел бы сначала пообедать, а потом мы можем с вами спокойно всё обсудить.

Судя по всему, терпение было явно не одной из основных добродетелей Максима, потому что дальше сдерживаться в вежливом ключе он не смог. Да и уйти сейчас от стола Белова он по-хорошему тоже не мог, окружающие, наверное, давили на него своим присутствием, да и сам он прекрасно понимал, что мало того, что сейчас репутацию он себе снизил не слабо на глазах присутствующих в столовой учеников. Так и если Максим отступит сейчас это будет еще большим уроном по его репутации, покажет тем самым свою слабину. А аристократический мир как известно все просчеты помнит очень долго. Понятно, что он сам своими действиями загнал себя в цугцванг, но шанс исправить ситуацию еще оставался — надо было лишь прогнуть новенького на ответы и тогда пусть победа будет не полной, но и проигравшим Максим выглядеть не будет.

— Послушай Алексей. Давай сделаем проще, ты ответишь на два вопроса и спокойно занимайся своим супом. Неужели так сложно прерваться на минуту?

— Знаете Максим Петрович, а я вынужден Вам отказать — после услышанного лицо Максима покраснело, а руки сжались в кулаки, выдавая его злость с головой. Белов отметив для себя это факт продолжил уже с нотками издевки в голосе, покачивая головой и тем самым как-бы показывая, что осуждает слова Максима — Никак не могу себе позволить, чтобы мне кто-то указывал что мне делать на обеде. Кушать суп или отвечать на вопросы невоспитанного сударя. Я не ваш крепостной, и не ваш слуга чтобы вы позволяли со мной такие вольности, да и в дружеских отношениях мы не состоим, да и уж вряд ли с таким подходом к делу будем когда-нибудь. Поэтому будьте добры, покиньте мой стол и избавьте меня от общения с Вами на время обеда.

Сказано Алексеем это было это всё достаточно громко, хоть и спокойно и судя по всему стало достояние всех сидящих в столовой, даже воспитательница, сидящая при входе, явно прислушивалась стараясь уловить детали диалога школьников. Ситуация стала публичной — на что собственно он и рассчитывал.

— Да как ты смеешь так разговаривать, ты что решил меня оскорбить? — вскинулся Максим,

— Да нет сударь, это Вы меня оскорбляете — Белов стоял, старательно, выражая всей своей позой спокойствие и уверенность, с уже явной усмешкой смотря на Николаевского — Пришли, бесцеремонно прервали мой обед, оскорбили меня, раз решили мне указывать что и как делать. Требую извинений! И причем требую извинений немедленно!

Максим опешивший от происходящего, оглянулся на своих друзей, сидевших за столом, которые похоже были не в меньшем удивлении чем он. Наверное, думали, что, послав этого дурака докопаться