через прутья решетки, так что виден силуэт одного из охранников, стоящего неподалеку. Мой взгляд падает на воина Кенты, прислонившегося к противоположной стене, лицом ко мне.

Одно колено согнуто, на нем сложены его скованные руки. Кажется, он спит, опершись о стену затылком. Мерцающий свет падает на одну сторону его тела, а другая погружена в темноту. Он выглядит убийственно красивым, даже несмотря на следы побоев и изможденный вид.

Он открывает глаза.

Он не может меня видеть, но его взгляд устремляется ровно туда, где я стою. Затаив дыхание, я опускаюсь на корточки, балансируя на узком – всего несколько сантиметров – деревянном выступе и рискуя свалиться в воду.

Его взгляд опускается, следуя за моим движением.

– Смотрите, кто пришел, – мурлычет он, но разобрать его слова нелегко из-за хрипотцы в голосе. – Маленькая воровка.

– Я не воровка. Я никогда ничего не крала у того продавца на Рынке.

– Но кое-что ты все-таки забрала.

– Это была случайность.

Размерами камера напоминает ящик. Если бы он попытался лечь на спину, то не поместился бы в ней. Цепи на его запястьях и лодыжках звенят, когда он придвигается ближе, и его лицо становится четче, хотя он отдалился от источника света.

Его глаза настороженно блестят, что удивительно, учитывая его состояние. Одежда и кожа покрыты слоем грязи, на лице засохшая кровь, а синяки кажутся еще более заметными, чем день назад.

Уголок его рта приподнимается в масляной улыбке, он смотрит мне прямо в глаза через щель в камнях.

– А то, что ты попыталась отрезать мне пятку, – это тоже была случайность?

Я улыбаюсь ему в ответ.

– Нет.

Его зубы блестят, когда он говорит:

– Похоже, ты очень непослушна.

– Этот вывод основан на том, что я полоснула тебя, действуя в целях самообороны?

– Этот вывод основан на том, что ты сейчас здесь.

Что ж, тут он не ошибся.

– Ты хотел, чтобы я уделила тебе внимание, – говорю я. – Теперь оно у тебя есть.

– Дай угадаю. Тебе рассказал тот паренек.

Я ощетиниваюсь.

– Этот паренек, – со злостью бросаю я, – будущий предводитель Элэхи, и ты мог бы изобразить уважение, говоря о нем.

– А ты всегда так о нем говоришь? Будущий предводитель Элэхи… – Он насмехается надо мной.

– Зачем ты явился сюда?

Теперь он улыбается по-настоящему.

– Разумеется, за тобой.

Меня пробирает дрожь. Хотя меня по большей части закрывает стена, у меня такое чувство, будто он может видеть меня всю. Его слова вызывают у меня сильную реакцию. Страх это или отвращение, я не знаю.

– Что тебе от меня нужно?

Он продолжает улыбаться, но теперь в его улыбке нет ни горечи, ни снисходительности. Он склоняет голову набок, затем возвращается в исходное положение, расслабленно прислонившись спиной к стене.

– Я не могу тебе сказать.

– Что?! – Я выпаливаю это слишком громко и сразу же смотрю на решетку в двери, проверяя, на месте ли охранник. Его силуэт все так же неподвижен в мерцающем свете фонаря. – Ты хотел поговорить со мной. – Я возмущена, но говорю уже тише. – Так говори.

Он качает головой.

– Я тебе пока не доверяю.

– Не доверяешь? – повторяю я, не веря своим ушам. – А это тут при чем?

Какое-то время он пристально смотрит на меня.

– Бринн. – В его устах мое имя звучит как вопрос, будто он пробует его на вкус. – Такое ощущение, что это имя тебе не подходит.

Я совершенно точно уверена, что он нарочно меня раздражает.

– А как зовут тебя?

– Экер, – отвечает он.

– А фамилия у тебя есть?

Он пропускает мой вопрос мимо ушей.

– Надеюсь, тебя не отчитали из-за меня.

Может, он и находится в камере, но разговор явно будет проходить на его условиях.

– Кей не разговаривает со мной так, как с тобой.

– Приятно это слышать. – Он меняет позу, когда о стену разбивается волна, плеснув в камеру водой и обрызгав камни. – Если учесть, что он готов сделать с тобой.

– Если ты имеешь в виду мое пребывание в этой камере, то можешь быть уверен – я заслужила это наказание.

И вот опять – эта улыбка, которую он использует как оружие.

– О, в этом я не сомневаюсь. – Он подходит ближе к стене, звеня цепями. – Но я имею в виду другое. – Я сглатываю, боясь спросить, что именно.

Теперь он находится так близко к щели в стене, насколько это возможно.

– Скажи мне, что ты помнишь о своем детстве?

Среди элэха нередки случаи, когда дети следуют по стопам родителей и перенимают у них ремесло. Рыбаки берут детей в море сызмальства, иногда всего через несколько дней после того, как те появляются на свет. Как мне рассказывали, родители часто брали меня с собой, когда уплывали на рыбалку.

Когда мне было семь лет, поисковая группа обнаружила меня в лодке – одну, без единой подсказки, которая могла бы объяснить, куда делись родители и что с ними произошло. Тайна их исчезновения помогла увековечить легенду о гигантском кальмаре, который якобы утащил их на дно, но скорее всего они пропали, потому что занимались подводной охотой и забыли привязаться к лодке. И к тому времени, когда они осознали свою ошибку, лодка, дрейфуя, успела уплыть слишком далеко, так что им было не под силу ее догнать.

Я помню последующие дни, помню, как красивая женщина прижимала меня к себе, а я все плакала и плакала – то была мать Кея Фейлин. Это мое самое раннее воспоминание – она и сероглазый мальчик, которому очень нелегко было сдержать любопытство, когда он смотрел, как мать держит меня на руках и прижимает к себе.

Внутри постепенно зарождается чувство, будто передо мной находится дверь, которую я не открывала очень, очень давно.

– Почему ты такая грустная? – спросил мальчик, когда его мать задремала, продолжая обнимать меня.

Я прошептала:

– Я не знаю.

Я помню, что меня обескуражило, когда слезы вдруг иссякли, несмотря на грызущую боль в сердце. Я помню, какой чужой казалась эта женщина, пытавшаяся утешить меня, помню, как хотелось вернуться домой.

Но я абсолютно ничего не могу вспомнить ни о родителях, ни о том доме, куда так жаждала вернуться.

– Родители Кея взяли меня к себе после того, как мои родители погибли, но… я ничего не помню до семи лет, – отвечаю я.

По его глазам я вижу, что ответ и так был ему известен.

– Они согласились привести тебя сюда, при условии что я… – Он наклоняет голову, подбирая слова. – Что я дам им гарантии, что не раскрою тебе слишком много, так что задавай правильные вопросы.