Ещё будто и нажаловалась на тебя мне. Мол, обидели бедняжку, не пущают в отдел. Но всё это мои мюсли. Сам понимаешь, я могу только о первом впечатлении рассказать. — Выложила то, что на уме.

— Она тебя проверяла. Из нашей короткой встречи Трест узнала, что слухи не врут и ты действительно не просто девочка-припевочка, временно снискавшая моё внимание, а особа со статусом которой придётся считаться. Я не осадил её, значит, твоим ушкам положено слышать больше других праздно шатающихся. И потом, она очень хотела понять в курсе ли ты текущих дел и по твоим эмоциям считывала. Удивление, гнев и отклик.

— Отклик? На что? — Округлила я глаза, переваривая услышанное.

— На меня. Мои прикосновения. — Довольно скалился Дарвин.

— Ах ты выдумщик! Не было никакого отклика! Я просто не могла тебе врезать, когда мы на такой ответственной вылазке находились. — Пыхтела и краснела я.

— Ну перестань! Тебя никто бы не остановил, будь ты против. — Взлетела густая бровь. Возникло непреодолимое желание зазвездить нахальному оборотню промеж глаз, но моей силушки недостаточно, да и не буйная я даже в ярости.

— Я воспитанная. Это другое. — Лаконичный ответ и я сама безмятежность.

По приезду домой, я поспешила сбежать в свою комнату. Эмоций и так через край, а рядом с Иваром я закипаю моментально. Но никто не предоставил мне возможности остыть. Оборотень явился по мою душу или тело?

Осторожный стук и дверь открылась ровно после моего «не входить!». Благо, я была одета, а то бы запустила подушкой в хозяина дома. Вежливость из меня будто вытравили его поцелуи, которые никак не покидали моих мыслей, словно их поставили на повтор.

— Я вроде просила НЕ входить. — На миг прикрыв глаза и глубоко вдохнув, произнесла на выдохе, чтобы понимал степень моего недовольства.

— Не расслышал. — Коварный голос с хрипотцой действовал на меня как красная тряпка на быка. С телом происходило нечто нереальное, неподдающееся объяснению.

Ивар в два шага оказался рядом. Моё запястье попало в захват. Его пальцы поглаживали и это действие в который раз казалось чем-то гораздо более интимным. Словно он хотел под кожу мне влезть и изменить состав крови, чтобы и она подчинялась его приказам.

— Уже поздно, Ивар. — Намекала я на время и его дурные манеры. Входить в спальню девушки в такой час непозволительно, если она против.

— Знаю, девочка. Пришёл пожелать тебе сладких снов. — Рычащие звуки из его груди будоражили и заставили замереть как крольчонка перед волчищем.

— Спасибо. — Еле слышно поблагодарила я.

— А ты не пожелаешь мне того же? — Приблизился он вплотную.

— И тебе спокойной ночи.

— Ночь не будет спокойной. — Прозвучало опасно.

Глава 27. Приручение

Наглое чудовище влезало в мою жизнь, захватывая каждую свободную минутку! И можно сколько угодно злиться и пытаться этому противостоять, но одолеть оборотня мне не по силам. После его приставаний, которые Ивар назвал всего лишь пожеланием сладеньких снов, я долго не засыпала.

Два месяца в одном с ним доме я не вынесу! Надо как-то делать отсюда ножки и поскорее. Но как? Процион — место охраняемое. К людям возвращаться рано. В общем, по всем углам засада!

Дождливое утро, тёмные круги под глазами и подгоревшие блинчики на завтрак. Да, день как-то не очень начался. Я не искусный кулинар, но обычно блины мне удавались. Мясо есть с такого ранья я не приучена, а оборотень спокойно уминает его в любом виде, хоть жаренное, хоть пареное и не хочется верить, что способен трескать сырое.

— Пахнет гореленьким. — Принюхивался Дарвин, прекрасно зная, что спалила. Если бы не прожигал во мне дыру взглядом, может и блинчики бы удались. Но ему нравилось меня задирать, как коту мышь перед тем, как слопать.

— Я съем, а тебе не предлагаю. — Буркнула в ответ, но пальцы его уже умыкнули угощение, затанцевав в воздухе. — Не опалил? Жаль-жаль. — Усмехнулась я. Возмездие — вот оно!

— Твоё злорадство умиляет! — Услышала позади вперемешку с чавканьем. — Ух! Вкуснота! Ну и хозяюшка мне досталась.

— Ага, сейчас! Не досталась я тебе. Временно соседствуем, но я обдумываю этот жилищный вопрос.

— Прекращай. Ты от меня не съедешь, а я от тебя тем более. — Преспокойненько сказал Дарвин. Его уверенность бесила. Ну да ладно, ещё посмотрим кто кого!

Субботу мы провели в словесных баталиях. Ивар постоянно меня раздражал, был он вежлив, остроумен или спокоен. Всё потому, что я ощущала его ко мне внимание и не хотела поощрять. Но давалось это с трудом. В конце концов целуется он бомбезно!

Мужчина не давал мне проходу, а дом не настолько велик. То и дело сталкивались. Вечером он и вовсе утащил меня в гостиную смотреть телик. Я как-то поупиралась, но смирилась. Комедию он выбрал неплохую и мы оба хохотали над незадачливыми героями.

Я и не заметила как уплыла в сон, а проснулась уже в своей спальне и не одна. Оборотень нагло лежал рядом и обнимал как свою собственность. Спал он чересчур чутко. Когда проснулась я, следом открыл глаза Ивар.

— Какое прекрасное утро! — Чмокнул меня в плечо, будто так и надо мужчина.

— Обычное. Точнее, не совсем такое, как хотелось бы. Сними с меня свою граблю! — Ворчала я, показывая своё неудовольствие.

— Ника, если перестанешь возмущаться, снег выпадет? Попробуй не воспринимать всё в штыки.

И что тут скажешь? У него своя правда, у меня своя. Дарвин хочет, чтобы я смирилась и приняла реальность такой, какая выгодна ему. А я не готова подчиняться его желаниям, у меня есть свои. Например, я жажду независимости и свободы.

К исходу дня я набралась смелости попросить оборотня об одолжении. Заламывала пальцы и слова застревали в горле. Трудно клянчить о важном, когда знаешь, за всё придётся платить. Рано или поздно.

— Ивар, мы можем съездить туда ещё раз? Возможно, родители ответили, но сообщение не дошло. Связь ведь глушится.

— Отсюда туда. Я настаивал, чтобы перекрыли в обе стороны, но Альфа привёл аргументы. Они смогут позвонить и написать, если захотят. — Не смягчал Дарвин. Значит, не хотят? Как же так? — Но конечно поедем. — Прихватил оборотень за подбородок и нежно поцеловал.

И я пришла в ужас оттого, что мне не было противно, наоборот. Ивар успокаивал меня, словно, убеждал, что я не одна и есть на кого опереться. Его нежность и страсть обволакивали и согревали мою озябшую душу. Улыбка на лице оборотня подтвердила, он знает как действует на меня!

— Ты приручаешь. — Еле слышное потонуло в другом, более смелом поцелуе.

— Я и сам