Я снова попробовала закричать, всё ещё уверенная в том, что эльф не осмелится полоснуть меня ножом по шее, но лезвие упёрлось в мою кожу:

– Тс-с-с-с, вылезай наружу, глупенькая Сония. Мы уходим отсюда. А если ты посмеешь ещё закричать – я убью этих двух недоумков, которых ты считаешь друзьями. Их жизни будут на твоей совести.

Он ухватил меня за косу и потянул к выходу. Над лесом висела растущая луна, холодный воздух кусал разгорячённое лицо, а звезды насмешливо подмигивали мне сверху: «Размечталась об академии, непутёвая девчонка?» Я вспомнила, что у меня есть ещё и дар, но белый огонь не отзывался на мои мысленные усилия. Эльф будто бы понял, что я пытаюсь обратиться к магии, и дёрнул за верёвку, которой мои руки были стянуты спереди и примотаны к туловищу.

– Твой огонь мне ничего не сделает, я ношу на груди защитный амулет. Мы давно научились оберегать себя от магии ваших тупых волшебников. К тому же, да будет тебе известно, эльфы – это никакая не нежить, а потому я не боюсь твоих неумелых святых заклинаний. Я не какой-нибудь трухлявый скелет!

– Лейс… – Я всё время запиналась о корни деревьев, когда мы на ощупь выбирались из лагеря. – Зачем тебе сдался этот некромант? Зачем тебе его расположение? Ты мог бы остаться на зиму с нами, хочешь? Ещё не поздно вернуться и всё исправить, пожалуйста, послушай меня…

– Тебе не понять, – глухо сказал эльф, подталкивая меня в спину.

Мы продвигались очень медленно: Лейс шёл по каким-то одному ему ведомым ориентирам, а я только и делала, что останавливалась и падала на колени.

Какими же наивными оказались все мои мечты, все желания… «Скверно, дитя!» Скверно желать чего-то возвышенного и прекрасного, если сама ты не дочь благородного семейства, воспитанная по законам общества, а всего лишь сирота, которую вышвырнули из приюта за непотребное поведение.

Где-то пронзительно закричала птица – и мы вдруг увидели впереди между тёмными деревьями висящие в воздухе голубые огни эльфийского лагеря. Время шло к утру, у меня закоченели руки и ноги, и я шагала ничуть не лучше, чем поднявшийся из могилы мертвец. Лейс издал позывной крик – ему ответили. Замелькали в отсветах магии чёрные, будто вырезанные из бумаги тени высоких и стройных существ. Мы вышли на тропинку, которую заливал волшебный свет синих фонарей, висящих на нижних ветвях. Я невольно опустила глаза: с непривычки лучи света больно резали зрачки. Когда же послышался шорох и я вновь подняла голову, передо мной стоял эльфийский волшебник с тёмными, почти чёрными глазами.

– Лейс, – произнёс он тонкими белыми губами, разглядывая меня с головы до ног. Дальше он заговорил по-эльфийски, и я не разобрала ни единого слова.

– У меня ещё есть пять портальных камней, не только девчонка, – торопливо пробормотал мой спутник на языке людей, но затем опомнился и перешёл на язык эльфов.

Он выпустил верёвку и принялся копаться в дорожном мешке, один за другим выуживая украденные камни и выкладывая их к ногам Гаэласа. Я подумала: что если кинуться во тьму, что скрывалась за моей спиной? Что если… Но после заметила, что рядом с Гаэласом стоят двое лучников, похожие на полупрозрачные тени. Их стрелы были направлены на нас с Лейсом. И тогда я набралась смелости и посмотрела на некроманта, которого знала только по сбивчивым рассказам эльфа-проводника.

Он был средних лет. Будь он человеком, я дала бы ему лет тридцать пять – сорок на вид. Высок и строен, как все высшие эльфы, с бледным заострённым книзу лицом и тёмными изогнутыми чёрточками-бровями. Гаэлас был одет в узкие брюки и короткий камзол, поверх которого на плечи была накинута роскошная мантия, подбитая соболиными шкурками.

Бросив быстрый взгляд на портальные камни, маг принялся разглядывать моё лицо. Он сделал шаг, протянул ко мне свою костлявую руку с длинными чёрными ногтями, и я дёрнулась было назад, чтобы он не смог коснуться моей кожи. Лейс придержал меня за плечи. Холодные пальцы некроманта, унизанные перстнями и кольцами, скользнули по моей щеке, шее и вниз, к солнечному сплетению. Это было настолько отвратительно, что я закричала бы, если бы мне в лицо не смотрели зазубренные наконечники стрел. Охрана лагеря не спускала глаз с нежданных гостей. Наш бывший провожатый, эльф-предатель, заискивающе выглянул из-за моей спины и спросил что-то у мага.

– Я спросил мастера, нравится ли ему материал, который я доставил, – шёпотом перевёл мне этот мерзавец.

Гаэлас провёл рукой по моей груди, отчего я нервно вздрогнула. И ответил что-то резкое, чего Лейс не пожелал переводить. Заметив, что мой спутник обиженно засопел над моим плечом, некромант требовательно повторил свои последние слова.

– Он говорит… что я ничтожество, а ты – очень плохой материал, – прошептал Лейс.

– В том, что ты ничтожество, я с ним совершенно согласна, – сказала я, повернув голову.

Некромант уловил мою интонацию и улыбнулся, сделав знак лучникам, – те опустили оружие и отступили в темноту.

– Почему это ты решил, будто я плохой материал? Так меня ещё никто не называл! – спросила я в отчаянии.

Выходит, та старуха из таверны была права, говоря, что я падшая и грязная девка? Настолько опустившаяся, что даже некромант считает моё тело недостойным своих опытов? Конечно, мои слова были продиктованы испугом, но на худощавом лице Гаэласа промелькнуло странное выражение удивления. Он выслушал сбивчивый перевод Лейса, подумал несколько мгновений, а затем поманил нас рукой, сказав:

– Пойдём, я объясню тебе. А ты, – он указал на своего трясущегося помощника, – собери камни и отдай их жрицам.

Так мы вошли в лагерь эльфов, наполненный незнакомыми мне голосами, звуками и мелодией, которую длинноволосая девушка извлекала из лежащего на коленях струнного инструмента. В центре поляны, где расположился эльфийский отряд, тихо мерцало пламя большого костра, вокруг которого на поваленных стволах сидели и полулежали воины. Большинство из них были мужчинами, но я заметила и двух женщин – одна из них помешивала в котелке какое-то дымящееся варево, другая сидела рядом с другом, положив голову эльфу на плечо и сплетя свои пальцы с его пальцами. При нашем появлении многие повернулись, провожая меня любопытными взглядами, а кто-то резким ехидным голосом окликнул Лейса, на что эльф ответил непристойным жестом, одинаково понятным всем народностям.

Пройдя поляну наискосок, мы вслед за Гаэласом вышли из круга волшебного света и почти на ощупь направились куда-то вниз по едва различимой в свете луны и звёзд тропинке. Деревья, тёмной стеной окружающие лагерь, остались далеко позади. Перед нами расстилалась болотистая