— Короче, ты артефакт-то сделать можешь, но он никому из нас совсем покушать не позволит, — хихикнул Машьелис, шурша оберткой шоколадно-ореховой конфетки, цапнутой из вазы. — Проблему отравления это, конечно, решит, зато возникнет другая — вероятность смерти от голода.

— Не-эт, я не согласен, — прогудел Хаг. — Пусть лучше подтравливают, сытнее будет, особенно если мастера желудки нам каждый день чистить не станут.

Рассуждения друзей прервал приход декана. Тот слишком хорошо знал деятельную компанию блюстителей, чтобы оставлять их играть в предположения. Неизвестно до чего могут додуматься, если их без присмотра оставить один на один с проблемой.

Дэор сел в освобожденное по такому случаю кресло, выпил с полчашки горячего чая, съел несколько ложек любимого варенья. И все это в тишине, испытывая терпение бедных-несчастных умирающих… от любопытства студентов. Лишь потом констатировал:

— Ты был прав, Хаг. Мисаг Куяри действительно посыпал порошком камни в столовой. Увы, без воздействия листа Игиды пророк не смог вспомнить, когда и почему ему в голову пришла «блестящая» идея «пошутить», а также где именно он приобрел необходимый для этого ингредиент. При активации знака ТОРАН юноша вспомнил беседу с неопределенного пола незнакомцем в плаще, состоявшуюся на каникулах в одном из трактиров Дрейгальта. Тогда ему и внушили необходимость шутки и передали порошок для нее.

— Значит, опять, — мрачно согласился тролль.

— Значит, уже второй, — оптимистично поправил напарника Машьелис. — И за ворота АПП выходить не пришлось. Этот ядодел за каникулы мог многих студентов в Дрейгальте выловить и на нас науськать. Осталось всего одного дождаться, и можно будет искать Паука.

— Ты про «выжить» не забыл после «дождаться»? — хмыкнул Хаг, неприятно пораженный картиной, нарисованной живым воображением Лиса. Судя по помрачневшим лицам друзей и декана, им идея дракончика тоже не пришлась по вкусу.

— Это само собой, — беспечно осклабился парень. — От ядов мастера защитят, а с остальным как-нибудь справимся. Не зря же нас два года муштровали. А еще у нас есть две, нет, даже три секретные силы, о которых враг не знает.

— Какие же? — заинтересовался дэор, не уследивший за мыслью студента, летавшей по траектории броуновской частицы.

— Стефаль, приговорщица Янка и ваш уникальный дар дэора чуять любую отраву на расстоянии, — с достоинством перечислил Машьелис и неожиданно мягко попросил: — Вы не переживайте, мастер, разберемся мы во всем!

Остальные, в том числе первые две «секретные силы», с готовностью закивали. Декан, как третья секретная, обвел компанию внимательным взглядом и, едва заметно усмехнувшись, согласился:

— Разберемся… Яна, молодец, что вовремя меня вызвала.

— Это мастеру-повару спасибо, он раньше всех понял, что неладное творится, — виновато потупилась девушка, считавшая себя тугодумной черепашкой.

Еще раз настоятельно посоветовав друзьям не лезть на рожон и звать его при малейшем подозрении на новые действия Паука, декан ушел. Очень скоро разошлись и остальные участники импровизированного совета: кто из АПП, кто по своим комнатам, кто, не будем тыкать пальцем в Машьелиса, на свидания.

Глава 9

ЛЕДЯНАЯ ПРОБЛЕМА

Утро началось не с удара колокола, а с невыносимого зуда! Кожа чесалась как укушенная по меньшей мере дюжиной очень голодных комаров. Хорошо еще не вся, а лишь местечко на запястье, там, где красовался зелененький браслет — отличительный знак студента-блюстителя пророчеств АПП.

Янка подскочила с кровати, умылась ледяной — чтоб быстрее проснуться! — водой, надела форму и уже причесывалась, когда в дверь интеллигентно постучали. На цыпочках, боясь разбудить Иоле, Донская подкралась и аккуратно распахнула створку.

За порогом стояло трое: Стефаль (именно ему как самому тактичному доверили сигнализировать о гостях), Машьелис и Хаг. На ходу доплетая тугую косу, девушка переобулась, накинула куртку, подхватила сумку и выскользнула в коридор.

Помятая физиономия тролля с отпечатком подушки заставила Янку слегка улыбнуться: не ей одной ранняя побудка далась нелегко. Стефаль выглядел изумительно свежим всегда, даже в последнюю сессию, когда остальные пятикурсники походили на зомби.

У Машьелиса внешний вид был тесно связан с настроением. Если на Лиса накатывала депрессия, что порой случалось-таки, он становился сонно-мрачным и язвительно-злобным. Хорошо хоть подобное настроение у дракончика никогда долго не длилось, а по окончании периода мрака Лис даже извинялся перед друзьями и грешил на растущий драконий организм, задолбавший хозяина гормональными взрывами и перестройкой энергетических каналов. Возможно, не зря третировал на каникулах внучатого племянника дедушка-дракон. Сейчас юноша, пусть и провел «на прогулке» большую часть ночи, цвел майской розой и улыбался во все, точно не тридцать два, а как минимум вдвое больше, зубы.

— Ясного утра, не сказать, чтоб ночи! Интересно, кому это из летописцев настолько не спится, чтобы по ночам жребии кидать? — озадаченно озвучил главный вопрос дня Машьелис.

И был прав в своем недоумении! Вообще-то в большинстве случаев благодаря умелой помощи Сил Времени с регулировкой временных потоков в мирах для миссий блюстителей отводился четвертый день циклады. Именно к этому сроку в Зале пророчеств обычно начинали светиться печати на свитках пророчеств, ожидающих исполнения. Тогда летописцы бросали жребий, выбранные команды ощущали зов и друг за другом, без лишней суеты, прибывали в Зал порталов. Уже оттуда блюстители переносились в мир, где пророчеству суждено было сбыться.

Янка спрятала зевок в ладошку, защелкнула заколки на выбивающихся из косы кудряшках и поспешила вместе с друзьями в корпус летописцев по утренней сырости и неприятному осеннему холодку. В Зале порталов было тихо и безлюдно, вернее, безстудентно. Зато наличествовал один мастер — целый декан летописцев, по совместительству — Ротамир.

Озадаченно кряхтя, полненький низкорослый мужчина чесал лысоватую голову. Всегда тщательно зачесанные на намечающуюся плешь волосы сейчас стояли дыбом и выдавали хозяина с головой.

— Ясного дня, мастер! — мстительно гаркнул Хаг, заставив декана летописцев вздрогнуть всем телом и подпрыгнуть на месте.

Однако успокоился он почти сразу, укоризненно погрозил громогласному троллю пальцем и поманил явившуюся четверку к пюпитру.

— Ясного утра, студенты. Мне вот не спалось всю ночь, в зал тянуло. Пришел, а тут уже печать сияет на свитке так, что глазам больно, и трещины, что твои паучьи лапы, бегут. Пора настала, а дежурные-то лишь после завтрака явятся. Нет у нас ночных смен, вроде как не положено правилами АПП детей сна лишать. Так что жребий я сам бросал.

Декан летописцев примолк и отступил, поправив тоненькую веревочку пояса на широкой мантии несколько более нервным движением, чем следовало ожидать от мастера, у которого все события под контролем.

Ротамир еще немного попятился и замер, дав блюстителям приблизиться к пюпитру и убедиться: выпало то, что выпало — два шара с одинаковыми цифрами, обозначавшими третий