издалека. – Я знаю, я расскажу. Понадобятся силы, но ты сделаешь…

Будто поток горной реки обрушился на скалы, заглушив ее слова.

– Подожди, куда ты? – Я сделал шаг вперед и тут же почувствовал, как начинаю захлебываться.

Покачнулся, но вода резко поднялась и вытолкнула меня наверх. Перед глазами потемнело, в ушах стоял шум, но даже сквозь него я услышал высокий девичий голос:

– Призываю тебя, Посредник. Возьми мою силу и мой дар, отомсти за Хильду, дочь Асмунда. За ее братьев. За ее отца и мать. Да падет на Хозяина Штормов смертельный сон Холодных камней!

Все случилось в мгновение ока – меня с силой швырнуло на берег, вода отхлынула назад. Что-то впилось в щеку, голова гудела, тело накрыла жуткая слабость – не было сил даже шевельнуться. Вот и ходи в гости к камням и некк. Призвать призвала, но рассказать забыла. Сделав вдох, я попытался встать, но ничего вышло. Йорд… где его утбурды носят? Должен же быть где-то рядом.

– Оларс, – услышал я тихий неуверенный голос. Незнакомый и в то же время странно близкий. – Оларс, ты меня слышишь? – Чьи-то пальцы коснулись моей руки.

С трудом перевернувшись на спину, я взглянул на склонившегося ко мне человека и потерял дар речи.

– Арве?

Глава 6. Гори ясно, гори сильно

Пока я пытался понять, что происходит, рядом послышался голос Йорда:

– Вот так-так, я уж и не знал, как быть! Все жду и жду! Наконец-то! Ой…

Все еще не веря в происходящее, я протянул руку и коснулся щеки Арве. Тот вздрогнул, но не отодвинулся.

– У тебя руки ледяные, – еле слышно прошептал он, словно извиняясь.

Арве. Говорит. Со мной. Или меня приложило головой обо что-то твердое, или уши все же не обманывают.

– К тебе вернулся голос. Как?

Арве кивнул в сторону волн Скьяльвинд, с тихим шелестом накатывавших на берег:

– Хильда помогла.

– Черные крылышки утбурда, чего только не бывает! – выдал Йорд, приблизившись к мальчишке.

– Не неси чушь – у утбурда нет крылышек, – раздраженно бросил я и тряхнул головой – все же состояние гадкое. – Ладно, Йорд, где моя одежда?

Арве помог мне подняться, но ноги отвратительно подрагивали, а голова кружилась. Рисе, не дожидаясь нового нагоняя, побежал к снятой перед ритуалом одежде.

– Я видел тебя мертвым, это было обманом?

– Отчасти, – тихо ответил Арве, – другим путем я не смог бы попасть к Хильде.

– А предупредить нас нельзя было?

– Я пытался, – он запнулся, – но в доме никого не было. Стало страшно, что вы ушли к реке. Меня охватила паника, и я помчался сюда. Оказалось, Хильда звала меня.

Йорд тем временем вернулся и помогал мне одеться.

– Как к тебе вернулся слух? – спросил он, воспользовавшись повисшим молчанием.

Почему-то у меня появилось горячее желание треснуть рисе по затылку. Вечно норовит сунуть свой троллиный нос куда не просят.

Арве мельком глянул на реку:

– Некк помогла. Я, когда ехал с вами, все время слышал ее зов, но не мог понять, откуда он идет. Оказалось, мешали наложенные Хозяином Штормов чары. Но, поскольку я все же дух воды, они не смогли окончательно совладать со мной. Вот и… А она звала на помощь.

Хм, занятная картина получается. Но об этом после, сейчас нужно добраться до дома и выспаться. Иначе свалюсь прямо здесь.

– Господин Оларс! – Йорд едва успел подхватить меня.

– Уходим, все разговоры – потом.

* * *

Утро началось проливным дождем. Отвратительное самочувствие никуда не делось, но был и приятный момент – во сне приходила некк. Вложила мне в руку угольки и сказала, чтобы шел в лес и просил помощи у малых духов огня – Искр. Только с их помощью можно снять заклятие и принести покой всем Совнам. Сев на кровати, я провел по лицу ладонями, сгоняя остатки сна, и бросил взгляд в окно – хороша погодка, в такую только костры и палить. Однако выбирать не приходилось: Хильда призвала меня, надо делать работу. Но сначала…

– Арве!

Раскрылась дверь, тут же влетел фоссегрим в насквозь промокшей накидке.

– Ты что, подслушивал?

– А? – Арве что-то положил у печи и, повернувшись ко мне, принялся стаскивать одежду. – Я только вошел, что-то не так?

– Все так, где ты был? Учти, еще раз умрешь – спасать не буду.

Он кивнул, придирчиво осмотрел накидку, точнее то, во что она превратилась, и принялся растягивать ее на печи. Мои слова, кажется, его совсем не огорчили, или мальчишка их попросту не расслышал.

– Мы с Йордом ходили на пепелище, для сегодняшнего ритуала понадобятся угли. – Фоссегрим указал на небольшой сверток у печи.

Перед глазами снова появилась некк из сна. Кажется, ночью она приходила в гости не только ко мне.

– М-да, вчера она этого сказать не могла.

– Что? – В бледно-голубых глазах мелькнула настороженность.

– Ничего, – отмахнулся я, – где Йорд?

Объяснять и спрашивать, почему Хильда не сказала мне вчера ни слова про ритуал, Искры, пепелище, и зачем ей понадобилось обязательно приходить во сне, – не хотелось. Вряд ли у фоссегрима есть ответы. Да и не скажет он ничего, даже если и есть.

– Йорд пошел к Хакону за травами. – Заметив мой удивленный взгляд, он тут же пояснил: – Для тебя, сказал – магия забирает много сил.

– Слушай, у тебя есть хоть какое-то уважение к старшим? – Зажмурившись, я сжал пальцами виски, надеясь прогнать нахлынувшую головную боль.

Арве потупился, но распахнувший ногой дверь рисе не дал продолжить воспитание фоссегрима.

– Ух, пока договорился, так думал, утбурда дам! – Он поставил на стол горшочек, из которого вился тонкий дымок. – И вроде деревенский, а зубы заговаривает – ой-ой-ой!

Я встал, подозрительно посмотрел на принесенное слугой и, приблизившись к столу, принюхался – мята, липа и что-то еще, так и не определишь, что именно.

– Что это? Милосердный староста, часом, не отравы налил?

Ноги держали отвратно, пришлось опереться рукой о стол.

– Берите и пейте, потом поговорим, – заявил Йорд, – тут я еще еды принес, сегодня будет денек еще тот. Да и ночка не лучше.

– Замечательно, – мрачно отметил я, – все всё знают, кроме меня.

Взяв горшочек, я еще раз принюхался, но, решив, что хуже не будет, сделал глоток. Горло обожгло, во рту сильно загорчило. Я закашлялся.

– Что это за…

– Пейте-пейте, – невозмутимо велел Йорд, и в его голосе было что-то, заставившее меня подчиниться.

Опрокинув почти залпом эту гадость, я через несколько мгновений понял, что он прав: боль отступила, да и слабость стала терпимой. Нелишним будет спросить рецепт.

– Оларс, – тихо позвал меня