- Бабка Варвара, это я Дарья.

- Дашка? – удивленно прозвучало за воротами, мат прекратился, и заскрипели петли ворот.

– Чего приперлась то? – на пороге стояла сгорбленная старушка лет девяносто, на ней было ситцевое платье в цветочек, а поверх душегрейка из овчины. И хотя на улице стоит жара, на ногах старушки одеты валенки с обрезанными голенищами. Жидкие старческие волосы заплетены в тощую косицу, болтающуюся на спине. На голове платок. Так посмотреть, то обычная бабка, каких много в русских селеньях. По ней и не скажешь, что она ведьма, которую боятся все. Только глаза выдают ведьму: темные провалы почти черных глаз, даже зрачка не видно в этой черноте, а над ними кустистые черные брови. Голос у старухи препротивный, он напоминал скрип несмазанных петель в её воротах. Появление Дарьи, возымело свое действие.

- Дашка, ты чего приперлась сёдне, - заворчала старуха, открывая ворота. – Тебя на следующей неделе ждали. Там Кондратич тебя ждал с порошком. Иль ты успела достать порошок раньше?

Даша вошла в открытые настежь ворота, за ней просочились подружки, позади их семенила Ксана, сияя лицом, что получила доступ в святая святых и прижимая к груди фотографии.

- А ты с подружками-поебушками, - скривила губы старуха. – Чо приперлись то?

- Так к вам в гости, - закивала головой Тимофеевна, оглядываясь вокруг.

Во дворе стояли два дома. Один большой, двухэтажный из белого кирпича, дом был современный. Второй дом и домом сложно было назвать, скорее избушка. Она почти вросла в землю, маленькие оконца покосились и смотрели на мир, подслеповато щурясь. Дверь была сделана из обычных досок, плотно пригнанных к друг другу. Чтобы шагнуть внутрь дома, надо было низко поклониться. Крыша дома была покрыта дерном, на котором росла трава, что ещё больше подчеркивало древность дома и его убогость.

- Чего надо то от меня? – вновь проворчало старуха.

- Приворот нужен, - сообразила Фроловна.

- Ну, пошли, если очень нужен, - зло сверкнула глазами старуха.

И направилась в сторону избушки.

Девушки пошагали вслед. Ксана цвела и пахла.

В избе было темно, света из окон, давно не мытых, не хватало. На столе стояли черные свечи, в углу чадила лампада. В доме с мебелью было плохо. Две лавки у окон, посередине стол, в углу стоял сундук. Половину комнаты занимала русская печь, она была чисто выбелена, но явно не исправна, потому что на её баках были следы копоти. На печи валялся полосатый тюфяк. А сразу за ней, в углу дома, была небольшая дверь, такая маленькая, что чтобы в нее пролезть высокой Тимофеевне пришлось сложиться вдвое.

- Ну, говорите, зачем пожаловали, - бабка Варвара прошла к столу и села на единственную табуретку. Подруги оглянулись. Вся мебель была такая грязная, закопченная, сальная, что садиться на неё было страшно.

- Ну, я хотела у тебя поучиться привороты делать, - начала Марковна. – А стали часто ко мне обращаются, до тебя доехать не успеваю.

- Ха, ха, ха, ты и привороты, - заржала бабка Варвара. – Твоя прабабка сразу сказала, что ты в нашей семье выродок. У тебя морда красивая, фигура баская, а способностей ноль!

- Так что там сложного то, ты воск берешь, туда что-то кладешь, потом заливаешь, - закатывает глаза Даша.

- Ой, чё бы ты понимала, дура стоеросовая, шаболда, - ржет бабка Варвара. – Иди мужиков совращай, это у тебя лучше получается.

- А разве этому невозможно научиться, ну на каких-нибудь курсах повышения квалификации, - вступила в разговор Тимофеевна.

- Аринка, молчи лучше, рот закрой, - зашипела на неё Фроловна.

- Странная ты сегодня Арина, белены объелась, али в интернетах этих ваших чего начиталась? – подозрительно посмотрела на Тимофеевну бабка Варвара.

- Да не слушайте её баба Варя, - махнула рукой Марковна. – Несет чушь всю дорогу.

- Какая я тебе баба Варя, ты меня так сроду не звала, - напряглась старушенция.

- Так будем делать мне приворот или нет, - возмутилась Ксана.

- Заткнись! – рявкнули на неё подруги.

- Так, я по старости чего-то не сразу поняла, - вдруг поднялась бабка, сверкнув глазами. – Вы кто такие?

- Баба Варя, ой, бабка Варвара, мы же Маша, Даша и Арина, - закивала головой Марковна.

- Не она ты! – вдруг взвилась бабка, в два шага она обогнула стол и схватила Дашу за плечи.

Марковна от ужаса даже побелела.

- Тело Дашкино, душа не её, - вдруг взвилась бабка. – Ты душу изгнала. Черный обряд, черный обряд, изгнание душ.

И она ткнула в лицо Марковне корявым, черным пальцем. Потом так же схватила за грудки Фроловну.

- И у тебя душа изгнана, где их души? Где? – орала она.

Потом охнула и свалилась кулем к ногам подруг. Позади старушки стояла Тимофеевна с поленом в руках.

- Ты чего, ты её убила? – испуганно спросила Марковна.

- Ой, я тут не при делах, - взвизгнула Ксана и, прижав к груди фотографии, вылетела из дома.

- Не убила, это слабый наркоз, у нее будет легкое сотрясение, - и Тимофеевна показала полено, обернутое в полотенце. И когда она найти успела.

- Я читала в журнале, что раньше, когда не было эфира, так пациентов обезболивали, - добавила она и наклонилась над старушкой. – Пульс есть, ровный, дышит, все хорошо.

- Ни чего себе, обезболила старушку, - фыркнула Марковна.

- У нас мало времени, давайте искать, - скомандовала Фроловна.

Подруги начали оглядываться. В комнате кроме сундука не было ничего такого, куда бы могли прятаться вещи.

- А давайте посмотрим за дверью? – ткнула пальцем Тимофеевна.

- Смотри там, а в сундуке пороюсь, - скомандовала Марковна.

И пока она копалась в сундуке, Тимофеевна с Фроловной разбирались в устройстве замка.

- Ничего такого сложного, - вещала Тимофеевна, - сейчас булавкой откроем.

Но замок был ржавый и не поддавался.

- Может у старухи ключ в кармане? – спросила Фроловна.

Они обыскали старушку, которая лежала пластом на полу. Ключ действительно нашёлся в кармашке. Дверь скрипнула и поддалась. Из помещения пахнуло затхлостью, плесенью и могильным холодом.

- Ничего себе, - воскликнула Фроловна и в следующий момент рухнула в обморок.

Глава 16

- Аааааааа, - заорала Тимофеевна, когда заглянула в комнату.

- Аааааааааа, - вторила ей