– Ваше сиятельство! Вы меня невероятно обяжете.

Через десять минут вся компания со скорбными, но просветленными лицами, как и подобает в таких случаях, уже прощалась с администрацией кладбища. А чтобы те не слишком дотошно рассматривали оттопыренные карманы, Алексей вручил самому старшему из служащих внушительный кошель с серебром. И попросил:

– Просим вас и дальше так же тщательно беречь прах наших великих предков, и благословение светлых демонов вас никогда не покинет.

В итоге довольными остались все. Несмотря на патриархальность, пожертвование не только не отвергли, но приняли с благодарностью. А самым довольным и счастливым выглядел командор Цепи крепостей Эдалана граф Зиновий Карралеро.

После аудиенции у короля Семен был намерен ехать вместе с Люссией на юго-восток, где была запланирована на вечер встреча с Алексеем и его командой. Поэтому из своего замка Загребной выехал верхом на лошади, проигнорировав карету. Он двигался к королевскому дворцу не спеша. Люссия, сидевшая у него на плечах, предложила ускорить ход, но Семен ответил:

– Тише едешь, толще будешь…

При входе во дворец его попросили сдать меч, взяли в каре из четырех обвешанных амулетами людей и повели по коридорам и длинным анфиладам залов. Этот квинтет сопровождали еще и шесть гвардейцев, марширующих по трое сзади и спереди.

Зал приемов оказался невелик и так заставлен мебелью с тусклой позолотой и завешан темными портьерами, что для лучшего обозрения Загребной подключил свое ночное зрение и принялся присматриваться к восседающему на троне весьма молодому чернокожему мужчине. Король-Мрак имел тридцать два года от роду, у него было вполне приятное лицо с правильными чертами и традиционно черные курчавые волосы. Слева от него сидела довольно симпатичная белая женщина, но в лице ее сквозь фальшивую и величественную улыбку проглядывало какое-то очень неуместное напряжение и отторжение. Словно она уже заранее ненавидела радостно улыбающегося графа.

Вокруг трона жиденькой группой стояло всего лишь около десятка придворных, да еще два десятка переминались возле портьер.

После того как огласили его титул и имя, Семен подошел к ступенькам трона, преклонил колени и чуть ли не коснулся лбом пурпурного ковра с густым ворсом. И с удовлетворением почувствовал, что демонесса соскользнула с его плеч. Значит, опора для нее здесь была, и Люссия незамедлительно стала действовать. Теперь нужно было как можно больше растянуть время приема.

Верительную грамоту из рук Загребного подхватил бойкий молодой человек. Оставалось только гадать, кто он такой, но вручил он бумагу монарху с грацией вышколенного придворного. Король-Мрак и читать не стал, а сразу передал грамоту себе за спину и изобразил на лице интерес:

– Рады приветствовать вас, граф, в нашем великом королевстве. Хотелось бы и от вас лично услышать причину вашего здесь пребывания. – Голос у монарха был приятный, со звучными обертонами.

Семен включил всю свою велеречивость и, захлебываясь от восторга, вызванного лицезрением одного из самых прославленных и великих королей мира, пустился в рассказ о своих планах и заботах, то и дело совершая исторические экскурсы в собственное прошлое.

Вначале он поговорил о сроке своего пребывания в королевстве Мрак, пожаловавшись на то, что Славентий Пятый уже готов отправить его в другие регионы континента для налаживания торговых отношений и подписания новых взаимовыгодных договоров. Потом перешел на видение общей обстановки в мире. По ходу поведал пикантные новости из других стран и напоследок даже позволил себе рассказать один из самых удачных земных, но переделанных под здешний мир светских анекдотов.

И только тогда впервые губы королевы тронула немного измученная, но вполне искренняя улыбка, а монарх и вообще громко рассмеялся. Но тут же нахмурился и стал прощаться.

Время аудиенции удалось растянуть до десяти минут, но от Люссии пока не было ни единого шороха. И граф стал претворять в жизнь придуманную для такого случая последнюю задержку. Запинаясь от прилива чувств, сбиваясь от волнения с мысли и путаясь в предложениях, он достал из-за пазухи внушительный булыжник и принялся с жаром доказывать, что это осколок одного из каменных привидений и он обязательно приносит счастье всем, кто его имеет и каждый день им любуется. Про эпопею с приручением этих монстров слышали в столице все поголовно, и поэтому подарок был принят, хоть и с немалыми колебаниями.

И тут впервые заговорила королева:

– Если ваше величество не желает оставить у себя этот камень, то я положу его в своей спальне. Обожаю таинственные чудеса и их уникальные частички.

С поклоном камень был передан в руки придворного, и в этот момент Семен с облегчением услышал возле самого уха шепот Люссии:

– Со мной все в порядке! Ухожу другой дорогой, там есть, за троном. Жди меня на площади!

Возражать было нельзя, хоть Семену и очень хотелось схватить строптивую демонессу и силком закинуть за спину. Но делать нечего, отозвалась – и ладно. Тем более что самого графа уже чуть ли не силком пытались поставить на ноги, а церемониймейстер рявкнул, что аудиенция закончена. Следовало еще потянуть время, чтобы Люссия успела уйти, и Загребной скороговоркой стал приглашать их величества на следующий бал, который он якобы собирается устроить в скором времени. Но тут уже свита стала сердиться и нервничать, а самый представительный из окружения монарха нагнулся к графу и забурчал:

– Что вы себе позволяете! Прием закончен! Вас теперь навсегда могут лишить монаршей милости!

Хотя в глазах королевской четы читалось совсем другое. Скорее всего, они были бы не прочь еще пообщаться с новым человеком.

К выходу возвращались все той же длинной дорогой, хотя прекрасное и многократно проверенное в любых условиях чувство ориентирования Семена подсказывало, что прямой путь намного, чуть ли не в десять раз, короче. Наверняка подобные хитрости давали охране лишнюю возможность проверить любого посетителя несколькими магическими просмотрами. Потому-то все и были удивлены, когда он достал из-за пазухи камень.

Свое полученное назад оружие Загребной начал демонстративно и долго проверять, рассматривать заточку и жаловаться, что однажды его меч уже зазубрили в подобном случае бездельничающие гвардейцы. Своего он добился, и в результате минут пять собачился с начальником дворцовой охраны, с удовольствием доведя разгневанного служаку до белого каления.

Выйдя на площадь и взявшись за поводья, он услышал рассерженный голос Люссии:

– Я уже собралась бежать обратно во дворец! Стою тут и с ума схожу!

– Да я же специально время тянул, чтобы тебе не мешали.

Догадавшись, что демонесса уже уселась перед седлом, он лихо вскочил на коня и легко тронул поводья.

– Ну, давай рассказывай!

В ответ демонесса прошептала:

– Сначала я бы предпочла сесть