причудливые тени на стены. Воздух наполнен спокойствием и умиротворением, будто весь мир остановился вокруг этой кофейни, чтобы дать возможность людям отдохнуть, погрузиться в свои мысли и насладиться тишиной.

На одном из диванов сидела женщина в шикарном бархатном платье с глубоким декольте, и ее улыбка была остро контрастна мрачной атмосфере этого заведения. Она словно выпорхнула из страниц романа о любовных интригах и опасных страстях. Ее платье было цвета темного вина, с вышивкой из блестящих пайеток, которые переливались в свете камина.

Ее глаза цвета темного шоколада украшены черной тушью, что делало их еще более выразительными. Они горели изнутри, отражая непокорный и загадочный огонь ее души. Она держала в руке бокал с красным вином, и ее тонкие пальцы с массивным кольцом, украшенным огромным изумрудом, выглядели необычайно элегантно.

На нее было невозможно не смотреть. В ее образе было что-то притягательное, что-то таинственное и даже немного опасное. Она выглядела как огонь, который может как согреть, так и сжечь. С улыбкой она встретила мой взгляд, и ее губы раскрылись в широкой ухмылке, открывая ряд белоснежных зубов. В этой ухмылке было что-то хитрое, что-то неуловимое, что заставляло сердце биться быстрее. Она казалась загадкой, которую хотелось разгадать.

— Добро пожаловать, дорогие господа, — прошептала она, и ее голос был мягким и приятным, но в нем слышался легкий налет иронии. — Я вижу, что вы заинтересовались нашим заведением.

Я невольно кивнул, и мой спутник слегка прищурился, осматривая женщину с нескрываемым интересом.

— Что вам принести? — спросила она, не снимая с нас своего проницательного взгляда.

— Кофе. И, возможно, что-нибудь покрепче.

Я ответил, стараясь удержать свой взгляд от ее глаз, словно боясь, что они прочитают мои мысли, увидят мои тайны. Ее взор был острым, проницательным, словно она могла проникнуть в глубину души и увидеть все ее тайники.

— Горячего шоколада? — Виктор усмехнулся, заметив моё смущение, и с лёгкой усмешкой вмешался в разговор.

— Как вариант, — улыбаюсь в ответ.

— А вам, сударь? — спросила девушка, ее голос был мягким и приятным, но в нем слышался легкий налет иронии.

— Воды, просто воды, — отвечает Виктор.

— А как же хвалёный кофе?

— Давно уже варю его сам, но ты попробуй. — его губ едва коснулась улыбка.

— И кто хвалит наш кофе? — интересуется дева.

— Да, есть, товарищи, — улыбаюсь в ответ.

Вскоре, как по волшебству, перед нами оказались два тонких фарфоровых стакана, наполненных до краев густым черным кофе. Аромат был таким сильным, что казалось, он проникает в каждую клеточку тела, будоража воображение и заставляя слюнки течь.

Первый глоток был настоящим открытием. Кофе был крепким, но в то же время мягким и бархатистым, с нежным привкусом корицы и имбиря. Он окутывал язык теплым, бодрящим облаком, пробуждая все чувства и заставляя забыть о всех проблемах.

— Неплохо, да? — спросил Виктор, улыбаясь и делая глоток своего напитка, совершенно не возмущаясь тому, что вместо воды был кофе.

— Да, — согласился я, наслаждаясь послевкусием. — Знаешь, — продолжил я, — думаю, что этот кофе хорош не только из-за своего аромата и вкуса. Но и из-за того, что мы прошли весь этот путь, чтобы добраться до этого места.

Кофе как кофе, но теперь у него имеется история, свое лицо, свой характер. И он был не просто напитком, а воспоминанием о нашем путешествии и встрече с этим загадочным городом, и попытке разгадать его тайны.

Виктор непонятно зачем уверенно встал и направился вслед за официанткой, что, заметив преследователя, лишь обаятельно улыбнулась на миг, показав два небольших клыка. Ее губы, очерченные ярко-красной помадой, раскрылись в улыбке, но в глазах мелькнула искорка холодного удовольствия. Улыбка больше походила на приглашение к танцу с опасностью или же к игре с огнем.

Но Виктора это ничуть не спугнуло. Он сделал еще пару шагов навстречу явно вампиру, и в его глазах зажглась искра вызова и капелька интереса. Шеф сделал уверенный шаг вперед, и его рука невольно потянулась к ручке ножа, который он всегда носил с собой. Он был изготовлен из темной стали, с резной рукоятью из черного дерева, украшенной серебряными вставками. На клинке изящно выгравированы древние руны, которые служили не только украшением, но и защитой от злых сил.

— Что высший вампир забыл в столь уютном городке? — сухо интересуется Виктор, пока нож напитывается его магией и сияет всё ярче от магической мощи. Клинок ножа сиял холодным светом, отражая яркие искры магии, что вихрились вокруг него.

— Ничего такого, дяденька ликвидатор, — съехидничала она. — И кто сказал, что это твой город?

В ее глазах зажглись озорные искорки, и она сделала небольшой шаг вперед, словно приглашая Виктора к игре. Она явно уверена в своей силе, и, по всей видимости, являлась высшим вампиром, и не боялась вообще никого.

— Его основатели, — лаконично произнёс Виктор, и в его голосе зазвучали стальные нотки. Он, как и всегда, спокоен, уверен и готов к любому развитию событий.

— И что же ты намерен делать, маг? — прошипела она, ее глаза были наполнены холодным презрением. Она не верила, что этот человек может ей что-то сделать или же угрожать.

— Не я, они… Или ты думала, что тебя приютили по доброте душевной? — Виктор усмехнулся, его улыбка была холодной и безжалостной. — Вампир — именно то, что нам нужно для ритуала, а уж высший вампир… Он замолчал, и в его голосе зазвучали нотки неизбежности.

— Стой. Какой ещё ритуал? — Дева замешкалась, и в ее глазах мелькнул страх. Она не верила, что ее хотят использовать в каком-то ритуале, она считала себя выше этого. Но люди, до этого сидевшие в креслах и занимавшиеся своими делами, спокойно достали серебряное оружие и утяжелённые сети, созданные специально для охоты на нежить. — Вы же меня знаете? Я своя… — Она пыталась выкрутиться из ситуации, но Виктор явно устал от этого шоу.

Ликвидатор стал вмиг размытой тенью и свернул ей шею, выключая ее на какое-то время, а затем уже местные упаковали девушку в серебряные наручи и цепи. Цепи были тяжелые, из чистого серебра, с резными узорами, которые были нацелены на то, чтобы удерживать вампира в плену.

Она оказалась бессильна. Ее гордость унижена, ее сила погашена, словно свеча. Она не могла поверить, что это произошло. Она была высшим вампиром!