глядят, но Морозов-старший определенно не входит в их число. И с каждой новой встречей, он открывается мне с разных сторон.

— Открою тебе небольшой секрет, — тихо говорит он, подаваясь чуть вперед. — Я договорился о твоем разводе еще на свадьбе наших детей.

— Ты был так уверен, что я не останусь с Димой? — спрашиваю я. — Ведь немало женщин прощают мужей и продолжают жить с ними.

— Ты не такая, Ира. В тебе есть стержень, который виден невооруженным глазом, — серьезно заявляет Морозов.

— Вадим, мне приятны твои слова. Я от тебя сегодня получила столько комплиментов, сколько не получала в последние лет пять точно, — усмехаюсь я.

— Ты всегда должна чувствовать себя той, кто ты есть.

Вадим смотрит в мои глаза слишком проникновенно, словно через них заглядывает в душу. Может показаться странным тот факт, что мне не страшно открыться ему. Я чувствую, что такому как он, можно доверять, от этого и я ощущаю себя раскованной.

— А кто я есть? — переспрашиваю тихо.

— Женщина, Ир. Женщина, которая хочет быть счастливой, — вдруг говорит он, отчего мои глаза увлажняются.

— Поехали разводиться.

— Поехали, — весело усмехается Вадим. — Не думал, что подобная фраза может меня позабавить.

Морозов оплачивает счет, а затем мы едем к его родственнице, которая делит мою жизнь на до и после за каких-то пятнадцать минут. Пытаюсь понять, что же я чувствую сейчас, и ответ находится очень быстро.

Я была уверена, что женщинам, которые проходят через развод, всегда очень больно и тяжело в сам момент, но, оказавшись на этом же месте, осознаю другое. Развод — это свобода. Не от мужчины, а свобода в своих мыслях и действиях, свобода от контроля и свобода, чтобы найти себя. Нет, я не призываю разводиться. Если можно сохранить брак и улучшить его, то нужно бороться, а если больше нет ни сил, ни терпения, то выход только один.

— Как ты? — тихо спрашивает Вадим, когда я подписываю бумаги.

— Лучше еще не бывало, — губы непроизвольно растягиваются в улыбке. — Какой дальше план? Квартира?

— Да, — кивает.

У Морозова звонит мобильный, и он, нахмурившись, отвечает на звонок.

— Привет. Говори быстрее. Я занят, — отрезает мужчина.

На том конце провода слышится женский голос. Полагаю, это звонит Аня, поскольку Вадим на раз два меняется в лице.

— Ты решила, что я бездонный кошелек с деньгами? — грубо бросает Вадим. — Мы с тобой это уже обсуждали. Я не дам ни копейки.

Морозов сбрасывает вызов, устало потирая переносицу. Очевидно, просьба женщины далеко не первая, раз реакция мужчины оказывается такой бурной. Кстати, Аня ни разу не говорила, что обращается по финансовым вопросам к бывшему мужу. Она позиционировала себя успешной бизнес-леди, но на деле…

— Аня? — спрашиваю я, когда он сбрасывает вызов.

— Да, — кивает.

— Я не знала, что она звонит тебе по финансовым вопросам. Она не говорила об этом.

— Звонит? Да она каждый месяц почти требует, чтобы я отправлял деньги на косметолога, — присвистывает Вадим.

— Это правда? — удивленно усмехаюсь.

— Абсолютная.

— Так, значит, дела у Ани идут не очень? — осторожно интересуюсь я.

— Я помогаю ей финансово, — кивает он, подтверждая мои догадки. — Хотя как помогаю. Я присылал ей деньги для содержания дома, но когда понял, что она спускает их в другое место, договорился с сыном. Но она продолжает просить.

— Значит, эти двое — любители пустить пыль в глаза, — бормочу про себя.

Анютка прекрасно устроилась. Тянет деньги со всех сторон, откуда только это возможно, и живет припеваючи. Поразительная женщина.

Закончив со всеми бумагами, выхожу из кабинета и встречаюсь с Альбиной, на лице которой застыло не двусмысленное выражение. Она тоже переживает предательство мужа, но, судя по всему, ей их разрыв дается гораздо тяжелее, чем мне.

— Алечка, привет! Ну как ты?

— Я держусь, — она вымученно улыбается.

— Разводишься?

— Да, но он пока не должен об этом знать. Саша поставил условие, — она прячет глаза. — Никакого развода до выборов. Да и после.

— А иначе? — спрашиваю осторожно.

— Останусь без бизнеса и без крыши над головой, — она поднимает на меня свои глаза. — Но я не сдамся так просто.

— Развод?

— Конечно, — кивает она и добавляет: — И месть.

Мы договариваемся созвониться, а затем я покидаю место, благодаря которому я наконец стала свободной.

Глава 14

Вадим

План по моральному и материальному уничтожению Калинина набирает свои обороты, что не может не радовать. Не скажу, что я мстительный и злопамятный, но Дима заслуживает самого сурового наказания за свои действия. Я всегда говорю так — гнилой человек, гнилой во всем. И в ситуации с Ирой я еще раз в этом убедился.

В далеком прошлом он перешел мне дорогу. Это случилось еще задолго до того, как Калинин стал активно развлекаться с моей женой у меня за спиной. Тогда еще я работал у Геннадьевича, у своего главного учителя, который сыграл огромную роль в моем становлении в профессиональном смысле. Он поручил мне важное дело — я должен был защищать крупную шишку. Ночи напролет я выстраивал линию защиты, заведомо зная, что клиент невиновен, однако все улики указывали на обратное. Слушание переносили два раза, что вызывало у меня логичные вопросы. Я практически поселился в здании суда, пытаясь все выяснить и разобраться, что именно происходит. Даже Геннадьевич не смог повлиять. Кому-то было выгодно затянуть следствие, и позже я узнал, что в этом был замешан Калинин. Ему и его подельнику прокурору пообещали неплохой откат, если мой клиент будет находиться за решеткой длительное время.

Когда же наконец наступил день судебного процесса, прокурор представил улики, которых не было в материалах дела, и суд снова перенесли. Потребовалось еще два месяца, чтобы доказать, что они не имели никакого отношения к делу. За это время супруга клиента успела с ним развестись и продать совместно нажитое имущество, на которое у нее была генеральная доверенность от мужа. Позже я узнал, что она была хорошей приятельницей Калинина, он и связал ее с прокурором. Вот только доказать, что Дмитрий причастен было невозможно. Следов никаких не осталось, а он сорвал весомый куш.

Суд мы выиграли, с Калининым я встретился, и он получил свое, конечно. Вот только такое драгоценное время было утеряно. Разумеется, в дальнейшем мой клиент наказал предателей — свою жену и прокурора, которые закрутили роман и укатили на моря, оставив их ни с чем, но отпечаток все равно остался.

Из воспоминаний меня выдергивает телефонный звонок. Это уже третий раз за последний час. Моя бывшая жена никак не может успокоиться, пытаясь наладить