плаща, руку убрала туда же, чтобы не бросалась в глаза повязка. Пока дом не ожил, покинула его. М

не нужны были ответы, а кто их мог дать? Правильно, тот, кто играл непосредственную роль во всей этой тёмной истории с крыльями.

Студёный воздух обжигал лёгкие, кусал за щёки. Застегнув наглухо плащ, я поднялась ввысь полупрозрачным облаком. Мой путь пролегал над сонной улицей, залитой предрассветным сиянием и морозной дымкой.

Дом Саммер темнел на фоне прочих зданий, скрипел ставнями и стонал своей израненной неодушевлённой сутью. Я свернула на главный проспект, пронеслась над дорогой, катящейся серой гладкой лентой к зданию Библиотеки.

Вдоль неё белели аккуратные домики, затесавшись между высотками, словно грибы под деревьями. Я не смотрела вниз, перебирая мысленно слова, заготовленные для Стэнли, и наслаждалась бестелесным полётом.

Но в какой-то момент будто споткнулась о плотную стену воздуха и камнем полетела вниз. Несколько неприметных домов чернели на фоне картины образцовой улицы. Цветники, подстриженные кустарники и стройные, как на подбор, деревья.

Тонкими нагими ветвями они укрывали постройки от посторонних глаз. Но я чуяла их нутром. Справившись с дыханием и поймав равновесие, я плавно приземлилась на подъездную дорожку перед белым штакетником.

Небольшой одноэтажный домик смотрел на меня тёмными, пустыми глазами-окнами. Из-под запертой деревянной двери сочились сквозняки. Флюгер в виде вороны вертелся туда-сюда, как заведенный, но ветер стих, и наступила зловещая тишина.

А флюгер все скрипел, отчаянно и низко.

В голове зашумело, загудела сила. Тьма призывала мою пантеру, взывала ко мне, словно молила о помощи. Она хотела выбраться из ловушки стен и дверей, оказаться в моей власти и прильнуть к ногам, как покорный зверёк.

Я отступила от калитки и укуталась в кожанку, втянув шею в ворот. Здесь был убит маг — работа охотника за головами. Я обернулась взглянуть на два других отравленных тьмой дома на противоположной стороне улицы. Та же история...

Здесь побывали рагмарры, наследили, осквернили злом. Я стояла на пустой дороге, окутанной туманом, и вздрагивала от каждого скрежета и дуновения ветра.

Что здесь произошло? А зачем гадать?! Библиотека в двух шагах отсюда.

Я решила пройтись пешком и проверить всю улицу. Давно не испытывала на своей шкурке магию рагмарров, захотелось нервишки пощекотать.

Не обнаружив других мёртвых домов, свернула на стоянку перед Библиотекой, пересекла площадь и взбежала по широкой лестнице, расстёгивая на ходу молнию кожанки.

Двери распахнулись, словно ждали меня с нетерпением, холл оказался пуст, и мои шаги звенящим эхом разлетались по просторам первого этажа.

Стэнли оказался в своём кабинете. Дверь была приоткрыта, в коридор падал луч света, прорезая густую удушливую темноту. Я приблизилась, распахнула её и заморгала, ослепленная сиянием хрустальной люстры и отбрасываемыми ею бликами.

Здесь пахло бумагой и чернилами, в камине потрескивал огонь, а сквозь зазор в плотных шторах цвета охры робко заглядывало утро. Стэнли сидел на краю стола, скрестив руки на груди и покачивая ногой.

Его задумчивый взгляд был устремлён куда-то вниз, пока я не вошла. Увидев меня в дверях, Главный Фамильяр вздохнул почти с облегчением, и, прикрыв устало глаза, почесал взлохмаченный затылок, будто птица перья оправила.

Прикрыв за собой дверь, я неторопливо прошла в центр комнаты и встала перед ним, склонив голову набок.

Перестав болтать ногой, Стэнли пристально посмотрел на меня. На его губах угадывалась улыбка, хотя в глазах мелькнула тень печали и даже горечи.

— Уже на ногах, — удивилась я. — Так рано встаёшь?

— Ещё не ложился, — он хотел зевнуть, но прикрыл рот кулаком и тактично сдержался. — А вот твоё появление в столь ранний час меня настораживает. Что-то случилось?

— Хороший вопрос, — я поморщилась и прошлась по кабинету, разглядывая мелочи интерьера. — За последнее время столько всего "произошло", что я теряюсь с ответом.

— Не похоже, чтобы ты была убита горем, — нахмурившись, отметил Стэнли, но осёкся, когда я резко обернулась и смерила его тяжёлым взглядом.

Я ждала извинений, однако их не последовало.

Облизав губы, он прищурился:

— Ты пришла поделиться мыслями? Не ожидал увидеть тебя так… скоро. И где Мишель? Не хотелось бы ранить её хрупкую душевную натуру, но я должен знать, что она видела в то утро.

— Ты знаешь больше меня и больше всех нас вместе взятых, — я цедила слова тихим, сдавленным голосом, иначе заорала бы.

— Откуда такие подозрения? — изумился он, вскинув брови.

Я медленно повернула голову и смерила его долгим, ничего не выражающим взглядом.

— Ты сказал, что я не убиваюсь по умершей сестре. Возможно, ты прав. Слишком много всего произошло, Стэнли. Я вымоталась, и не осталось сил воспринимать. Боль меня настигнет позже, когда я разберусь во всём этом. Мишель занимается похоронами, ей сложнее, а я всячески отнекивалась. Так что я слабая, наверно. Или равнодушная.

— Ты ищешь убийцу сестры, Эшли. Я бы не осмелился назвать тебя равнодушной.

— А что, если я делаю это, потому что ничего другого не умею? — я скользнула мимо стола, держа одну руку в кармане куртки.

Она пульсировала болью, словно изнутри в кожу вонзились сотни жал. Если и дальше так пойдёт, то скоро начнёт дергаться плечо.

— Ты многое умеешь, — тихо произнёс он. — И твои сомнения лишь доказывают твою боль и отзывчивость. Просто ты не умеешь сидеть, сложа руки, и лить горькие слёзы. Не думаю, что это является признаком равнодушия и слабости.

Я долго смотрела в его бездонные синие глаза, изучала лучистые морщинки в уголках век и бледную кожу. Стэнли потух, словно догорающая свеча, выглядел потрёпанным. От прежней величественности осталось лишь ощущение перьев на коже и идеальная осанка.

Мне не давало покоя видение в саду, никак не шли из головы слова Ровера. Какова роль Стэнли в смерти моих родителей? Почему Ровер избрал именно его на пост Главного Фамильяра? За какие особые способности он ценил его?

Размышляя об этом, я стояла перед Стэнли и ничего не чувствовала внутри, пустота разлилась в душе, лёгкость. Кем же были Линетт и Ровер на самом деле?

Но вслух спросила другое:

— Неважно выглядишь. Что с тобой творится?

Стэнли посмотрел на меня и кисло улыбнулся.

— У Главного Фамильяра не бывает выходных, государственные дела не терпят отлагательств. Работа кипит круглосуточно. Библиотека похожа изнутри на муравейник.

— Пока к тебе поднималась, не повстречала ни одного муравья, — с ухмылкой отметила я.

Стэнли устало закатил глаза и ссутулился.

— Так и должно быть.

Я повернулась к нему лицом, едва не вытащив руку из кармана, но вовремя опомнилась.

— Не начинай, Стэнли, — ласково сказала я, и его улыбка стала ещё шире и