топота ножек, ни детского смеха, ни звонких поцелуев, которыми она будит меня…

В горле образуется полый пузырь, и я чувствую, как оно начинает дрожать.

Демид на мгновение помог моему мозгу забыть о своем существовании, лишил меня возможности мыслить и переживать, позволил быть свободной от тревог и заставил чувствовать, как я рассыпаюсь осколками в его руках, а потом собираюсь воедино. Напомнил мне, каково ощущать себя цельной. Желанной.

Осторожно выбравшись из объятий Демида, запускаю пальцы в волосы, чувствуя себя немного потерянной. Сбитой с толку. Вымотанной эмоциональной бурей и в тоже время живой… как никогда раньше.

Я будто цветок, пробившийся сквозь огромную толщу камней, который несколько лет тянулся к солнцу.

Потому что вопреки тяжелому сознанию, тело парит, удовлетворенное отсутствием давней тоски по этому мужчине… по ощущению, каково это быть женщиной. Принадлежать. Довериться ему. И не сгореть под первыми лучами…

Но все меркнет, когда перед глазами всплывает картина из реанимации. Моя беспомощная и беззащитная девочка в плену трубок и проводов…

И прежде чем я успеваю почувствовать подкативший к горлу ком, горький всхлип срывается с моих губ.

Я прикрываю рот ладонью, чтобы Демид не застал меня в таком состоянии, но по виску все равно скатывается первая слеза и мне приходится перекатиться на свою сторону кровати, позволив себе зарыдать сильнее.

Мне необходимо выпустить все эмоции, кружащие в душе, как черные вороны. Подавляющие все прекрасное, что мое тело хочет испытывать, несмотря на серую реальность, вытягивающую из теплого кокона в холод.

Я заставляю себя сесть и вытереть слезы. К черту слабость. Я справлюсь. У меня нет права мыслить иначе. Я должна быть такой же сильной, как и моя маленькая принцесса. Она мой пример. Мой стимул. Моя жизнь.

Рингтон мобильного доносится из глубины квартиры, я тут же подскакиваю на ноги и бегу на поиски телефона, наплевав на свою наготу. Рассеянно хватаю гаджет и зачесываю ладонью волосы назад.

Леша.

Пузырь в горле лопается, и я беспорядочно тычу в экран, чтобы принять вызов.

— Да, — выходит надломлено.

— Все нормально, выдыхай бобер, — на другом конце раздается командный голос Холодова. Господи, этот человек так хорошо меня знает.

Нервно улыбаюсь, вытирая новые непрошенные слезы.

— Ладно, — прерывисто втягиваю воздух, — я в порядке. Говори.

— Варя пришла в себя…

— Я выезжаю! — перебиваю его. Сердце в мгновение ока подскакивает к горлу. И я собираюсь сбросить вызов, но строгий тон заставляет меня поднести телефон обратно к уху.

— Нет. Ты пока нормально завтракаешь и отдыхаешь. Она все равно еще большую часть времени спит. Я просто позвонил, чтобы ты не накручивала себя. Надеюсь, я все доходчиво объяснил и мне не придется тратить время на споры?

Закусываю нижнюю губу. Больно. Призывая себя к мудрости. Леша не посоветует плохого. Именно поэтому я выдыхаю, сдаваясь:

— Хорошо, я позавтракаю и выезжаю.

— Приезжай после обеда. Вам обоим нужно время: Варе — восстановиться после наркоза, тебе — взять себя в руки.

Вздох и медленный выдох.

— Ладно. После обеда. Я буду после обеда.

— Спасибо, что не усложняешь. Буду благодарен тебе за стакан свежего американо. На этом все, отключаюсь.

Я прижимаю телефон к подбородку и, обняв себя одной рукой, стою так какое-то время. Позволяя сердцу и дыханию прийти в норму. Насколько это сейчас возможно.

Покачав головой, иду в ванную, чтобы накинуть на себя халат, но, когда замечаю сложенные вещи Демида, собираю их, проверяя карманы, вынимаю из брюк телефон и запускаю стирку. Затем начинаю бездумно перекладывать вещи с места на место, протираю каждую баночку и мою зеркало, погружаясь в монотонную рутину.

Это помогает на немного абстрагироваться от мыслей, которые слишком упрямы, чтобы прекратить меня мучить. Пока на полке не начинает вибрировать телефон Серова.

Рука с тряпкой замирает на зеркале. Взгляд падает на гаджет, который перевернут экраном вниз.

На секунду я задумываюсь над тем, чтобы ответить или отнести телефон Демиду, но, отбросив глупую идею, возвращаюсь к мытью зеркала.

Я знаю, что мне не нужно этого делать — это личная территория и на данный момент у меня нет прав заходить на нее без его разрешения, но когда мобильный начинает разрываться в десятый раз от входящего, все-таки беру его, чтобы отнести. Вряд ли кто-то будет названивать просто так беспрерывно в течение получаса. А когда вижу на экране имя абонента, останавливаюсь.

«Мама».

Звонок обрывается и экран гаснет.

Сглатываю.

Большой палец сам нажимает на разблокировку и, помимо матери, в пропущенных звонках я натыкаюсь на еще одно имя. Юля.

Закусываю изнутри щеку, сильнее сдавливая металлический корпус телефона, который в следующую секунду дилинькает, и на экране всплывает уведомление из мессенджера.

Юля:

«Твоя мама сегодня вечером улетает. Когда ты вернешься домой?»

Глава 22

Разбудить Демида у меня не вышло, но и к его телефону я запретила себе подходить.

Потому что не хотела знать, кто еще и где его ждет, помимо бывшей у него дома. Это же та самая Юля? Или у него каталог из женских имен?

Вздохнув, сжимаю переносицу и пытаюсь отогнать от себя иррациональный приступ ревности.

Мне нужно избавиться от этого чувства хотя бы потому, что Демид был не обязан хранить обет безбрачия. После моего поступка он в принципе мне ничем не обязан.

Я буду счастлива, если он просто будет в нашей с Варей жизни как ее отец. Хотя после сегодняшней ночи «просто» не совсем подходит к нашим… отношениям.

От этой мысли я начинаю немного паниковать. Перемены, может, для кого-то и положительный опыт, но для меня — нет.

Поэтому так пугает мысль, что Демид, войдя в мой новый мир, перевернет его вверх дном.

Но я должна попробовать хотя бы ради дочери, чтобы у нее был отец, да?

Это же важно. А для своей девочки я желаю только самого лучшего и не хочу придумывать легенду, почему у всех есть папы, а у нее нет. Было бы нечестно лишать ее отца только из-за того, что однажды я показала слабость и спряталась от всего, что могло выбить меня из колеи.

Я помню слова Демида о его сыне и о Юлии, но сегодняшнее сообщение немного размазывает всю картину и заставляет усомниться в версии Серова.

Возможно, их связывает нечто большее? И я не о сыне. Или почему она сейчас в его квартире? Я же правильно поняла сообщение? Она ждет его там? К тому же, по всей видимости, у нее прекрасные отношения с его матерью, чем я, например,