всхрапнул, словно просигналил «старт». Я вздохнул, размял пальцы и напечатал: «Вот только её защитники уже понимали, что доживают последние дни, если не часы…» Поначалу слова на экране появлялись неспешно. Но с каждой минутой мои пальцы перескакивали с клавиши на клавишу всё стремительнее. Потрескивание оконных стёкол, гул вентиляции и похрапывание Вадима сменились звуками штурма Вердской крепости. Запашок табачного дыма будто бы растворился в запахе пылавшей смолы и в аромате хорошо прожаренной плоти…

…Я завершил главу точно к открытию метро. Скинул файл с текстом на дискету. Будто бы в знак поощрения повязал на шею серый галстук, надел пиджак. «Второе дыхание» пока не откатилось. Я махнул на это обстоятельство рукой. Улыбнулся, когда представил: сейчас приеду в общежитие и завалюсь спать.

В воздухе перед глазами вспыхнули золотистые строки:

Задание выполнено

Вы получили 5 очков опыта

Я вскинул брови и с десяток секунд рассматривал парившие передо мной надписи; пока те не растаяли, превратившись в быстро погасшую золотистую дымку.

Произнёс:

– Не понял.

Открыл интерфейс и взглянул на строку с активными заданиями. «Написать книгу» никуда не делось. А вот задание «Помочь Наташе Зайцевой, 4 часть» исчезло.

* * *

Я вернулся в общежитие – Дроздов и Мичурин лежали на своих местах.

Василий похрапывал.

Колян при моём появлении приподнял голову и сказал:

– Макс, теперь я с Наташкой. Железно.

– Поздравляю, – ответил я.

Покачал головой и мысленно обратился к создателям игры: «Вот оно, значит, как? Такую помощь вы имели в виду? Книгу ей писать не нужно?»

* * *

Роман «Наследник древнего клана» я завершил в ночь с седьмого на восьмое октября. Написал заветное слово «конец». Игра немедленно наградила меня пятью очками опыта за выполнение задания. Я распечатал две финальные главы на бумаге и уложил их в папку. Потому что вчера пообещал, что отдам их Наташе Зайцевой. Запарин тоже дожидался финала моей книги – он смирился с тем, что читал новые главы с задержкой на редактирование. Я накрыл папку рукой, откинулся на спинке стула, прислушался к своим ощущениям. Понял, что никакого восторга не ощущаю – лишь привычная усталость и лёгкое головокружение. Чувство свалившейся с плеч горы тоже не появилось. Вместо него возникло лёгкое разочарование из-за того, что я не увижусь с героями своей книги… никогда.

В общежитии никто не встретил меня с фанфарами – всё было буднично. Коридор на шестом этаже был пуст: там меня не дожидались толпы восторженных поклонников моего творчества. Колян и Василий спали (в редакцию журнала они со мной не ездили). Они не заметили моё возвращение – поприветствовали меня сопением в подушку. Я бросил папку с финальными главами своего романа на стол. Напомнил себе, что в ночных посиделках за компом больше нет необходимости – завтра утром я буду вот так же, как и мои соседи по комнате, валяться на кровати и сопеть в две дырки. Снова встретил в душевой крысу. Она меня с окончанием книги тоже не поздравила. Зато я подсчитал, что скопил уже семьдесят очков опыта. Сам себе напомнил: третий уровень уже близок.

Зайцева разбудила меня днём – потребовала «новые главы». Я приоткрыл глаза и указал рукой на папку – Наташа цапнула её со стола и умчалась к себе в комнату. Проснулся я ближе к вечеру. Коляна, Василия и их подружек в комнате не обнаружил. В одиночестве пообедал (или поужинал) холодной жареной картошкой – разогреть её на кухне поленился. Вместо чая выпил пол-литра кефира. Вспомнил, что сегодня никуда не спешу: снова стану нормальным студентом. Не ощутил от этих мыслей прилив восторга, но и не расстроился – отреагировал на них спокойно, равнодушно. По привычке воспользовался отсутствием соседей: разложил на кровати конспекты лекций по истории (с физикой я уже «покончил»), активировал способность «Зубрила, 1 уровень».

Колян, Василий, Наташа и Ксюша ввалились в комнату, когда я уже лежал на кровати и читал купленный на книжной ярмарке роман Корецкого (возить его в университет я ленился – поэтому добрался до него только сейчас).

– Максим, я всё исправила, – сообщила Наташа и протянула мне картонную папку.

Она улыбнулась и заявила:

– Концовка в твоей книге просто сумасшедшая! Я такого не ожидала. Думала, что он всё-таки умрёт. Ты меня в этом почти убедил. А он потом так… бац!.. и всем навалял. Здорово, Максим! Твоя книга – обалденная!

– Наташа нам про эту твою концовку сегодня все уши прожужжала, – сказал Мичурин.

Дроздов спросил:

– Макс, и что дальше? Я про твою книгу говорю. Что ты теперь с ней сделаешь?

Я усмехнулся.

– Издам миллионным тиражом, что же ещё, – ответил я. – За гонорар куплю себе гелик и укачу на нём в закат.

– Макс, а если серьёзно? – сказал Василий.

– А если серьёзно…

Я пожал плечами и сообщил:

– А если серьёзно: пусть роман полежит месяцок-другой на полке. Потом перечитаю его, сделаю второй черновик. Кинг нам именно такой подход завещал. Второй черновик перепишу в чистовик. Затем разошлю книгу по издательствам. Вобью в стену гвоздь и буду нанизывать на него отказы, как Стивен Кинг. Но главное дело уже сделано: книга готова.

Мичурин озадаченно хмыкнул.

– Так… это… сразу её разослать нельзя? – спросил он. – Наташка же там всё подчистила. Она сама нам это сказала. Что там ещё править? Пусть уже редакторы в издательствах этим займутся. Им вообще-то за это деньги платят.

Я покачал головой и сказал:

– Старина Кинг с тобой бы не согласился.

Наташа смущённо улыбнулась и спросила:

– Максим, так может… ну его, этого Кинга? Я точно говорю: роман хороший… теперь. Стилистика, конечно… необычная. Но лично мне она уже не мешала. Книга превосходная, честно тебе говорю.

– Макс, а этот… журналист из «Ноты» о твоем романе что сказал? – поинтересовался Дроздов.

– Я с ним о книге больше не говорил, – ответил я. – Я его вообще не видел после того раза. Финальные главы он ещё не получил. Прочитает их – может, что-нибудь и скажет.

* * *

В воскресенье ко мне явились одногруппники. Их интересовало, поедут ли они сегодня (и «вообще») в «Ноту». Я ответил парням, что лично мне в редакции музыкального журнала теперь делать нечего – в ближайшие дни. Пообещал, что поговорю с работавшими там старшекурсниками: узнаю, продолжат ли первокурсники свои ночные компьютерные баталии в «Ноте». Финал своей книги я передал Запарину через Персика (тот в понедельник утром заступал на смену в редакции). Заодно я и задал ему полученный сегодня от своих одногруппников вопрос. Позже я озвучил Игорю Светлицкому