class="p1">— Ну вот... Ты уже хотя бы улыбаешься, — Артур касается пальцами уголка моих губ.

А я поддавшись порыву, хватаю его руку, раскрываю ладонь и прижимаюсь щекой.

— Тепло. Можно я вот так побуду?

— Можно. Всё тебе можно, Аги.

В голове так и звучит та фраза, сказанная на кухне "Может, я просто тебя люблю..."

— Пахнет кровью, — поморщив нос, я сглатываю и снова смотрю на наши руки.

— Давай уже смоем её и переоденемся.

Не спрашивая разрешения, Артур поднимает меня с дивана и несёт к столу, усаживает на него и первым делом начинает расстегивать блузку.

— Просто хочешь на меня голую посмотреть? — вроде пытаюсь пошутить, но голос звучит так хрипло.

А ещё его взгляд... В кабинете полумрак, так как жалюзи задернуты. Во тьме его взгляд сверкает ярче.

Артур медленно расстегивает пуговицу за пуговицей, пока ткань не расходится и не оголяет грудь. Горячие пальцы ныряют под блузку на плечах и тянут. Каждый оголенный кусочек кожи Ар целует, и ему плевать, что я в крови.

Грязную блузку он бросает на пол. Затем тянется к ширинке брюк.

Я только в кино видела, как мужчины вот так раздевают женщин. Он встаёт передо мной на колени, тянет брюки вниз, целует низ живота, косточки бёдер, колени. Хмурится, когда видит содранную кожу.

— Красивая... — его голос такой бархатный сейчас.

И эти касания... Они как трепет... Настолько осторожные и нежные.

Брюки Артур тоже кидает к блузке. После этого он берёт влажные салфетки со стола, но я останавливаю его руку.

— Моя очередь.

Он склоняет голову набок. А я... я кладу пальцы на пуговицы его рубашки.

— Аги... — Ар тянется к моему лицу и трётся носом о щёку. — Неужели ты не понимаешь, насколько всё плохо? Ты же меня с ума сводишь. Я думал, не вынесу эту ночь.

Хрипотца в его голосе отдаётся тяжестью внизу живота. Не знаю, как мне удаётся продолжать молча расстегивать его рубашку. Так много хочется сказать. А может, и не стоит?

Когда рубашка оказывается расстегнута, я веду пальцами по его груди, целую, как целовал меня он. Скольжу под ткань и тяну её вниз, пока она не падает к той куче с моей одеждой.

Дальше я касаюсь пряжки ремня. Артур резко обхватывает моё запястье.

— Не надо.

— Я хочу. Хочу, как ты делал.

— Боюсь, так просто не получится, малыш.

— Почему? Давай попробуем... — снова тянусь к ремню, чувствую его твёрдый член под пальцами.

Ар шипит, резко отводит мою руку, затем подхватывает меня за бёдра и поднимает со стола. Уже через мгновение я чувствую, как моя спина с грохотом вжимается в дверцу шкафа.

— Ну я же сказал не надо, — он языком проводит по моим губам, я зарываюсь пальцами в его волосы и целую в ответ.

За дверью полный офис людей, а мне так плевать. Я просто хочу чувствовать его сейчас.

Смерть.

Так близко. Когда отец упал. Когда меня чуть не сбила машина. И сегодня.

Что нам отведено? Сколько дней? Сколько лет?

Язык влажный и горячий проходится по моей груди. Ар тянет вниз ткань лифчика и оголяет сосок. Обхватывает его ртом. Я ногтями впиваюсь в широкие плечи и выгибаюсь.

Ещё больше. Мне надо ещё больше.

Артур будто слышит мои мысли. Он опускает руку к трусам и отводит ткань. Я слышу хлюпающий звук моей влаги, а затем звяканье пряжки ремня. Его пальцы скользят по половым губам, пощипывают клитор, затем давят на какую-то точку ближе к анусу.

Так хорошо, что больно. Слёзы выступают на щеках, так как с каждым его поцелуем терпеть становится всё труднее.

Ар отводит мою ногу и прижимает к дверце шкафа. Я чувствую его твёрдый горячий член, скольжение головки по половым губам. А ещё дикое, сумасшедшее желание ощутить его внутри. Всего. Так, чтобы до краёв. Чтобы полностью.

Давление члена усиливается, и в какой-то момент я жду боли, но её нет. Вообще никакой. Только распирающее чувство внутри, будто меня во мне самой стало много. Будто для Ара я слишком тесная.

От нетерпения я начинаю елозить спиной по дверце, но Ар крепко меня держит, что-то хрипло простанывает мне в плечо, затем вытаскивает член и снова проталкивает в меня. Так медленно двигается. Так осторожно.

Никакой боли. Только наслаждение уже даже от того, что он во мне.

Слюни собираются во рту. Я дёргаю Ара за волосы, кусаю за подбородок. Мне всё кажется, что мне мало, что хочется ещё больше.

— Тихо, Аги. Не хочу причинить тебе боль.

Он снова выходит. А затем вставляет, но уже резче. Я вскрикиваю от пронзившего моё тело удара током. Это как волна от поясницы к животу, затем весь разряд концентрируется там, где двигается его член. Он так туго скользит. Ощущения необычные. Я вовсе не так представляла себе секс. В моих фантазиях удовольствие не было настолько глубоким.

Ар начинает двигаться быстрее, отчего напряжение в животе усиливается. Его толчки вдаливают меня в дверцу шкафа, и с каждым новым движением я вскрикиваю. Я не понимаю, как можно молчать. Я даже не знаю, что может быть приятнее и безумнее того, что происходит.

— Мамочки, — вскидываю голову и пока Ар продолжает вбиваться в меня, я изгибаюсь в судороге, от которой сводит ноги и отключает разум.

Смерть, сколько нам отмерено? Сделай так, чтобы жизнь не кончалось.

Чтобы этот пульс бился во мне вечно.

Глава 32

Агата

— И затем на конференцию, чтобы к тому моменту было всё готово.

Прикусив губу, я стою в дверях кабинета и смотрю, как Ар разговаривает по телефону. Чувствую себя до ужаса неловко. Совсем не ожидала, что именно так буду себя чувствовать.

Так странно... Между ног до сих пор тянет и пульсирует, хотя прошёл целый день. И по телу периодически проскальзывает дрожь. Мне всё время хочется вернуться в тот момент у дверцы шкафа и вновь ощутить Ара в себе.

А ещё я не знаю, как правильно теперь себя вести. Ну, то есть, что делать? Что говорить? Что изменилось между нами?

— Аги, ты что там стоишь? — Артур сбрасывает вызов и упирает в меня взгляд.

Я сильнее прикусываю губу и ковыряю ногтем кутикулу.

— Весь офис уже разошёлся. Мы не собираемся домой?

Кстати, понятия не имею, слышал ли кто-то, что происходило тут в кабинете, но никто не осмелился спросить. Это успокаивает. Спрашивали только про кровь. Пришлось рассказать о ДТП.

— Конечно, собираемся, — он кивает. — Если ты готова, то можем прям сейчас